Apropos | Клуб "Литературные забавы" | История в деталях | Мы путешествуем | Другое
АвторСообщение
Юлия





Сообщение: 1439
ссылка на сообщение  Отправлено: 03.05.14 18:18. Заголовок: О спящей принцессе замолвите слово - 2


Полтора года назад я решила переделать свою сказку "В поисках принца", но так увлеклась, что... от прежней осталась только первая фраза.

Получилось нечто соврешенно новое и... почти в пять раз длинее.

Потому мне бы очень хотелось представить новую сказку на суд форумчан - узнать ваше мнение о сем опусе, выслушать критические замечания и, может быть, советы и возражения.

Спасибо: 0 
Профиль
Ответов - 291 , стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 All [только новые]


Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30604
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.12.14 22:41. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Шикарные размышления! Ведь действительно, Пушкин говорит о деятельной любви, любви, которая преодолевает препятствия. Вероятно, он и творец новых мифов о человеке, так и продолжатель образа сказочного героя, который проходит всяческие испытания, огонь, воду и медные трубы, чтобы вызволить свою невесту из плена.

Юлия пишет:

 цитата:
Он не целует невесту, он ударяется о ее гроб. Что это? Скорбь? Протест? Не знаю, но это не поцелуй. От его удара разбивается гроб, и царевна просыпается.



Не могу не процитировать, поскольку перечитала сказку, которую в детстве помнила наизусть.

И о гроб невесты милой
Он ударился всей силой.
Гроб разбился. Дева вдруг
Ожила. Глядит вокруг
Изумленными глазами,
И, качаясь над цепями,
Привздохнув, произнесла:
«Как же долго я спала!»
И встает она из гроба...
Ах!.. и зарыдали оба.
В руки он ее берет
И на свет из тьмы несет,
И, беседуя приятно,
В путь пускаются обратно,

Да, здесь не до поцелуев. Причем, ветер называет место, где лежит царевна, пустым, и дальше Елисей приходит в "пустую страну", и идет он не с целью оживить свою суженую, а попрощаться, потому, видимо, бьется о гроб в горе и отчаянии, и в протесте против несправедливости жизни, но без надежды.

Юлия пишет:

 цитата:
Может быть, это миф о спасении, а может быть, о любви, которая сильнее смерти. Спасительной любви королевича и царевны противопоставляется неспасительная любовь царя. Царь теряет жену, отчаивается, жениться снова. Если плод его первого брака – кроткая царевна, то второго – завистливый дух, стремящийся погубить плод любви. Потеряв дочь, царь остается абсолютно пассивным – ни защищать, ни разыскивать потерявшуюся дочь он не способен. Миссия царя полностью нивелирована.


И это повторяется. Царь Салтан, который, потеряв жену и сына, страдал, но не сдвинулся с места, пока его чуть ли не силой сдвинули. Всегда возмущала вот эта бездеятельность, хотя в Сказке о семи богатырях случай еще более запущенный. Неспасительная, пассивная любовь, прислушивающаяся только к себе, да, так и есть. Женская половина, причем, повсюду оказывается активней и деятельней, как светлая, так и темная.


Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1658
ссылка на сообщение  Отправлено: 27.12.14 15:03. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга

Хелга пишет:

 цитата:
Не могу не процитировать,


Я тоже благодаря тебе перечитала сказку, за что тебе безмерно благодарна. Какое наслаждение!

Хелга пишет:

 цитата:
ветер называет место, где лежит царевна, пустым, и дальше Елисей приходит в "пустую страну", и идет он не с целью оживить свою суженую, а попрощаться, потому, видимо, бьется о гроб в горе и отчаянии, и в протесте против несправедливости жизни, но без надежды.


Да, да. Это упоминание пустоты в данном случае, безусловно, очень важно. Пустота – жизни нет. Потому и путь так непрост. И затем он выносит ее из тьмы на свет.
Мне тоже чувствуется в этом ударе о гроб протест. Снова действие - пусть смерти не избежать, но зарывать голову в песок, смиряться с нею он не может в силу собственной сути спасителя, того, кто по определению стоит против смерти.
Мне кажется, что в тексте очень много коннотаций, отсылающих нас к христианским понятиям. И Жених с невестой читаются наиболее очевидно и настойчиво ("се Жених грядет в полнощи...", Церковь - Невеста Христова). Но мне кажется, что Пушкин не обращается к этим понятиям напрямую, т.е. речь не идет о Христе и Церкви, а скорее - о богоуподоблении как цели человеческой жизни. Соответственно - к роли противостоящего смерти спасителя призван каждый человек.

Хелга пишет:

 цитата:
И это повторяется. Царь Салтан,

Он меня тоже все время раздражал. С житейской точки зрения, он полный болван, совершенно незаслуженно любимый женой и сыном.
Хелга пишет:

 цитата:
хотя в Сказке о семи богатырях случай еще более запущенный.


Салтан не женился второй раз. Возможно, здесь собака порылась?
Интересно бы тоже разобраться с ним не с бытовой, а архетипической точки зрения.

Хелга пишет:

 цитата:
Женская половина, причем, повсюду оказывается активней и деятельней, как светлая, так и темная.


Но она, заметь, всегда в подчиненной роли, и не оспаривает этого даже в злом проявлении.
Возможно, что это отсылает нас к Матери-земле и прочему - к представлению о женском начале как о природном. Природа по сути творения в подчинении у человека, потому как человек - венец творения, призванный хранить и возделывать. Но в падшем состоянии она разбивается на светлую и темную свою сторону - рождение и хаос. И природа всегда активна. Как в своей сути родительницы, дарительницы жизни, так и в хаотичном состоянии разрушающей стихии.


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30608
ссылка на сообщение  Отправлено: 30.12.14 15:56. Заголовок: Юлия пишет: Я тоже ..


Юлия пишет:

 цитата:
Я тоже благодаря тебе перечитала сказку, за что тебе безмерно благодарна. Какое наслаждение!


Наоборот! Это благодаря тебе я перечитала сказки Пушкина!
Юлия пишет:

 цитата:
Но мне кажется, что Пушкин не обращается к этим понятиям напрямую, т.е. речь не идет о Христе и Церкви, а скорее - о богоуподоблении как цели человеческой жизни. Соответственно - к роли противостоящего смерти спасителя призван каждый человек.


Да, мне тоже кажется, что напрямую к Божественным Пушкин не обращался, только косвенно, как к идее.

Юлия пишет:

 цитата:
Салтан не женился второй раз. Возможно, здесь собака порылась?
Интересно бы тоже разобраться с ним не с бытовой, а архетипической точки зрения.



То есть отдался унынию целиком и полностью. Пока его трижды не ткнули носом в очевидное, подчинялся низменной силе - ткачиха, повариха, сватья-баба Бабариха. Третья-очень загадочный персонаж. Хотя изначально выбирал ту, что обещала ему богатыря, а утратив ее по собственному безволию и глупости, потерял и себя.

Юлия пишет:

 цитата:
Возможно, что это отсылает нас к Матери-земле и прочему - к представлению о женском начале как о природном.


И это каким-то образом связано с выбором и поступками царя Салтана в женском окружении.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 37999
ссылка на сообщение  Отправлено: 31.12.14 15:39. Заголовок: Юлия http://ajlo.ru..


Юлия

Не верю, что Селина умерла. Наверняка, автор нам готовит какой-то неожиданный поворот. И верю в Траума!
Парочка пинеток:
 цитата:
Агата протерла лоб сестры, убирала прилипшие

Протирала, видимо - ? (В прош.времени)
 цитата:
Как ей хотелось бы взять на себя хотя бы часть ее страданий

Первое "бы" легко убирается.

Дамы, с наслаждением прочитала вашу дискуссию - ужасно интересно!

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1659
ссылка на сообщение  Отправлено: 31.12.14 17:03. Заголовок: apropos Хелга http:..


apropos Хелга

С новым годом, мои дорогие!
Радости, вдохновения и творческой реализации и, конечно, счастья и благополучия вам и вашим близким!



apropos пишет:

 цитата:
И верю в Траума!

Ну он хоть пока не помер...
Спасибо за тапки .

apropos пишет:

 цитата:
Дамы, с наслаждением прочитала вашу дискуссию

Присоединяйтесь

Хелга пишет:

 цитата:
Третья-очень загадочный персонаж.

Очень. Этакий координатор, серый кардинал. Если ткачиха с поварихой стали жертвами вполне распространенного недуга – зависти, то мотивы этой бабарихи неясны.

Хелга пишет:

 цитата:
Хотя изначально выбирал ту, что обещала ему богатыря, а утратив ее по собственному безволию и глупости, потерял и себя.


Может быть, чуть по мягче: потерял себя, потерялСЯ в самой сказке, царь из богатырей, а Салтан потерял власть. Не он правит природой, а природа им.


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1660
ссылка на сообщение  Отправлено: 31.12.14 17:10. Заголовок: *** Элиза, представи..


***
Элиза, представив, что качается на качелях, слегка оттолкнулась ногой и качнулась вперед. Она нашла способ справляться с ужасающей пустотой своего убежища – силой воображения. Можно было бы еще мысленно воспроизвести свежий весенний воздух, наполненный ароматом цветов, обдающий лицо и играющий с волосами. Но Элиза задумалась о другом.

Судя по всему, путешествие Шаула подходило к концу. И хотя решающего разговора еще не было, он, кажется, не сомневался в согласии принца. Элиза не могла не признать: правитель Адхельма выгодно отличался от наследника престола Эльтюда. Он был благороден, умен, красив, его суждения о королевской власти, несмотря на прежние опасения, оказались разумны и отчасти созвучны ее собственным представлениям. Он не манкировал своими обязанностями и не предавался пустым развлечениям. Его пренебрежение к условностям этикета хоть и смущало, но не возмущало Элизу. Его любовь к звездам и вовсе вызывала симпатию, потому что роднила принца с ее любимым отцом. Шаул зря беспокоился о том, что она не сможет смириться с особенностями характера Кристиана. И его небольшое княжество казалось ей уютным и вполне подходящим для приложения ее сил и умений.

Что действительно вызывало у нее неприятие, так эта дружба принца и Шаула. Ее ревность – а это несомненно она – была столь глупа и неуместна, что Элиза не могла без жгучего стыда признаться в ней даже самой себе. Напрасно она старалась убедить себя, что дружба с принцем – прекрасная возможность не расставаться с Шаулом. Наблюдая общение двух молодых людей, которые казались неразлучными, она не могла отделаться от глухого, саднящего сердце раздражения.

Может быть, всему виной колдовство? Элиза чувствовала, что чувства Шаула изменились. Его сердцем владели страсть, боль, отчаяние – чего только не было намешено там! – но не прежняя нежность. Даже ревность к принцу пародоксальным образом еще больше привязывала его к Кристиану. Из-за нее он стал более резким и воинственным. Если раньше он предпочел бы компромисс, сейчас он рвался в бой, пылко высказывая свое мнение. Но вместо досады дерзость Шаула будила в принце интерес. В этих горячих спорах они открывали иные горизонты, обретали новое понимание, отчего оба пребывали в небывалом воодушевлении. И Элиза не могла не замечать в Шауле, несмотря на одолевавшую его раздражительность, растущей симпатии к принцу.

– Это все колдовство, – с досадой прошептала Элиза.

Проклятое колдовство, обрекшее ее на заключение, теперь отбирало и любовь. Элиза прикрыла глаза, пытаясь успокоиться.

– Надо отправляться, – вздохнув, приказала она самой себе. – Я должна быть с ним, – убеждала она неведомые ей силы сонного мира, словно ее присутствие в воспоминаниях Шаула могло хоть на что-то повлиять. И все же это было единственное, что она могла сделать.

Шаул и принц были опять вместе. Праздничный кортеж его высочества неспешно катился по дороге к шамбринскому монастырю, утопая в доносившемся издалека колокольном звоне. А двое всадников ехали чуть поодаль, пуская коней то рысью, то шагом, чтобы было удобней вести беседу.

– Я не верю в эффективность выборной власти, – Кристиан попридержал коня, рвавшегося в галоп. – Возможно на местах, в управлении гильдиями, цехами, даже городами – она работает. Но чем выше уровень, тем больше соблазн свои интересы поставить выше общественных. Человек устроен…
– Не лучшим образом, – кивнул Шаул.

Он был не согласен с принцем, но защищать членов магистратов и их представителей в Генеральном собрании содружества не стал: люди облеченные выборной властью, слишком часто свой собственный карман предпочитают интересам соотечественников.

– По крайней мере, не без недостатков, – улыбнулся Кристиан.
– Но я тебе верну твой же аргумент, – кивнул Шаул. – Единовластный правитель, созданный тем же несовершенным способом, что и его выборные коллеги, при всех своих аристократических регалиях не защищен и от грехов тех несчастных. Но только его власть ничем не ограничена, а значит, не ограничены и губительные результаты действий его несовершенной натуры. Такой правитель может оказаться сущим наказанием для своих подданных. Но у них не будет иного способа избавиться от него, как только устроить бунт. В то время, как выборного правителя они попросту переизберут в положенный срок.
– Если правитель столь скверный, согласен, – кивнул принц. – Но что делать, когда надо добиться результатов, которых не увидишь ни завтра, ни через год. Как ты, не обладая единоличной властью и неограниченным временем, произведешь все необходимые изменения? Ведь никто не любит перемен. Если спросить да вот хоть этого мужика, – принц указал на стоявшего у обочины крестьянина, почтительно снявшего шапку перед кортежем правителя Адхельма. – Он скажет все пошлины и налоги – долой, а вместо них выдавать каждый день на соборной площади пироги с говядиной и пряники. На остальные изменения он не согласен. А изменения нужны – от старого, отжившего, мешающего продвижению вперед надо избавляться. И деньги нужны для того, чтобы создавать новое. А что твой выборный правитель? Только задумает реформы, начнет их осуществлять, а недовольные сограждане, не понимая, зачем нужны жертвы, его прогонят. И конец всем благим начинаниям. Ничего нового, оглядываясь на каждого выборщика, не создашь. А без нового будущего нет.

Элиза с интерсом слушала спор. Конечно, она безоговорочно была на стороне принца, и все же ей было интересно, как оставшиеся без короля граждане устроили свое Содружество. А Шаул как ни крути был одним из них. И, судя по тому, что ей удалось услышать, являся горячим приверженцем нового порядка. Элиза не без удовольствия отметила его сомнения по поводу честности выборных лиц, когда он высказал еще одну крамольную мысль в адрес выборщиков.

– Не буду спорить, – кивнул Шаул. – Каждый конкретный человек, и совсем не только этот несчастный забитый нуждой крестьянин, на которого ты указал, думает прежде всего о собственном благе, и глупо было бы ожидать, что высокая идея о неком абстрактном общем счастье серьезно увлечет его, когда дело пойдет о его собственном кошельке. Но следует, мне кажется, не упускать из виду два, нет, скорее, три момента. Первое, довольно прозаичное – о практической справедливости. Согласись: тот, кто платит налоги, имеет право знать, куда они пойдут, и иметь хоть какие-то рычаги управления, и если не менять направление, то хотя бы корректировать его. Заметь, подобное право налагает и ответственность. А это уже не только пироги с пряниками при отсутствии пошлин. И здесь мы подходим к просвещению и человеческому гению, что не поддается жесткой оценке, но не учитывать этого нельзя. Чем просвещенный человек отличается от этого крестьянина, или зажиточного бюргера, или какого-нибудь проигравшего состояние аристократа? – Шаул протянул руку, ожидая ответа от собеседника.
– Он знаком с законами природы, – предположил тот.
– И общества, – кивнул Шаул. – Каждый, кто изучал историю и философию знает, что жизнеспособен лишь тот социум, где уравновешены два начала – усилия верховной власти и воли народа. Когда власть озабочена благом народа, а народ готов жертвовать определенную долю своего дохода и сил на поддержание порядка и защиту государства, государство будет жить. И сможет пройти серьезные испытания. Но если, власть обслуживает только саму себя, а народ требует пирогов и пряников, не желая ничего отдавать, государство разрушится при первой же неурядице.
– Просвещение – это, конечно, хорошо. Кто ж спорит, – согласился Кристиан. – Но ведь и просвещенные люди видят многие вещи по-разному. И совсем не все они обладают стратегическим мышлением, умением предвидеть и смелостью рискнуть.
– Далеко не все, – кивнул Шаул. – Но в этом и есть роль лидера. Он должен обладать харизмой – зажечь своей верой, повести за собой. Как полководец – увлечь в атаку, несмотря на отсутствие гарантий и элементарный человеческий страх.
– Вот только у правителя совсем не войско под началом, – вздохнул принц.
– Значит, ему еще труднее, – нахмурился Шаул.

Элиза была довольна: спор заставил его взглянуть на ситуацию со стороны правителя, ему вспомнились слова отца До о людях, обличенных властью. Но тут разговор к ее досаде оборвался.

– Пора догонять кортеж, – оставил спор Кристиан. – Мы не договорили. Запомни, на чем остановились. Ведь должно же быть решение, – убежденно проговорил принц и пустил лошадь галопом.

Они подъезжали к монастырю. Ворота были распахнуты, воздух гудел приветственным колокольным звоном. День святого Эмерамма отмечала даже природа. Ударившие ночью заморозки одели землю в праздничный белоснежный наряд, искрящийся и переливающийся всевозможными оттенками на солнце, сияющем в высоком голубом небе.

Монахи во главе с настоятелем встречали принца. Среди них возвышался важный отец Брамте. А отца До Шаул так и не увидел: то ли старик опоздал на церемонию, то ли и вовсе проигнорировал ее, предпочтя иные занятия. Разделяя с отцом До его нелюбовь к торжественны речам и ритуалам, Шаул рассеянно оглядывал широкий монастырский двор, очерченный прямоугольником монастырских зданий с изящным кружевом галерей. Посреди двора высился большой каменный колодец, украшенный фигурой ангела, а центральное, возвышающееся над остальными здание собора венчала колокольня. Шуал остановился, заглядевшись на удивительные башные часы. На циферблате, рассеченном золотыми дугами на несколько разноцветных участков, бегали стрелки и два светила – Луна, маленький серебряный шарик, и лучистое золотое Солнце. На ярком охристом секторе циферблата было написано "восход", на розовом – "заря", на оранжевом – "закат", на лиловом – "сумерки", на аквамариновом – "зенит", и только темно синий круг оставался безымянным.

"Вот и не надо никаких сложных вычислений, чтобы узнать время восхода и заката, – подумал Шаул. – Амбросиусу достаточно было бы взглянуть на монастырские часы".

Серебристый шарик луны медленно подкатывался к розовому сектору.

– Шаул, – Сони дергал его за рукав. – Да очнись ты! Все уже в соборе.
– Что ты хочешь? – недовольно спросил Шаул, нехотя оторвавшись от созерцания удивительного механизма, созданного прекрасным мастером.
– Сегодня кто-то рылся в моих вещах, – озабоченно сообщил мальчик.
– Сони, у тебя есть какие-то ценности, которые пропали? – удивленно воззрился на вчерашнего нищего Шаул.
– Нет, – недовольно ответил мальчик и нетерпеливо разъяснил: – Если рылись в моих, могли рыться и в твоих!

Шаул задумался: кто и что мог искать у него? Епископский золотой перстень висел у него на шее, небольшая сумма денег – на поясе в кошельке. Может быть, слуги переложили вещи, а недоверчивый мальчишка поднимает из-за этого тревогу?

– Я не думаю, Сони, что есть какая-то опасность, – ответил Шаул и поспешил за остальными в собор.

Бегом поднявшись по высоким ступенькам, Шаул чуть не налетел на молодого монаха, выбежавшего из величественных дверей собора.

– Книга пропала! – воскликнул вместо извинений брат, видимо, посчитав это достаточным.
– Книга? – переспросил Шаул, но монашек уже скрылся в одной из галерей.

«Пропал тракт Бартоломеуса!» – дошел до Шаула смысл сказанного. Как он мог забыть?! Погряз в своих обидах и зависти.

– Идиот! – горько обругал он себя и глянул на циферблат: серебряный шарик был уже на золотой границе.
– Только не Кристиан, – взмолился Шаул и вбежал в собор.

Там царили суета и замешательство. Бесцеремонно расталкивая монахов и дворян из свиты принца, он наконец пробился к Кристиану.

– Ты знаешь кого-нибудь по имени Фело де Гро? – бесцеремонно обратился он к принцу, схватив его за локоть.
– Конечно, – удивленно, воззрившись на Шаула, ответил тот. – Это мой егермейстер…
– Прикажи найти его, он должен быть здесь, – скороговоркой тараторил Шаул, и нетерпеливо пояснил, видя растерянное лицо Кристиана: – Это он украл книгу! Быстрее!
– Быстро найдите егермейстера де Гро! – громко скомандовал Кристиан маршалу, и гвардейцы отправились выполнять указ.
– Он должен быть около часов, – пробормотал Шаул и бросился обратно во двор.

И снова ему на ступенях у выхода попался молодой монашек.

– Книга! – ошарашено воскликнул тот, держа в руках пропавший фолиант.
– Где ты взял ее?! – накинулся на него Шаул.
– Здесь на ступеньках, – оторопело проговорил монах.

Шаул вырвал книгу из его рук и сбежал по ступенькам вниз. Он увидел, как, мелькнув в одной из галерей, неуклюжий пышно одетый толстяк выскочил на середину двора, и замер у колодца, заворожено уставившись на часы.

– Господин егермейстер! – гвардейцы бежали к толстяку, но тот и не собирался удирать.

Не сводя с циферблата взгляд, он все быстрее, причмокивая и плюясь, шевелил толстыми губами. Шаул вырвался вперед, опередив гвардейцев, и со всего маха ударил придворного по голове священной книгой. Послышался треск сломанной доски, и Фело де Гра грузно опустился на монастырский двор, из его руки выпал свиток и, подкатившись к ногам Шаула, рассыпался в прах.

– Кристиан! – Шаул, распихивая людей, заполнивших монастырский двор кинулся к принцу, пробившись, схватил того за плечи и, пристально вглядываясь в глаза, спросил:
– Это ты?
– Я, – ответил принц, озабоченно глядя на друга. – Что с тобой, Шаул?
– Как зовут моего брата?
– Тим, – ошарашено ответил Кристиан.
– Слава небесам, – выдохнул Шаул и улыбнулся, взглянув на циферблат часов: серебряный шарик медленно пересекал золотую границу, спеша к золотисто-охристому полю. Еще несколько мгновений и ночной страж проснется без помощи коварного егермейстера. Ноги не держали Шаула, дикая боль в плече разлилась по всему телу.

– Что случилось, Шаул? Ты бледный, как приведение, – Кристиан усадил его на ступеньки и сам опустился рядом с ним. – И зачем ты оглушил де Гро?

Шаул молчал. Вокруг беспорядочно суетились люди, а у него кружилась от этого голова, и дурнота накатывала от рвущей плечо пульсирующей боли.

– У тебя кровотечение, – проговорил принц, глядя на свою окровавленную ладонь, которой только что обнимал Шаула, поддерживая, чтобы тот не упал.
– Ваше высочество, – граф пробился к ним. – Пора, вы должны быть в соборе.
– Иди, тебя ждут, – с трудом выговорил Шаул, – а я в надежных руках, – кивнул он на протискивающихся сквозь толпу Сони и отца До.
– Помогите ему, отец, – обратился Кристиан к монаху, поднявшись. – А ты стереги его, – он по-дружески похлопал Сони по плечу и бегом поднялся по ступенькам собора.

Элиза прикрыла глаза. Головокружение прошло, но в ушах еще слышался отдаленный звон, а плечо дергала слабеющая боль. Наконец все смолкло и затихло. Ее снова окутывал неизменный голубоватый сумрак ее убежища. Принцесса задумчиво поправила упавшую на лицо прядь. Как стремительно все произошло! Шаул победил колдовство – пергамент рассыпался, коварное заклятие исчезло. Он отринул его для себя и не позволил предателю воспользоваться им. Но разрушил заклятие не удар по голове. Заклятие разрушается иной силой. И этой силой была не любовь к ней, а дружба с Кристианом. Наверное, это было правильно, так все и должно происходить. Но Элиза оставалась в замешательстве. Слишком быстро развивались события, слишком порывисто действовал Шаул. Теперь и она, и принц Кристиан, оба будут обязаны Шаулу жизнью. Но это почему-то не радовало ее.


Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38002
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.01.15 22:36. Заголовок: Юлия С Новым годом..


Юлия
С Новым годом!

Пошла вдумчиво читать продолжение!

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38013
ссылка на сообщение  Отправлено: 02.01.15 15:33. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия
Юлия пишет:
 цитата:
Ведь должно же быть решение, – убежденно проговорил принц

Конституционная монархия?
Опять запуталась со свитком и колдовством.
Насколько я поняла, свиток оказался у Шаула после гибели бастарда - Бруно его принес, а теперь этот свиток у Шаула украли (Сони заметил, что в вещах рылись). Вот как бы это поподробней описать, мне кажется. Ну и непонятно, каким образом Шаул догадался, что происходит, и что вообще сей ритуал со свитком значит. А также, каким образом он вычислил Фело де Гро (кстати, прежде его имя звучало как Фело де Грос - с "с" на конце) и понял, как его остановить. Видимо, об этом в дальнейшем будет рассказано?

Чуток тапков:
 цитата:
ревность к принцу пародоксальным образом

парадоксальным.
 цитата:
являся горячим приверженцем нового порядка

Пропущена буква - являлся.
 цитата:
нелюбовь к торжественны речам и ритуалам

торжественным. Буква пропущена.
 цитата:
широкий монастырский двор, очерченный прямоугольником монастырских зданий

Монастырский - монастырский. Второе можно убрать, кмк.
 цитата:
Шуал остановился, заглядевшись на удивительные башные часы.

Шаул.
 цитата:
«Пропал тракт Бартоломеуса!»

Трактат - ?

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30617
ссылка на сообщение  Отправлено: 02.01.15 18:08. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Как славно вписываются в сказку размышления о государственном устройстве и столкновении интересов общества!

И так неожиданно разрешилось дело свитка!

apropos пишет:

 цитата:
Видимо, об этом в дальнейшем будет рассказано?



Настроена на то, что все объяснится дальше.

Чуть тапочков навскидку.

Юлия пишет:

 цитата:
Элиза с интерсом слушала спор.



с интересом

Юлия пишет:

 цитата:
и только темно синий круг оставался безымянным.


темно-синий.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1664
ссылка на сообщение  Отправлено: 03.01.15 22:36. Заголовок: apropos, Хелга http..


apropos, Хелга

Спасибо, дорогие.

apropos пишет:

 цитата:
Насколько я поняла, свиток оказался у Шаула после гибели бастарда - Бруно его принес, а теперь этот свиток у Шаула украли (Сони заметил, что в вещах рылись). Вот как бы это поподробней описать, мне кажется. Ну и непонятно, каким образом Шаул догадался, что происходит, и что вообще сей ритуал со свитком значит. А также, каким образом он вычислил Фело де Гро (кстати, прежде его имя звучало как Фело де Грос - с "с" на конце) и понял, как его остановить.


Хелга пишет:

 цитата:
Настроена на то, что все объяснится дальше.



Вы меня озадачили. Мне казалось, что все вполне понятно, и дополнительные пояснения излишни.
Можно я подведу итог всего, что касается этого заклятия?

1. Сам текст:

 цитата:
На брачном ложе вместо принцессы – нищенка.
Судьбы обманчивое колесо поверни вспять.
Низкий войдет в храмину высокого.
Увраж о душе из Шамбре отыщи.
В нощи, что монах уронил перо, ночного стража разбуди.
Слово (200) покой (80) узнай (3) и
имя Глаголь (4).



2. Шаул понял как это сделать по аналогии с предыдущим заклятием, которое он снял с изголовья Элизиной кровати. Кроме самого текста заклятия, мы имеем несколько упоминаний, по которым по моей идее у читателя должно было составиться мнение, что именно должно произойти (тот самый ритуал)
Сначала отец Брамте рассказывает ему о легенде, связанной с книгой, которую они везут в монастырь Шамбре (о которой упоминает и свиток: " Увраж о душе из Шамбре").

 цитата:
Брат Бартоломеус умер, так и не успев дописать трактат. Говорят, ему открылось тайное знание о том, как душа может переселиться из одного тела в другое. Будто бы он не умер, а переселился в тело умирающего от душевной болезни брата, короля Ульрика.



То есть речь идет о переселении душ. И Шаул догадывается о том, как это сделать: надо произнести слова из книги (Слово (200) покой (80) узнай (3) и имя глаголь), которые находятся на 4-ой строке 283 страницы. (Он же уже знает, что в заклятии и сами слова и их числовые значения играют роль)


 цитата:
Заклятие предлагало по собственной воле повернуть колесо судьбы. Оно использовало тайные знания монаха о переселении души. И Шаул знал, как это сделать. Он догадался, как определить время и нужные слова, он знал номера нужных страниц и строки. Оставалось только найти выброшенную монахом книгу…




 цитата:
– Я знаю, как расшифровать свиток, – забросил удочку Шаул.
– Неужели? – равнодушно спросил монах.
– Мне только надо знать, какие слова находятся на четвертой строке двухсотой восемьдесят третьей страницы.



 цитата:
У одного из них есть шанс превратиться в принца…



Сами слова Шаул (вместе с читателем) узнает, прочитав книгу.

 цитата:
Шаул погрузился в увлекательное, как оказалось, чтение, и к вечеру одолел небольшой трактат, заканчивающийся на двухсот восемьдесят третьей странице, на которой и было-то всего четыре строки. "Душа моя, переселись в обители иные, куда стремишься ты, не ведая оков телесных, войди в храмину…" – были последними словами брата Бартоломеуса


Мне казалось, что сами эти слова подразумевают ритуал (Слово узнай и имя глаголь): достаточно произнести их, закончив нужным именем (Например: Душа моя, переселись в обители иные, куда стремишься ты, не ведая оков телесных, войди в храмину Кристиана)

Дату, когда подобное превращение возможно ("В нощи, что монах уронил перо, ночного стража разбуди") ему сообщает отец Брамте:

 цитата:
– А в какой день преставился отец Бартоломеус? – задал Шаул вопрос, но никто не ответил.
– Отец Брамте, вы знаете дату смерти Бартоломеуса Шамбрийского? – Шаул подошел к монаху и присел рядом с ним.
– Зачем вам это? – тускло спросил тот, но ответил: – В день святого Эммерама.
– Он отмечается осенью? – уточнил Шаул.
– Через пять дней, – проговорил монах и, вздохнув, добавил: – Мы должны были быть в этот день в монастыре на праздничной службе в честь возвращения рукописи.



И Шаул попадает в это самый день в монастырь. Видит часы, понимает, что узнать время восхода луны может узнать любой, кто видел эти часы.
Он узнает, что книга украдена и предполагает, что это мог сделать тот, кто был связан с Амброзиусом.
Амброзиус дважды упоминает Фело де Гро и один раз именно в связи с книгой и неким пьющим монахом.

 цитата:
Я уже месяц ищу эту чертову книгу. Если бы не эта жирная свинья Фело со своим пропойцей… Скотина



 цитата:
Ты, жирная свинья Фело де Гро и его придурочный монах,


О пьющем монахе и нападении с целью похищения книги рассказывает и Бруно:

 цитата:
вечером того дня, когда они расстались с Сони на постоялом дворе, мальчик, по обыкновению проводивший вечера за игрой в задних комнатах одного трактира, узнал о готовившемся нападении на курьерскую карету. Пьяный монах, расчувствовавшись от обилия выпитого, раскаялся, выбрав умеющего слушать мальчика своим наперсником.


Монах не мог воспользоваться заклятием, потому как был далеко. Шаул пытается узнать, кто такой де Гро (извиняюсь за путаницу с именем – постоянная моя проблема), и попадает в точку – тот связан с принцем и должен быть в монастыре вместе с его свитой. Время восхода вот-вот наступит, он выбегает к часам во двор. Там видит человека перед часами что-то бормочущего и спешит помешать ему произнести имя Кристиана (по крайней мере он предполагает, что егермейстер тоже хочет стать принцем). Ударяя того по голове, Шаул не дает закончить, и заклятие не срабатывает.

Есть еще ряд косвенных намеков, что и как предполагает заклятие:


 цитата:
А если ваша душа вместо тела вашего брата, переселится в тело… – Шаулу не было дела до гнева разбушевавшегося разбойника, он должен был разобраться и оглянулся в поисках примера. – Ну хоть Фингала… или Боры? Вы и на это готовы?



 цитата:
Амбросиус мог думать, что угодно, но именно ему, Шаулу, было под силу разгадать все загадки свитка. Знал ли коротышка, что разбудить ночного стража в день святого Эммерама невозможно ночью? А Шаул мог рассчитать точное время восхода луны.



 цитата:
Но не могла же она полагать, что Шаул серьезно задумается о том, чтобы хладнокровно посягнуть на душу другого человека?



 цитата:
Он хотел быть вами. Вы были воплощением всего, что он хотел иметь и не имел. Но он понимал, что даже отобрав у вас власть, он никогда не получит то, что вы получили по праву рождения и воле Провидения. Так что ему необходимо было превратиться в вас.




Я все это так подробно расписала, чтобы можно было понять, достаточно ли текста или действительно надо что-то растолковывать дополнительно и что именно. Вы читаете с большими перерывами, и что-то могло просто забыться, и потому картинка не сложилась, а, может, и нет. Но сейчас перед вами вроде как все, что есть. Наглость, конечно, с моей стороны, но… вопрос остается открытым: Что именно неясно и требует уточнения?

Может быть, следует напомнить читателю слова из книги перед случившимся.

"Вот и не надо никаких сложных вычислений, чтобы узнать время восхода и заката, – подумал Шаул. – Амброзиусу достаточно было бы, взглянув на монастырские часы, произнести слова из трактата, закончив их именем Кристиана".
В памяти всплыла поэтичная строка брата Бартоломеуса: "Душа моя, переселись в обители иные, куда стремишься ты, не ведая оков телесных, войди в храмину…" Нет, что ни говори, а старик До прав: для человеческой души существует лишь одна храмина - его собственное тело. Все остальное – подлейшее предательство и осквернение Истины.

Серебристый шарик луны медленно подкатывался к розовому сектору".




Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38015
ссылка на сообщение  Отправлено: 04.01.15 10:55. Заголовок: Юлия пишет: Что имен..


Юлия пишет:
 цитата:
Что именно неясно и требует уточнения?

Попробую объяснить. Например, если мы возьмем какие-нибудь детективы - той же Агаты Кристи или Рекса Стаута. В текстах имеется множество подсказок для внимательного читателя - какие-то слова, события, жесты, улики, что в итоге позволяет сыщикам, следуя дедуктивному методу расследования, разоблачить преступника. Но, не полагаясь полностью на подобную же способность читателей к дедукции, авторы всегда в итоге предоставляют слово сыщикам, которые упоминают о зацепках, на которые они обратили внимание, связывают их в логическую цепь рассуждений и на этой основе делают выводы и разъясняют ход своего расследования. В итоге у читателей на многое раскрываются глаза, вспоминаются какие-то, казалось, незначащие события, обмолвки и т.д., и отдается дань гениальному уму сыщика, который смог выудить из множества разрозненных фактов - важные, позволившие разоблачить преступника.

У тебя тоже по тексту - как я теперь вижу из твоего разъяснения - развешено много ружей и крючков, но ты делишься с читателями только выводами, исключая практически полностью те логические умозаключения героя, которые привели его к известным нам действиям. Читателю остается неизвестным (и непонятным), каким образом - и на чем основываясь - Шаул сделал свои заключения\пришел к своим догадкам, что они из себя представляют, и почему сделал то, что сделал.
Поэтому, как мне кажется, стоит добавить ход его размышлений. Не обязательно все разжевывать, конечно, но объяснить что, зачем и почему.
Юлия пишет:
 цитата:
Вы читаете с большими перерывами, и что-то могло просто забыться, и потому картинка не сложилась, а, может, и нет.

С перерывами, да, к сожалению. Но я, как мне представляется, читаю достаточно внимательно, стараясь держать в памяти основные моменты развития интриги, а что-то и освежить (перечитываю некоторые фрагменты). При этом линия со свитком то и дело прерывается другими событиями - то воспоминаниями принцессы, то описанием зарождающейся дружбы Шаула и принца, и т.д., а мелкие детали в любом случае не акцентируются вниманием.
Юлия пишет:
 цитата:
Шаул пытается узнать, кто такой де Гро

Кстати, тоже непонятно - с чего вдруг Шаул решил, что де Гро - придворный принца. И почему, собственно, он не был арестован с другими разбойниками? И почему именно де Гро, а не кто другой? Да и предположение, что де Гро пытается "переселиться" именно в принца - тоже ничем не оправдано. Не говоря о том, каким образом он (де Гро) сумел расшифровать свиток и понять, что надо делать.
Опять же со свитком (вот он мне дался). Почему бы не разъяснить читателям, что украден именно свиток? Это, кстати, даст возможность Шаулу встревожиться и построить на том очередное, логически мотивированное предположение о возможных последствиях сего происшествия - ? Да и то, что свиток находится именно у Шаула, стоит - кмк - все же уточнить более расширенно, иначе он просто пропадает из поля зрения читателей: был у Амбросиуса, потом вскользь упоминание о том, как Бруно его держит, - и все. Я, в общем, совсем случайно догадалась, что это он был украден у Шаула, и то более догадка, нежели уверенность.
Т.е. подобные непонятные мелочи сбивают, отчего разрушается цельность событий и картинки.
Юлия пишет:
 цитата:
Может быть, следует напомнить читателю слова из книги перед случившимся.

Ну вот примерно это я и имею в виду. И делать это (напоминание или разъяснение хода мыслей Шаула) не только в данном случае, но и по ходу предшествующих событий.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1665
ссылка на сообщение  Отправлено: 04.01.15 22:37. Заголовок: apropos http://jpe...


apropos
Спасибо, дорогая.
apropos пишет:

 цитата:
не полагаясь полностью на подобную же способность читателей к дедукции, авторы всегда в итоге предоставляют слово сыщикам, которые упоминают о зацепках, на которые они обратили внимание, связывают их в логическую цепь рассуждений и на этой основе делают выводы и разъясняют ход своего расследования.


Честно, говоря, у меня была такая идея, но я ее отбросила, побоявшись, что переборщу с объяснениями. Когда сам все придумываешь, кажется, все шито белыми нитками и больше заботишься, чтобы читатель сразу не увидел все уши. Но теперь я подведу итог в диалоге Кристиана и Шаула в следующем отрывке.

apropos пишет:

 цитата:
При этом линия со свитком то и дело прерывается другими событиями - то воспоминаниями принцессы, то описанием зарождающейся дружбы Шаула и принца, и т.д., а мелкие детали в любом случае не акцентируются вниманием.


Конечно, ты права: трудно удерживать в памяти незначительные события. Я просто не смогла увидеть этого (само-то все знаю).

apropos пишет:

 цитата:
И делать это (напоминание или разъяснение хода мыслей Шаула) не только в данном случае, но и по ходу предшествующих событий.


Добавила разъяснение о пропаже свитка, как ты писала. Уточнила, каким образом он у Шаула оказался (на самом деле его оставил ему Амброзиус для расшифровки, а потом случился побег). И напомнила о словах-цифрах.
Надеюсь, эти добавки вместе с конечным объяснением помогут читателю разобраться в этом проклятом заклятии.


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1666
ссылка на сообщение  Отправлено: 04.01.15 23:00. Заголовок: *** Невыносимая, раз..


***
Невыносимая боль пронзила сердце и жгучими иглами растеклась по сознанию. Все имеет свою цену, и каждый поступок чреват последствиями. Он полюбил, нарушая все мыслимые законы мироздания, и теперь наказан. Душа маленькой феи получила смертельный ожег. Его минутная слабость стоила ей жизни. Он не должен был, не имел права допустить ничего подобного. Призванный стоять на страже законов бытия, обладающий могуществом и властью противостоять хаосу, уничтожил жизнь!

Отчаяние захлестнуло его, сдавив до хруста грудь, а потом обрушилось разрушительной бурей, разрывая и разметывая его сердце, уничтожая его самого. Ее больше нет! Все его необъятное могучее существо свернулось в яростном вихре, сжавшись в единую точку, где когда-то трепетала чистая душа маленькой феи, и, взорвавшись отчаянием, разлилась, забушевала, заклокотала раскаленной лавой. Без Селины все потеряло смысл. Душа его ревела и корчилась, изрыгая в муках проклятия.

Как Провидение позволило любовь такому, как он?! Как ему, существу из воли и силы, не имеющему собственной судьбы, Провидение оставило шанс личного избрания? Или бесплотная служебная стихия самовольно посягнула на исключительное право, роднящее с Творцом? Откуда появилась единственная душа, сумевшая полюбить владыку снов? Как смогла маленькая фея изменить созданное для долга сердце, как смогла взрастить любовь на бесплодной почве?

Служебный дух бессильный исполнять свой долг. Всей его силы едва хватало, чтобы удерживать разрушающий смерч, защищая вверенный ему мир от самого себя. Впервые Траум изнемогал. Силы были на исходе. Еще немного и разбушевавшийся хаос, разольется, затопляя и сокрушая весь строй, уничтожая, дробя и размалывая всех и вся в гигантском коловороте его страданий. Уже рвались с ужасающим звоном напряженные до предела фибры мира под напором обезумевшей стихии.

В кровавом мареве разрывающей его боли Траум едва осознавал происходящее, когда легким дуновением вдруг пришло избавление. Словно прохладная рука легла на разгоряченный смертельной лихорадкой лоб.

– Траум! Ты справишься, милый Траум… – сквозь дикий шум и оглушительный рев далеким колокольчиком звенел ее голос. – Я не оставлю тебя, любимый. Траум, Траум…

Он бредит?! Перед его концом Провидение дарит ему прощение его чудовищного отступничества?! Легкой бабочкой нежный голос трепетал в его сердце, и стихия смирялась. Утешение прохладной волной заливало кипящий хаос. Силы, что подарила ему ее вера, возвращали его власть над миром. Как это могло произойти? Маленькая фея. Где же она?!

– Все хорошо, ваше величество, – услышал он голос Рева. – Вы справились. Остались сущие пустяки. Теперь все будет хорошо.

Траум открыл глаза. Рев, израненный, с опаленными бровями, ожогами и ссадинами на лице и руках, хлопотал около него.

- Gratias ago tibi*, – обратился Траум к Провидению.

Он вышел из подчинения, нарушил наказ, по своеволию чуть не разрушил вверенный ему мир и был прощен.

– Rex tremendae majestatis, pie Judex** , – благодарно выдохнул Траум. – Но где же она?
– Кто? – удивленно уставился на него Рев.
– Селина, – прошептал Траум.
– Все, что от нее осталось, в царстве Тода, – сокрушенно ответил помощник.
– Я слышал ее.
– Вы боролись с хаосом, – с сомнением проговорил Рев.
– Она спасла меня.
– Вас спасло Провидение, – с сожалением глядя на владыку, проговорил верный помощник.
***
* Благодарю тебя
**Царь потрясающего величия, судья милосердный

Жду тапки со смирением.

Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38016
ссылка на сообщение  Отправлено: 07.01.15 09:54. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Жуть просто, что происходит. Бедный Траум!
*упрямо* Все равно не верю, что Селина умерла. Провидение (и Траум) должны ее спасти.
Автор, ты это того... Прекращай измываться над героями и читателями!
Юлия пишет:
 цитата:
Надеюсь, эти добавки вместе с конечным объяснением помогут читателю разобраться в этом проклятом заклятии.

Ага, разъяснения наверняка помогут, да и интересно было бы проследить ход мыслей Шаула. Юлия пишет:
 цитата:
Жду тапки со смирением.

Ой, я уж сама боюсь этих тапков. Но только один, малюсенький:

 цитата:
Еще немного(,) и разбушевавшийся хаос, разольется,

Одной запятой не хватает, одна - лишняя.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1668
ссылка на сообщение  Отправлено: 07.01.15 18:38. Заголовок: apropos http://jpe...


apropos

apropos пишет:

 цитата:
Все равно не верю, что Селина умерла. Провидение (и Траум) должны ее спасти.


Умерла она. Куда ж деваться? Закон есть закон.

apropos пишет:

 цитата:
Ой, я уж сама боюсь этих тапков.


Что ты! Каждый тапок на вес золота!. Даже и не тапки, а хрустальные туфли. Я жду каждый этот туфель, как не знаю что! Обнимаю и целую - такие они обстоятельные, четкие и верные. Без них никуда. Как я увижу, что напортачила и где?
Про смирение это я к тому, что кусок очень для меня проблематичный. Когда какие-нибудь страсти и страдания, ты ж знаешь, у меня одни восклицательные знаки. Остапа несет прямо-таки в открытое море. Потому я жду ваших трезвых разумных взглядов, чтобы привести эти бурные вопли в достойные, хоть и масштабные страдания.

Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38017
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.01.15 17:37. Заголовок: Юлия пишет: Умерла о..


Юлия пишет:
 цитата:
Умерла она. Куда ж деваться? Закон есть закон.

Не верю! (с)
Юлия пишет:
 цитата:
жду каждый этот туфель, как не знаю что!

А я вечно рефлексирую, перед тем, как... Юлия пишет:
 цитата:
кусок очень для меня проблематичный

Ну, мне показалось, что все в рамках. Хелга еще, надеюсь, скажет свое веское слово.
А где продолжение?! Жду!
Оффтоп: Хелга в отпуске, там что мы можем, думаю, потихоньку продвигаться, а она потом подтянется.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1669
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.01.15 19:01. Заголовок: apropos http://jpe...


apropos apropos пишет:


 цитата:
Не верю! (с)


Не знаю, не знаю, Константин ты наш Сергеич.

apropos пишет:

 цитата:
А я вечно рефлексирую

Не думай даже. Серьезно, я так вам благодарна за такую огромную и очень для меня важную работу. Просто не могу выразить, не впадая в ужасный пафос, но благодарность от этого только растет.
Спасибо вам обеим огромное.





Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1670
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.01.15 19:05. Заголовок: *** Пустое пространс..


***
Пустое пространство вдруг наполнилось странным гулом в одночасье разразившимся оглушительным звоном, словно лопнула огромная стягивающая мир струна. Элиза сжалась от страха, но больше ничего не произошло. Обычная глухая тишина укутала ее, словно ватой. Страх не ушел, а лишь затаился внутри. Поднявшись на ноги, она огляделась. Но что здесь увидишь? Все та же густая синева. И вдруг она не увидела – нет, – почувствовала нечто, что раньше никогда не замечала: множество невидимых нитей, из которых было соткано пространство. Сейчас, подобно перетянутым струнам, они дрожали от напряжения, и Элиза чувствовала внутри себя эту напряженную вибрацию. Но вот снова послышался прежний гул, он нарастал постепенно, все плотнее заполняя прежнюю пустоту. Струны стали лопаться с пронзительным звоном одна за другой. Боль, страшная боль! Она разлилась и запульсировала вокруг. Это была не ее боль, но боль рвущейся плоти мира. Вынести этого было невозможно – страшные муки, ужас и отчаяние раздирали все сущее.

– Отправь меня к Шаулу! – в панике закричала Элиза и оказалась в большом полупустом зале, где кроме двух фехтующих никого не было.

Звонкие удары оружия наполняли его гулкое пространство. Оглушенная отчаянным воплем мира снов Элиза бессмысленно наблюдала за фехтующими, с трудом приходила в себя и не слышала Шаула. Наконец она узнала в фехтовальщике Кристиана, второй в простом сером дуплете был ей не знаком. Бой шел на тонких полуторных рейтшвертах. Принц был великолепен, легко двигаясь вокруг противника, он внезапно сокращал дистанцию и наносил точные, резкие удары. Полуторный меч с изящной кованой гардой в руке Кристиана казался невесомым. Ее чувства наконец обрели прежнюю восприимчивость, и восхищение Шаула другом отозвалось в груди горькой досадой. Кристиан улыбнулся Шаулу и продолжил занятие, обмениваясь с противником ударами и короткими репликами.

Шаула вздохнул, и Элиза ощутила, как рядом с восхищением в его сердце притаилась зависть. Увлекаясь рыцарскими историями, он в свое время посещал фехтовальную школу и трактатов по различным теориям боя прочел немало, но его техника и вполовину не была так точна и красива, как у Кристиана.


С памятного дня святого Эммерама прошло несколько дней. Благодаря заботам отца До и Сони Шаул шел на поправку. Снадобья монаха наконец победили инфламацию, мучавшую его со времени ранения, постоянный озноб отступил, резкая, пульсирующая боль в плече притихла и притупилась. Рассыпавшийся в прах свиток ознаменовал и освобождение Шаула от власти злого колдовства. Мрачная раздражительность, что мучила его все последнее время, сменилась тянущей сердце тоской. Элиза не могла не испытать глупого самолюбивого ликования, чувствуя, как мечется и рвется сердце Шаула от предстоящей разлуки с нею. Она наслаждалась нежностью, вернувшейся в его сердце, краснея и волнуясь, погружалась в бурлящие страстью любовные грезы о ней. Так же, как и он, Элиза не торопила решающего разговора с принцем о собственной персоне, не в силах отказаться от любви. Но горькое чувство неправоты их счастья саднило сердце, и она вместе с Шаулом, тоскуя, искала оправдания и отговорки, мешая радость с болью.

Каждый вечер Шаул засыпал с обещанием поговорить с принцем, и каждое утро находил причину отложить разговор назавтра. Кристиан тоже не настаивал на обещанном разговоре. Случившееся на монастырском дворе гораздо больше занимало его. Потеря рассудка егермейстером, очнувшимся после удара Шаула, избавила принца от необходимости принятия сложного решения о судьбе де Гро. Втиснуть в узкие юридические рамки мистические коллизии покушения не представлялось возможным. Да и было ли оно? Практичный ум Кристиана не мог поверить в реальность силы колдовского заклятия. Авторитетное заявление отца Брамте он выслушал скептически, и только искреннее расположение к Шаулу не позволило ему усомниться в заверениях друга.

– А теперь растолкуй мне, что было в этом чертовом свитке, который стоил бедняге де Гро рассудка, а тебя уложил в постель, лишив меня твоего общества на целый день, – попросил вечером того же дня принц, расположившись в кресле у кровати Шаула с бокалом вина.
– Судя по всему, де Гро рассчитывал с его помощью оказаться не в лечебнице, а во дворце, – улыбнулся тот.
– Нет-нет, не торопись. Я никогда не сталкивался ни с одним колдовским заклятием. Как оно звучало?
– На брачном ложе вместо принцессы – нищенка, – начал Шаул, припоминая текст свитка. – Судьбы обманчивое колесо поверни вспять.
Низкий войдет в храмину высокого.
Увраж о душе из Шамбре отыщи.
В нощи, что монах уронил перо,
ночного стража разбуди.
Слово узнай
И имя глаголь.
– Тарабарщина какая-то, – проговорил Кристиан. – Как ты понял, о чем в нем идет речь?
– Я тебе говорил, что уже имел дело с другим колдовским заклятием, использующим тот же трюк. А до того, как я прочел этот, отец Брамте рассказал мне легенду об авторе книги, которую искал Амброзиус. Якобы брату Бартоломеусу открылась тайна переселения душ, и его собственная душа переместилась в тело его брата короля. Прочитав заклятие, нетрудно было понять, что колдовство использует именно эту легенду. Сам Амброзиус был уверен, что это заклятие написано для него и поможет стать тобою, чем тоже подтвердил мою догадку. Ну, а когда я прочел указанные в свитке слова самого трактата: «Душа моя, переселись в обители иные, куда стремишься ты, не ведая оков телесных, войди в храмину…», – сомнений не осталось. Заклятие обещало переселить низкого, каким почитал себя Амброзиус, в тело высокого, то есть твое тело – так, по крайней мере, предполагал твой брат. Для этого, следуя указаниям, ему необходимо было отыскать книгу монаха из Шамбре. Как он понял, о какой книге идет речь, я не знаю. Мне о ней рассказал сам Амброзиус. Далее – указание времени. Произнести заклинание необходимо в ночь, когда монах уронил перо. Отец Брамте упомянул, что согласно все той же легенде брат Бартоломеус умер в момент написания трактата о душе. Трактат и в самом деле не закончен. Значит, речь идет о дне смерти монаха, который приходится, по словам того же отца Брамте, на день святого Эммерама. Все остальное не сложнее детской головоломки. Время – «ночного стража разбуди» – момент восхода Луны. Слова двух последних строчек, кроме собственного, имеют еще и цифровое значение. Таким образом, стало понятно, какие строчки трактата необходимо произнести в момент восхода луны, назвав имя того, в кого тот самый низкий и хотел переселиться, повернув колесо судьбы вспять.
– Хорошо, – кивнул Кристиан. – Но причем здесь де Гро?
– Дважды Амброзиус называл его имя, упоминая вместе с неким пьющим монахом, в связи с книгой. И Сони рассказал, что узнал о нападении на курьерскую карету, перевозившую загадочную книгу, от напившегося монаха. Собственно, это была просто догадка. Ведь кто-то должен был растолковать Амброзиусу про книгу, а потом сообщить, что ее везут в монастырь. Среди его разбойников никого по имени де Гро не было, да и само имя указывало на то, что он не разбойник. Если один из сообщников Амброзиуса жив и на свободе, он вполне мог воспользоваться свитком, чтобы уже в свою пользу обернуть задуманное твоим братом.
Не могу себе простить глупейшей оплошности – оставить свиток среди вещей без присмотра! Мне тогда казалось, что все закончилось со смертью Амброзиуса. К тому же, встретив тебя, я, к стыду своему, был озабочен совсем другими вещами и напрочь позабыл об этом проклятом свитке. Но в монастыре все сошлось одно к одному – украденный из твоего дворца свиток, – Шаул принялся загибать пальцы, – значит, у преступника есть доступ во дворец. Следующее – знатное имя мерзавца, он вполне мог быть среди твоих придворных. Затем – вновь пропавшая книга, сам день святого Эмерамма и наконец – время восхода Луны, которое приходилось не на ночь, как говорил свиток, а на середину дня. Я ни в чем не был уверен и действовал просто под влиянием минуты. Не было ни секунды на размышления – главное было остановить безумный план. Увидев, как, уставившись на циферблат часов, какой-то толстяк торопится что-то пробормотать, я желал только одного – не дать договорить ему до конца, когда он произнесет твое имя. Вот и все, – пожал здоровым плечом Шаул. – Я был уверен, что и он выберет тебя, хотя, возможно, в этом я ошибся. Может быть, когда-нибудь де Гро придет в себя и расскажет, что он задумал. Хорошо, что свитка больше нет.
– Я рад, что все это произошло, – парадоксально заключил Кристиан, рассматривая вино в бокале на свет ярко пылающего камина.
– Что именно радует тебя? – поморщился Шаул. – То, что подобная опасность вообще существовала, или что твой брат был готов пойти на это?
– Меня радует, что все стало на свои места. Амбросиус покоится, надеюсь, с миром, в усыпальнице, де Гро – в приюте для душевнобольных, а только там и место, человеку, решившемуся на подобное безумие. А я не ошибся в тебе. Я рад, что обязан тебе жизнью, а, возможно, и душой.

Доверие Кристиана вселяло в Шаула надежду, что тот не откажется разбудить принцессу, не покусившись на независимость его сограждан. Но совесть обличала, обвиняя в предательстве этого доверия. Не смея сознаваться Бруно, стесняясь Сони, Шаул поверял свои сомнения бумаге. «Я вынужден признать, – писал он в своем дневнике, – меня мучает страстное желание и нежность к той, что должна принадлежать Кристиану. Моя любовь к Элизе вовсе не походит на возвышенное рыцарское поклонение прекрасной даме. Как же я буду смотреть в глаза другу, предлагая ему руку принцессы, когда не престаю думать о его нареченной, как о своей возлюбленной, и, словно скаредный купец, перебираю в памяти ее черты и моменты желанной близости, что вижу в редких недозволительных снах? Стыжусь и жажду их. Как отказаться от этого? Да что еще у меня есть?! Но отдав ее Кристиану, я уже не посмею прикоснуться к ней даже в мыслях. Моя любовь должна будет уйти на дно, раствориться. Но как решиться на это?!» Ах, если бы он знал, какой нестерпимой мукой и счастьем наполняла сердце Элизы его признания!


– Завидуешь или готовишься к разговору? – проскользнув в оставленную приоткрытой дверь зала, Бруно уселся у ног Шаула.

Элиза почувствовала, как напрягся тот. Он уже давно ждал отповеди от въедливого кота, и удивлялся его странному молчанию. Но, видно, и необычному терпению Бруно пришел конец.
– Сегодня вечером, – сухо ответил Шаул. – Сегодня вечером за ужином.
– Почему не сейчас, после его тренировки, или за обедом, или во время ваших ежедневных прогулок?
– Вечером, – отрезал Шаул и вышел из зала.
«Я должен оставить себе воздуха на один вздох, – оправдал он свое решение перед самим собой. – Мне нужно время попрощаться с Элизой». Как объяснить ту сумятицу самых противоположных чувств, что испытывала она, наблюдая его отчаянную борьбу с самим собой – беспредельная нежность и безнадежная грусть разрывали ей сердце, не давая дышать. Она понимала, почему он не отваживается на разговор с глазу на глаз с Кристианом. Шаул был убежден, что предает их дружбу, скрывая свою страстную любовь к той, чью руку должен вручить принцу. Откладывая разговор на ужин, где присутствие графа и его супруги, помогут избежать ему предельной откровенности, на которую мог рассчитывать его друг, он выкраивал себе еще немного времени. "Только поможет ли это?" – горько вздохнула Элиза.

После урока фехтования Кристиан решил показать Шаулу самые красивые земли своего княжества.

– Это здесь неподалеку, – сказал он и, обернувшись к маршалу гвардейцев, пояснил: – Я хочу отвезти Шаула в Клаверден, нам не нужно сопровождение.

Они выехали из города, миновали обступившие его села и, перебравшись через мост, оказались в поистине удивительном месте. Среди альмандиновых потемневших после первых заморозков холмов, несла свои шанжановые воды извивающаяся змеей река, изумрудная щеточка леса щекотала далекий горизонт, вспыхивая редкими огоньками багряных кустов. А на самом высоком холме на светлом фоне лазоревого неба красовался изящной грацией тонкий, словно вырезанный из темной бумаги, замок.

– Это и есть мой Клаверден, – тихо проговорил Кристиан. – Я вырос в этом замке.

Замок и земли вокруг него принадлежали покойной матери принца. Здесь его воспитывал и учил рыцарской премудрости старый мессир Адриан. Тогда он был по-настоящему счастлив. Но рассказывая о лучших годах своей жизни, Кристин не выглядел счастливым. Что-то прервало течение тех светлых дней, оставив счастье позади, нанесло тяжелый удар и до сих пор неизбывно саднило грудь. Словно камертон способный уловить звук другого такого же инструмента, сердце Шаула, безошибочно определив лад – потеря, – сжалось в ответ.

– Что же случилось? – спросил он.

Кристиан ответил долгим взглядом, и Элиза невольно отпрянула – столько горечи было в нем.

– Среди моих детских товарищей у меня был друг, очень близкий, Гаррет, – наконец произнес он. – Мы жили здесь. Семь лет назад мой отец отослал его из Адхельма из-за меня, и он погиб.
– Мне очень жаль, – сочувственно проговорил Шаул.
– Ты был прав, называя нас самыми бесправными из своих подданных, – горько скривился Кристиан.

Они не стали заезжать в замок – Кристиана ждали государственные заботы – и повернули обратно. Грустная история друга подхлестнула бесконечный ожесточенный и столь же бессмысленный спор Шаула с судьбой, он хандрил и отвечал невпопад на вопросы принца. Подъехав ко дворцу, они спешились, конюхи забрали у них лошадей. Кристиану бы оставить его и отправиться исполнять свои неотложные дела, но тот, озабоченный состоянием друга все не решался покинуть его. "Какая трогательная забота", - попыталась иронизировать Элиза, но стала неприятна самой себе.

– Да что с тобой, Шаул? – допытывался Кристиан. – Ты сегодня сам не свой. Из-за чего? Это все из поручения его преосвященства?

Кристиан решил, что разговор, о котором просил Шаул, касается дел духовных. Элиза пожала плечами, а мысли Шаула были заняты совсем другим.

– Ты когда-нибудь влюблялся? – не выдержал он.

Кристиан молча смотрел на него, и Элизе показалось, что в глазах принца промелькнуло замешательство.

– Да, – наконец коротко ответил он.
– Какая мука, – Шаул скривился от боли, что опять засела в грудине, он сделал глубокий вздох, чтобы унять ее, но она не проходила. – Никогда, никогда любовь не приносит счастья. Минутная радость – и тотчас неизбежная разлука. Зачем она вообще нужна?
– Ваше высочество! – стуча каблуками по вымощенному двору княжеского дворца, к ним спешил граф. – Уже все собрались, ждут вас.
– Иду, – не оборачиваясь, кинул ему принц. – Наверное, мы просто не можем иначе, – тихо ответил он Шаулу. – Так уж мы устроены.

Весь день Шаул ходил сам не свой в ожидании вечернего разговора. Он хотел попрощаться с Элизой и не мог вызвать в памяти ее черты. "Я здесь, Шаул!" – хотелось крикнуть ей, но он все равно не услышал бы. Пытаясь забыть ее, он не мог отделаться от тоски, не дающей свободно вздохнуть. "Не забывай меня", - молила, с трудом сдерживая слезы, Элиза. Шаул срывался на Бруно и сердился на Сони.
– Если хочешь, чтобы он женился на твоей принцессе, не говори ему, что любишь ее, – вдруг разразился советом Сони, делая перевязку.
– Что?! – воззрился раздраженно на него Шаул. – О чем ты?!
– Ни о чем, делай, как знаешь, – угрюмо буркнул Сони.
– Не припомню, что я когда-то доверял тебе свои сердечные дела, – ядовито процедил он.
Его взбесило, что Бруно с Сони судачат за его спиной.
– Если бы этот осел Бруно не распускал свой длинный язык, было бы всем гораздо лучше! – со злостью проворчал Шаул и обернулся к кровати, где почивал кот, чтобы увидеть паршивца.
– Не дергайся. Бруно кот, а не осел, – возразил Сони. – А о твоей любви и говорить не надо, она у тебя на лбу написана.
– А на нем не написано, что по любопытствующим молокососам плачет плетка?
– Постарайся избегать говорить о самой принцессе, изъясни только факты, – миролюбиво промурлыкал с кровати Бруно.
– Куда деваться от советов?! – ядовито проговорил Шаул и дернул плечом, высвобождаясь из рук мальчика.

Томительно тянулись часы до злосчастного ужина. Кристиан собрал какой-то совет, на который пригласил и Шаула. Но посидев некоторое время, тот извинился и ушел. Все равно он не мог ни вникнуть, о чем говорили собравшиеся, ни понять, с чем к нему обращаются. Его мысли крутились вокруг предстоящего разговора. Собственно и мыслей-то никаких не было, а только – отчаяние и злость. Он вконец запутался и измучил себя. Элиза притихла в немой тоске. Ей хотелось утешить Шаула, но утешения она не находила и для себя.

Шаул стоял у окна, бездумно наблюдая, как на город спускаются осенние сумерки, словно таинственная прекрасная дама – под мягким плащом свинцовых туч, переливалось золотом и рубинами атласное платье закатного неба.

– Прекрати маяться, – послышался голос кота. – Просто изложи проблему. А там – будь что будет.

Шаул молчал и Бруно продолжил.

– В конце концов, мы не знаем, что ответит принц. Сдается мне, что не все так просто, как ты себе представляешь.
– Оставь, – наконец отозвался Шаул.

Он больше не мог думать ни о чем, апатия навалилась на него. "Действительно, будь что будет".

К вечеру дворец принца опустел. Гости разъехались, даже маршал был послан принцем по каким-то неотложным делам, и за ужином их было только четверо. Граф Айнар, легкий и разговорчивый человек, что-то многословно рассказывал, но Шаул не мог заставить себя слушать, лишь молча кивал, когда тот обращал к нему свою речь.

– Ты хотел рассказать о своей миссии, Шаул, – прервал излияния графа принц.
– Да, – просто ответил Шаул и, подняв на друга глаза, замолчал.

Элиза замерла, боясь вздохнуть.

– Ваша миссия связана с планами епископа Эльтюда? – услужливо постарался помочь добродушный граф.
– У меня есть некоторая договоренность с епископом, – кивнул Шаул, отложив приборы, – которая действительно касается моей миссии, но она заключается в другом. Я надеюсь, что после историей со свитком, подтвержденной епископским курьером отцом Брамте, вы выслушаете меня без иронии. – Шаул сделал паузу и, поминая наказ Бруно, сообщил: – Все вы, конечно, слышали сказку о спящей принцессе. Должен сообщить вам, что это не легенда. Сто лет назад принцесса Оланда действительно заснула вместе с венценосными родителями и всем своим двором. И теперь их надо разбудить, а принца нет.
– И ты ищешь для нее принца? – удивленно спросил Кристиан.
– Совершенно верно, – обреченно кивнул Шаул.
– Но зачем?

Шаул рассказывал, как оказался виновником ужасающего состояния Элизы и скорой гибели, а она давилась слезами. Какая страшная ошибка – единственный, кому откликнулась ее душа не может разбудить ее!

– Все обитатели замка погибнут, погребенные под руинами, если прекрасный принц не полюбит и не разбудит принцессу до указанного в свитке срока. Так уверяют феи, – закончил Шаул.
– Феи? – переспросил принц.
– Феи, – кивнул он. – Тебе придется поверить мне на слово.
– И скольким принцам вы предложили руку спящей принцессы? – поинтересовался граф.
– Пока ни одному, – ответил Шаул. – Принцу Эльтюда я не смог доверить правды о принцессе. Но ты, Кристиан, – обратился он к другу, – благороден, добр, умен, красив, наконец. Лучшего супруга для нее я не смог бы найти во всем мире. И ты – принц, ты сможешь разбудить ее.

Кристиан не ответил, и в разговор вступила молчавшая доселе графиня.

– А что принцесса? Какая она?
– Элиза…
Вопрос сбил Шаула. Назвав принцессу по имени, он запнулся и прикрыл глаза, стараясь справиться с волнением и болью, пронзившей грудь. "Прощай, любовь, моя", – он отчетливо вспомнил лицо любимой.

– Она прекрасна, – наконец совладал он со своим голосом, боль утихла и он смог продолжить увереннее: – Она добра, умна, она…
– Ты любишь ее? – Кристиан смотрел на Шаула так, словно тот на его глазах превращался в чудовище.

Шаул замолчал не в силах признаться в собственном вероломстве. Карие глаза Кристина казались черными, принц, не отрываясь, смотрел на него, и он понял, что уничтожил дружбу, которой так дорожил.

– Ты любишь ее, – наконец утвердительно произнес принц, и его лицо стало отстраненным и суровым.

За столом повисло тягостное молчание.

– Прости меня, Кристиан, – с трудом проговорил Шаул. – Было бы низко и недостойно твоей дружбы солгать тебе. Но, когда ты полюбишь ее, я надеюсь, ты поймешь и простишь меня.
– Я не смогу разбудить ее, – поспешно и резко ответил принц. – Я уже связан обязательствами с принцессой Марией Луизой из Даннебурга.
– Но… – начал было граф и осекся.
– Ее портрет ты видел в… – нахмурился принц.
– В портретной галерее, – упавшим голосом подсказала графиня.
– В галерее, – кивнул принц. – Я женюсь на ней зимой, на праздники. А теперь прошу простить меня, – принц стремительно поднялся из-за стола и вышел.
– Я обидел его? – потерянно глядя на графиню, спросил Шаул.

Добрая женщина смущенно пожала плечами:
– Он был очень привязан к вам…
– Я должен объяснить ему. Я должен был сразу… Прошу извинить меня, господа, – Шаул выскочил за принцем.


Он нашел друга в обсерватории, маленькой комнате на самом верху Северной башни. Единственная свеча, стоящая на столе, едва освещала ее.

– Кристиан, позволь мне войти, - попросил он.
– Зачем ты пришел, Шаул?

Голос принца прозвучал совсем глухо. Он сидел спиной к свету, и его лицо оставалось в густой тени.

– Кристиан, мне больно, что я оскорбил тебя… Моя любовь… Прости, я знаю, это непозволительная вольность с моей стороны. Но поверь, я здесь бессилен. Обещаю, даже взглядом, даже мыслью я не оскорблю вашу любовь. Я…
– Замолчи, – раздраженно приказал ему Кристиан и голос его сорвался.
– Я понимаю, ты оскорблен, обижен, разочарован во мне. Но ты не можешь из-за моей несостоятельности лишить единственного шанса беззащитных людей. Ты не позволишь колдовству погубить их.
– Ты сам сказал, – глухо ответил принц, – чтобы спасти их, надо полюбить принцессу.
– Ты полюбишь ее, – убежденно проговорил Шаул. – Она…
– Не полюблю! – ожесточенно воскликнул Кристиан, вскочив с места, и Шаул увидел искаженное болезненной гримасой красивое лицо. – Никогда не полюблю. Ни ее, ни других…
– Почему? – упавшим голосом Шаул задал самый глупый в своей жизни вопрос.
– Потому что я люблю тебя! – прохрипел принц и, отшвырнув кресло, отвернулся к окну.

Шаул ошарашено молчал. Конечно, он не мог не знать, что такое случается. Но ни гневные осуждения проповедников, ни уродливые изображения горящих в очистительном огне грешников в богословских трактатах, ни сальные шутки компании Лудо – все это не могло иметь никакого отношения к Кристиану. Были еще, конечно, древние тексты, но далекому от подобного проявления чувств Шаулу они казались чем-то слишком архаичным, что и в голову не придет нормальному человеку. Но Кристиан был гораздо лучше многих нормальных людей, кого знал Шаул, и, конечно, красавец принц ни в коей мере не был похож на безобразных грешников, изображенных в книгах.

– Прости меня, – прошептал Шаул.
– За что? – шмыгнул носом Кристиан. – Я сам виноват.
– Ты думал я…
– Неважно, – оборвал его принц. – Уходи, Шаул. Уходи.

Оставлять Кристиана было тяжело, но остаться было невозможно. Шаул вернулся в свою комнату и свалился на кровать. Бруно опять оказался прав. Сам же он и не предполагал подобного развития событий. Ему было мучительно жаль Кристиана и дружбы, которой теперь точно не быть. Но у него оставалась его любовь. Элиза все еще принадлежала только ему. И она опять была в смертельной опасности.


Принцесса легко скользнула в свое убежище. В нем все было тихо. Но тишина была напряженной, словно вот-вот произойдет что-то непоправимое. Она провела рукой по синеватой темноте – оставшиеся целыми струны отозвались болезненным стоном. Все вокруг было исполнено пронзительной грустью. И было так созвучно событиям, только что виденным ею. Элиза осторожно присела, стараясь ничего не задеть и не потревожить. Жалость и печаль затопили и ее сердце.

– Несчастный Кристиан, – вздохнула она.

Теперь, когда все раскрылось, ей было нестерпимо жаль его. Его странная запретная любовь к Шаулу, казалось, не многим отличалась от ее собственной. Они оба не имели право любить его, и все же оба любили. Теперь она иначе смотрела на дружбу молодых людей. Сколько там было наивной надежды и затаенной нежности.

– Бедный Кристиан не смел выказать ее, не мог обнаружить своей любви.

Она вспоминала, как менялось его лицо во время разговора. Шаул думал, что он сердится на него…

– Как больно, – прошептала Элиза, – в одночасье лишиться надежды.

Нет, ни за что не кинет она камень в несчастного принца. Что бы там ни было, его страдания были так велики, что искупили грех, если он и был. Любовь… Какая немыслимая, непостижимая тайна.


Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38019
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.01.15 20:49. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Экая неожиданность вышла с принцем.
Шаулу придется отправляться на поиски очередного принца, а бедолага Кристиан остается с разбитым сердцем.
Описание случившегося со свитком и де Гро - очень хорошо разъяснило все непонятки. Теперь все уложилось.

Ну и тапочек набралось по традиции.

 цитата:
Пустое пространство вдруг наполнилось странным гулом(,) в одночасье разразившимся оглушительным звоном,

Кажется, запятая здесь не помешает.
 цитата:
где(,) кроме двух фехтующих(,) никого не было.

Уточнение, по идее.
 цитата:
Оглушенная отчаянным воплем мира снов Элиза бессмысленно наблюдала за фехтующими, с трудом приходила в себя и не слышала Шаула. Наконец она узнала в фехтовальщике Кристиана, второй в простом сером дуплете был ей не знаком. (...)Кристиан улыбнулся Шаулу

Вот здесь непонятно: ранее говорится, что в зале только двое фехтующих, теперь - что Элиза не слышит Шаула (а как она должна его слышать? - имеется в виду ощущение его присутствия?), и вдруг принц улыбается Шаулу, которого вроде как нет в зале - или все же есть?
 цитата:
Шаула вздохнул

Опечатка.
 цитата:
где присутствие графа и его супруги, помогут избежать

Лишняя запятая.
 цитата:
Среди альмандиновых(,) потемневших после первых заморозков холмов, несла свои шанжановые воды извивающаяся змеей река

Пропущена запятая?
 цитата:
Словно камертон(,) способный уловить звук другого такого же инструмента, сердце Шаула

И здесь пропущена.
 цитата:
Кристиану бы оставить его и отправиться исполнять свои неотложные дела, но тот, озабоченный состоянием друга

Смущает меня употребление здесь местоимения "тот". А если чуть перефразировать - но, озабоченный состоянием друга, он\принц (...) - ?

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1671
ссылка на сообщение  Отправлено: 19.01.15 18:34. Заголовок: apropos http://jpe...


apropos
Спасибо, дорогая.

apropos пишет:

 цитата:
Экая неожиданность вышла с принцем.
Шаулу придется отправляться на поиски очередного принца, а бедолага Кристиан остается с разбитым сердцем.


Вот как-то так грустно вдруг обернулось. Зато можно двигаться вперед навстречу новым возможностям и принцам.

apropos пишет:

 цитата:
Описание случившегося со свитком и де Гро - очень хорошо разъяснило все непонятки. Теперь все уложилось.


Тебе спасибо.

apropos пишет:

 цитата:
Вот здесь непонятно: ранее говорится, что в зале только двое фехтующих, теперь - что Элиза не слышит Шаула (а как она должна его слышать? - имеется в виду ощущение его присутствия?), и вдруг принц улыбается Шаулу, которого вроде как нет в зале - или все же есть



Имелось-то в виду именно ощущение его присутствия. Ведь она попала в воспоминания Шаула (значит, видит его глазами, т.е присутствие его обязательно). Но так обалдела от случившегося в сонном царстве, что не может его почувствовать. Да-а, надо думать...


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1672
ссылка на сообщение  Отправлено: 19.01.15 18:53. Заголовок: А если так: – Отпра..


А если так:

– Отправь меня к Шаулу! – в панике закричала Элиза и оказалась в большом полупустом зале, где никого не увидела, кроме двух фехтующих.

Звонкие удары оружия наполняли его гулкое пространство. Но Элиза, оглушенная отчаянным воплем мира снов, могла лишь бессмысленно наблюдать за поединком. Наконец она узнала в одном фехтовальщике Кристиана, второй в простом сером дуплете был ей не знаком.

Бой шел на тонких полуторных рейтшвертах. Принц был великолепен, легко двигаясь вокруг противника, он внезапно сокращал дистанцию и наносил точные, резкие удары. Полуторный меч с изящной кованой гардой в руке Кристиана казался невесомым.

Восхищение Шаула другом отозвалось в груди ревнивой досадой. Но стоило ему вздохнуть, и Элиза почувствовала, как вместе с восхищением его сердце уязвила зависть. Увлекаясь рыцарскими историями, он в свое время посещал фехтовальную школу и трактатов по различным теориям боя прочел немало, но его техника и вполовину не была так точна и красива, как у Кристиана.

Принц улыбнулся Шаулу и продолжил занятие, обмениваясь с противником ударами и короткими репликами.
?


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1673
ссылка на сообщение  Отправлено: 19.01.15 19:11. Заголовок: *** Агата выпрямила..


***

Агата выпрямила усталую спину и вдруг поняла, что до сих пор держит сестру за руку. Она вцепилась в нее, не давая душе разорвать последнюю нить с телом. Это было глупо – ей не удержать ее, Селина уже никогда не вернется. И все же Агата не могла разжать пальцев.

– Подожди, не уходи, – хрипло попросила она. – Я не могу отпустить тебя. Пожалей меня, ты всегда всех жалела, не оставляй меня …

Слезы сами текли по ее щекам, а она все сильнее сжимала пальцы.

– Траум! – воскликнула она, словно нашла решение. – Он должен помочь, Селина, – уговаривала она сестру. – Если он любит тебя, он не смириться с твоей гибелью. Подожди, не уходи…
– Простите, – услышала она у себя за спиной смущенный голос.
– Что вы хотите, магистр оффиций? – не поворачиваясь, боясь оторвать от сестры взгляд, спросила Агата.
– Меня прислал владыка, – коротко ответил он.
– Он должен ее спасти! – ожесточенно выкрикнула Агата. – Он должен!
– Он хочет ее спасти, – грустно проговорил Рев. – Он очень старается. Но вы должны дать ему время. Держите ее, сколько сможете.
– Я одна не смогу, – растерянно призналась Агата. – Идите к зеркалу! Позовите Гизельду! Зовите же скорее!

Магистр исчез из комнаты, а Агата, склонилась к сестре:

– Вот видишь, милая, я же говорила тебе: Траум спасет тебя. Только ты должна подождать. Держись, родная, ему нужно время.

Агата услышала за спиной шуршание юбок. Это Гизельда.

– Давай, милая, я сменю тебя.

У Агаты перехватило горло – так утешительно прозвучал голос старой доброй наставницы. Улыбнувшись ей, Гизельда обхватила голову Селину руками и присела в изголовье кровати.

– Иди отдохни, – ободряюще кивнула старая фея. – Не беспокойся, я крепко держу ее.

Агата с трудом разжала задеревеневшие пальцы, опустила руки на колени и в изнеможении прикрыла глаза. Она совсем расклеилась. "Надо взять себя в руки, – приказала она себе. – Надежда есть". Гизельда, Траум, она сама – они обязательно справятся. Агата сделала глубокий вздох и, открыв глаза, поднялась со стула. Но, сделав несколько шагов, упала бы, если бы ее не подхватил магистр Рев.

– Вы измучены, сударыня, – поддерживая под локоть, он подвел к креслу у камина и усадил в него обессилившую фею.
– Мне так жаль, – склонился он к ее руке.
– Расскажите мне, – справившись с дурнотой, попросила Агата, – как обстоят дела, и что собирается предпринять Траум.
– Не хочу вас напрасно обнадеживать, – покачал головой Рев. – Душа вашей сестры очень сильно пострадала. Не знаю, что удерживало ее здесь столько времени. Возможно, это ваша любовь или магия, – вздохнул он. – Но будем надеяться на лучшее – ведь только что мы все были на грани страшнейшей катастрофы, а сейчас – благодаренье Проведению – наши миры живы.
– Причем тут миры? – не поняла Агата.
– Вы не знаете?! – всплеснул руками Рев. – Ну, конечно, откуда вам знать. Силы владыки чуть не вышли из-под контроля. Вы не представляете, какая это мощь! Ничто в вашем мире не может сравниться с беспредельной силой владыки, сорвавшей в отчаянии путы. Его сердце разрывалось от боли, и сила, призванная удерживать мир в равновесии, стала разрушительной. Нет! – в отчаянии всплеснул руками Рев. – Мои слова бессильны передать масштаба катастрофы! Владыка умирал, как умирает звезда – взрываясь ослепительной мощнейшей вспышкой, он схлопывается в небытие. Такой взрыв потрясает основания вселенной. Но владыка преодолел, он остановил, сдержал и пустил вспять разрывающее его отчаяние. Это было невероятно! – Рев остановился, вздохнул, отгоняя страшное видение конца, и продолжил: – А сейчас он отправился в царство Тодда. Там он надеется найти вашу сестру.
– И что же он будет делать? Как он собирается спасти ее? – допытывалась Агата.
– Не представляю, – развел руками Рев. – Ничего подобного никогда не было. Признаться, сама идея мне кажется абсолютно несостоятельной. Кроме того, он ослаб. А Тодд силен. Да и что можно сделать?! Ведь это не просто телесная смерть. Ее души коснулось небытие. Не знаю, – горестно вздохнул Рев.
– Скажите толком: что велел вам Траум? – нетерпеливо потребовала Агата.
– Он был сам не свой. Может быть, это последствие переживания близости собственного конца…
– Да не мучьте вы меня! – не выдержала Агата. – Что он сказал?!
– Сказал: иди к сестре. Пусть держит маленькую фею из-за всех сил. Она еще здесь, я слышал ее, – процитировал слова владыки Рев. – Но это нонсенс! Он не мог слышать ее. Он боролся с хаосом. А вы знаете, что это такое?
– Не знаю, – резко ответила Агата. – Но иллюзиям ваш владыка не подвержен.
– Иллюзиям? – удивленно вытаращился на нее Рев и затряс головой: – Нет. Конечно, нет.
– Ну, так положимся на его решение, – заключила Агата
– Совершенно справедливо, – закивал магистр. – Ну, мне пора. Владыка оставил на мне все управление.

Рев поднялся и, оправив свой темно синий камзол, поклонился феям:

– Сударыни, я вынужден оставить вас. Вы можете обращаться ко мне в любую минуту, сударыня, – галантно склонился он руке Агаты и поклонился старой фее. – Госпожа Гизельда.

Магистр оффиций исчез из комнаты, а измученная Агата погрузилась в бархатную темноту сна без сновидений.


***

Шаул открыл глаза, его разбудил стук в дверь. Он лег вчера, не раздеваясь, так и заснул. Вскочив с кровати, он поспешил открыть дверь. На пороге стоял Кристиан. Шаул не ожидал его увидеть после вчерашнего разговора. Осунувшееся лицо, покрасневшие веки и темные круги под глазами свидетельствовали о бессонной ночи, которую провел принц.

– Кристиан, – растерянно приветствовал он принца и сделал шаг в сторону, пропуская его в комнату.
– Я хочу посвятить тебя в рыцари, – без предисловий начал Кристиан, он смотрел, нахмурившись, и говорил строго и быстро, словно отдавал приказы. – Ты спас мне жизнь, и долг обязывает меня отблагодарить тебя. Я не могу отплатить тебе тем же, но твой поступок должен быть оглашен и оценен по достоинству. Надеюсь, это поможет тебе в твоей миссии.

Он замолчал. Неожиданное решение принца застало Шаул врасплох. Он еще не до конца проснулся и никак не мог найтись с ответом, только молча смотрел на своего визави.

– Да, – принц смутился своего пристального взгляда и отвел глаза, – еще одно. Согласно правилам в рыцари может быть возведен только дворянин. Поэтому я дарю тебе землю и титул, – он протянул свиток.

Шаул развернул и прочел грамоту:
"Я, Кристиан, князь Адхельма, жалую Шаулу сыну Бартоломеуса Ворта родом из свободного города Бонка, спасшего меня от смерти, землю в двадцать плугов, под названием Клаверден, со всеми примыкающими к ней полями, лесами, лугами, выгонами, болотами и водами и со всеми налогами, которые уплачивались с этой земли. Навечно жалую с тем, чтобы ты имел власть во всех отношениях свободно пользоваться и владеть ею, либо передавать и продавать кому только пожелаешь. Отныне и навсегда ты можешь именовать себя графом Клаверденом, а также твои сыновья и потомки могут носить имя и титул правителя этих земель. Во избежание того, чтобы теперешнее дарение наше в будущие времена кто-либо осмелился оспаривать и сделать невозможной всякую двусмысленность, угодно было мне изготовить эту грамоту и передать тебе... "

Кристиан дарил ему свой любимый замок и землю. Зачем?!

– Я не могу принять этого, – Шаул протянул грамоту обратно.

Кристиан не взял свиток, а отвернулся и подошел к окну.

– Ты считаешь меня не вправе называть себя рыцарем? – глухо спросил он после долгого молчания.
– Брось, Кристиан, – нахмурился Шаул, понимая на что намекает принц. – Если кто и может называться рыцарем, так это ты. Но я?! Какой из меня граф? Это смешно. К тому же это твой замок, ты любишь его…
– После того, как я получил известие о смерти Гаррета, я не бывал в замке, – перебил его Кристиан, так и не повернувшись, тихо добавил: – Я хочу, чтобы он принадлежал тебе.
– Я простой человек. Все в моем роду до десятого колена были либо простые горожане, либо крестьяне.
– А как наши предки получали титулы и земли? – развернулся наконец к нему Кристиан. – За подвиги, за верность и честь. Что из этого списка тебе не подходит?
– Какие подвиги, Криситан? Все мои подвиги я совершил десять лет назад, играя в рыцаря.
– Ты спас меня, – напомнил принц.
– Ударив книгой беззащитного толстяка по голове! Это ты называешь подвигом?
– Ты мог бы воспользоваться заклинанием сам, но ты этого не сделал и не позволил другому.
– Стать принцем и самому разбудить Элизу? У меня были такие мысли, – честно признался Шаул.
– Я был бы не против, если бы это был ты, – горько усмехнулся принц и, подняв ладонь, продолжил: – Все равно, неважно, чем ты нанес удар злу. Ты победил его дважды: остановив де Гро и самого себя. Так и заслуживают благородные звания. Не в моей власти сделать тебя принцем, но не пренебрегай моими дарами.
– Кристиан, они слишком велики для меня.
– Ты давно вырос, Шаул Ворт из Бонка, они тебе как раз впору. Завтра утром в часовне ты будешь посвящен.

Кристиан вышел из комнаты, а Шаул так и остался с княжеской грамотой в руке.

– Ерунда какая, – вздохнул он и сел на кровать.
– Ничего не поделаешь, – потягиваясь и зевая, проговорил Бруно. – Влез ты, милый мой, в такие дебри…
– Дворянство и рыцарство мне как корове седло.
– Кто знает? – вздохнул Бруно. – Возможно, он прав, и без этого тебе не справиться. Да и врываться с дикими предложениями к принцам и королям гораздо легче, будучи графом.
– Ерунда! – убежденно ответил Шаул, понимая, что отвергать Кристиана второй раз у него просто не хватит духа.


Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38022
ссылка на сообщение  Отправлено: 22.01.15 21:50. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/g..


Юлия

Вот была уверена, что Селина не может нас просто так покинуть!
(Пока прочитала только начало - не удержалась, волнуясь за судьбу маленькой феи. Побежала читать дальше!)
Заметила еще опечатку в предыдущем фрагменте:
 цитата:
– Хорошо, – кивнул Кристиан. – Но причем здесь де Гро?

Раздельно - при чем здесь (...)
То, что ты поправила:
 цитата:
Восхищение Шаула другом отозвалось в груди ревнивой досадой. Но стоило ему вздохнуть, и Элиза почувствовала, как вместе с восхищением его сердце уязвила зависть. Увлекаясь рыцарскими историями, он в свое время посещал фехтовальную школу и трактатов по различным теориям боя прочел немало, но его техника и вполовину не была так точна и красива, как у Кристиана.

Принц улыбнулся Шаулу

Ага, вот так лучше с Элизой, да. Но как-то все же обозначить\уточнить присутствие в зале Шаула надо, мне кажется. Ну что-то вроде: Он был здесь. Элиза не сразу заметила его (допустим), сидящего в нише стены - или что-то в таком роде.
И еще пара опечаток уже из нового фрагмента:
 цитата:
как умирает звезда – взрываясь ослепительной мощнейшей вспышкой, она схлопывается в небытие.

Пропущена буква.

 цитата:
Мои слова бессильны передать масштаба катастрофы!

Кмк, здесь не склоняется.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1674
ссылка на сообщение  Отправлено: 23.01.15 19:33. Заголовок: apropos http://jpe...


apropos
Спасибо, дорогая.

apropos пишет:

 цитата:
Вот была уверена, что Селина не может нас просто так покинуть


Даже Рев не верит в возможность изменить ситуацию

apropos пишет:

 цитата:
не удержалась, волнуясь за судьбу маленькой феи


Бальзам на душу автора.

apropos пишет:

 цитата:
Но как-то все же обозначить\уточнить присутствие в зале Шаула надо, мне кажется. Ну что-то вроде: Он был здесь. Элиза не сразу заметила его (допустим), сидящего в нише стены - или что-то в таком роде.


Вероятно, необходимо обозначить присутствие Шаула для читателя для полноты картинки, но как-то более нейтрально. Ведь если Элиза здесь появилась, то только потому, что здесь был Шаул и запомнил все это. Она же видит его воспоминания. И если заявить, что она видит его со стороны, то нарушается сам принцип этого "процесса".

Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30618
ссылка на сообщение  Отправлено: 23.01.15 22:24. Заголовок: О, сколько событий п..


О, сколько событий произошло! Побежала читать.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1675
ссылка на сообщение  Отправлено: 24.01.15 18:05. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга

Какая радость! С возвращением! Надеюсь, отпуск порадовал тебя. С нетепением жду его плодов - ты всегда привозишь с собой мешок замечательных впечатлений.

apropos пишет:

 цитата:
Но как-то все же обозначить\уточнить присутствие в зале Шаула надо



А вот так?

Звонкие удары оружия наполняли его гулкое пространство. Но Элиза, оглушенная отчаянным воплем мира снов, могла лишь бессмысленно наблюдать за поединком. Шаул стоял у самого входа у приоткрытой двери. То ли из-за расстояния, что отделяло его от фехтующих, то ли из-за потрясения, только что пережитого ею, Элиза не сразу узнала в одном из них Кристиана, второй в простом сером дуплете был ей и вовсе не знаком.
Бой шел на тонких полуторных рейтшвертах. Принц был великолепен, легко двигаясь вокруг противника, он внезапно сокращал дистанцию и наносил точные, резкие удары. Полуторный меч с изящной кованой гардой в руке Кристиана казался невесомым.


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30620
ссылка на сообщение  Отправлено: 24.01.15 22:14. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Очень неожиданный поворот с Кристианом, хотя и ждала какого-то подвоха, уж слишком принц был хорош. Теперь, если Шаул примет рыцарство, он уже сам на путь к тому, чтобы стать принцем.
Как читатель, с трудом ловящий ружья и намеки в тексте, очень поддерживаю вариант с разъяснениями, как Шаул расшифровал и реализовал суть заклинания.
Болею за Селину, Траума и Агату.

Тапочки на вскидку:

Юлия пишет:

 цитата:
Если он любит тебя, он не смириться с твоей гибелью.


не смирится

Юлия пишет:

 цитата:
благодаренье Проведению


Провидению

Юлия пишет:

 цитата:
Рев поднялся и, оправив свой темно синий камзол, поклонился феям:


темно-синий

Юлия пишет:

 цитата:
Я, Кристиан, князь Адхельма, жалую Шаулу сыну Бартоломеуса Ворта родом


Зпт после Шаула и после Ворта.

Юлия пишет:

 цитата:
– Какие подвиги, Криситан?



Очепятка



Оффтоп: Юлия, спасибо! Поездка была чисто семейной, потому впечатления только философические.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1676
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.01.15 19:39. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга

Спасибо, дорогая.

Хелга пишет:

 цитата:
Очень неожиданный поворот с Кристианом, хотя и ждала какого-то подвоха, уж слишком принц был хорош.


Честно сказать, для меня самой в свое время это оказалось неожиданным. Задумка была более прозаическая. А на деле шаг за шагом - я и так и эдак, - а он, знай, гнет свое... Но, несмотря на упрямство, я его люблю.

Хелга пишет:

 цитата:
он уже сам на путь к тому, чтобы стать принцем

Ну уж так и принцем?!
Хелга пишет:

 цитата:
Болею за Селину, Траума и Агату.

Ой спасибо. Эти тоже своевольные ребята, любят покуролесить.
Хелга пишет:

 цитата:
Как читатель, с трудом ловящий ружья и намеки в тексте, очень поддерживаю вариант с разъяснениями

Я сама в чужом тексте послушно жду разъяснений. Трудно оценить сложность своей же загадки.
Хелга пишет:

 цитата:
впечатления только философические

J. Значит, плоды будут хоть и не так скоро, но зато более объемные. Жду с нетерпением.


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1677
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.01.15 19:42. Заголовок: *** Темные своды выс..


***
Темные своды высокого потолка, массивные колонны, расписанные душераздирающими картинами посмертных мучений, и даже дрожащий, будящий тревогу свет факелов, едва рассеивающих мрак тронного зала, – все было призвано запугать и подавить любого, кто оказывался здесь. Владыка Тодд любил произвести впечатление. Но Траума это не заботило. Он торопился забрать у того душу маленькой феи, пока не стало слишком поздно.

Владыка темного царства, наверняка наслышанный о недавней буре, сотрясшей соседний мир, понимал, что лишь крайняя нужда могла заставить брата так запросто явиться к нему. Небрежно развалившись на троне, он предвкушал свой триумф. Вечное соперничество братьев! Его, кажется, не избежать никому.

– Мне нужна твоя помощь, владыка Тодд, – обратился к нему Траум.
– Что ж так официально, братец? – усмехнулся тот.

Траум не терпел фамильярности, но понимал, что брат не упустит случая поупражняться в остроумии за его счет.

– Мне нужна твоя помощь, Тодд, – еще раз повторил он. – И я был бы благодарен, если бы ты выслушал меня.
– Разумеется, ты был бы благодарен. Только мне это зачем?

Траум был измучен и изранен. Боль, стянувшая тугим комком сердце, пульсировала, разгоняя болезненные волны по всему существу. У него не было ни сил, ни терпения на пустые препирания с братом.

– Не думаю, что вражда со мной пойдет тебе на пользу, – угрожающе произнес Траум.
– Вражды между нами не может быть, милейший братец, – усмехнулся Тодд. – Или ты решил потягаться силами с Провидением?
– И без вражды с Провидением я могу устроить тебе невеселую жизнь, – он сделал шаг к трону и остановился, оперевшись о колонну спиной, – боль делала его еще слабее.
– Может быть… Да тебе поди не до этого сейчас, – криво усмехнулся Тодд. – Это ж надо! Великий Траум. Надежда и опора Провидения. Блюститель порядка и закона. Чуть не пустил в тартары весь свой мир!
– Тодд, отдай мне душу феи, – перешел к делу Траум, не желая выслушивать ерничанье брата.
– Душу феи?! Милый ты мой! Да что на тебя нашло? Что ко мне попало, обратно не возвращается. Это мое право.
– Это не твое право, а воля Поведения. Отдай мне душу феи. С Провидением я буду иметь дело сам.
– Ах вот как? Ладно бы ты покушался на мое право, я бы тебя по-братски простил. Но, сам посуди, воля Провидения – это уж слишком. Или нет, братец? Припоминаю, что-то подобное уже случалось. Да кончилось, кажется, не лучшим образом для противленца, – Тодд глумливо подмигнул.

Траум скривился от боли. Времени на их препирательства у маленькой феи не было. Превозмогая слабость, он подошел вплотную к брату. Тодд слегка подобрался, но с трона не поднялся. Он знал, что в его владениях брат не имел права пользоваться своей силой. Траум наклонился и, взяв владыку темного царства за плечо, тихо проговорил:

– Ты отдашь мне фею сейчас же. Без всяких условий. Ты уже слышал, что я чуть не уничтожил свой мир. Так что мне мешает уничтожить твой? Ты достаточно знаешь меня, я умею достигать своей цели.
– Оставь, Траум, – высвобождая плечо, дернулся от него брат.

Глумливое выражение сошло с его лица, и он смотрел с опасливой неприязнью. Он не знал, что сил у владыки сонного царства уже не было.

– Сейчас, Тодд! – повысил голос Траум. – У меня нет времени и желания ждать.
– Ты хочешь погубить себя? – не поверил тот.
– Я не останавливаюсь на полпути, – глядя брату в глаза, медленно проговорил Траум.
– Ты сошел с ума, – отводя взгляд, скривился Тодд. – Бросить вызов Провидению?! Зачем тебе это?

Траум молчал.

– Зачем?! – воскликнул Тодд. – Что стряслось с тобой, безупречный служитель закона?! Тебе надоело довольствоваться своим миром?
– Мне нужна душа маленькой феи, Тодд, – напомнил брату Траум.
– Да брось! Заем тебе этот мусор?! Ты видел, что от нее осталось? Пыль! Да и если бы это было не так, зачем тебе ее душа? Что в ней особенного?
– Душа маленькой феи, Тодд! Если она погибнет, твой мир ненадолго переживет ее.
– Хватит меня пугать, Траум! – визгливо воскликнул брат. – Хорошо. Я отдам тебе ее, но ты мне скажешь, что задумал.
– Отдавай, – приказал Траум. – Я скажу тебе, когда она будет у меня.

Тодд с недоверием взглянул на брата. Но через мгновение душа маленькой феи – израненная, покрытая страшными ожогами, в ней едва теплилась жизнь – легла к ногам Траума.

Дыхание перехватило. Что же он наделал?! Его любовь, любовь великого владыки, способного подвигать миры! Но он не позволит ей бесследно исчезнуть в небытии. По крайней мере, он сделает все, чтобы этому помешать.

Траум вынул нефритовый плащ, которым кода-то укрыл ее от собственной любви. Но сейчас все изменилось – чтобы дотронуться до нее, не лишив единственного шанса на жизнь, он отказался от своей силы. Плащ и сейчас призван был охранять ее, но уже не от Траума. Он поднял душу маленькой феи, словно младенца – она была легкой, как перышко, – и прижал к груди. Ресницы Селины дрогнули, едва заметно шевельнулись губы – она узнала его.

Тодд нетерпеливо следил, как возится брат с покалеченной душой феи.

– Что ты делаешь? Тебе достаточно было отголоска мысли, чтобы отправить ее к себе…
– Прощай, Тодд, – поднялся Траум, с бесценной ношей на руках.
– Ты обещал. Что ты собрался сделать с ней?! – не отставал от него Тодд.
– Воскресить, – просто ответил Траум и покинул сумрачные владения брата.

***

Церемония посвящения, к которой накануне Шаула готовил маршал, состоялась на рассвете в небольшой часовне Адхельмского дворца. Сквозь высокие витражи лился холодный утренний свет. Гулкая тишина нарушалась только звуком шагов. Маршал ввел Шаула в часовню, где уже собрались все участники: принц, граф Бенедикт Айнар, отец Брамте, незнакомый Шаулу пожилой рыцарь с суровым лицом и Сони. Маршал подвел новика к принцу, и Кристиан надел на него мантию, на которой красовался герб новоиспеченного графа. Правитель Адхельма пожаловал ему свой герб: серебро с червленым крестом, символом чести и пролитой крови его славных предков. Так же гарцевали по бокам два единорога, символ силы и смирения, только на графском гербе в центре сияла серебряная звезда, и девиз у него был собственный: "Истина укажет путь".

Отец Брамте, огласив короткую молитву, которой отдал новика на волю Провидения, смиряющего сильных и дарующего силу слабым, подошел к аналою и начал читать книгу рыцарских законов:

– Да не обидит рыцарь никого и никогда, да не оскорбит он злословием дружбу, непорочность, отсутствующих и скорбящих. Да будет он всегда и везде вдохновляем истиной и честью. Да не положит оружия, пока не кончит предпринятого по обету дела, каково бы оно ни было, да следует ему денно и нощно. Щит его да будет прибежищем слабого и угнетенного. Меч его да не будет обагрен местью…

Рыцарские законы были знакомы Шаулу с детства, но сейчас слова, возносящиеся звучным голосом отца Брамте к высоким сводам часовни, обретали новый и глубокий смысл, наполняя обряд таинственной торжественностью посвящения Истине. Весь его юношеский скептицизм и вся желчная сатира современных романистов рассыпались в прах перед величием бескорыстного служения ей.

Монах закончил чтение, и Шаул преклонил колено перед принцем.

– Во славу и во имя Всемогущего жалую тебя рыцарем. Помни долг твой. Будь верен Господу, государю и подруге. Будь медлен на месть и наказание и быстр в пощаде и помощи вдовам и сирым. Будь милосерден в истине и честен в любви, – осенял его глубокий голос Кристиана.
"Он завсегда милосердо молящего милует мужа, – отозвалось в голове Шаула. – А ведь мудрецы и отважные войны древности не посчитали бы его любовь зазорной».
– Обещаю и клянусь в присутствии Всевышнего, моего государя и братьев моих быть верным законам и блюсти наше славное рыцарство, – с волнением произнес Шаул заученную формулу.

Принц вынул свой меч и трижды ударил новика по плечу. Лучи восходящего солнца, пронзив цветные витражи, наполнили часовню переливчатым торжественным сиянием, отразившись от стали рыцарского клинка, зажгли пространство яркими всполохами.

Рыцари по очереди облачали новика в доспехи, произнося благословенные формулы:
– Шпоры – да будешь ты неутомим в предприятиях.
– Щит с гербом – да будут доблести твои подобно рекам, расширяющимся в течении.
– Шлем – деяния твои да будут справедливы, смелы, славны и высоки.
– Меч твой да будет орудием правосудия.
– Панцирь – да будет рыцарское сердце твое недоступно порокам.
– Перчатки да оградят дела твои от всякой скверны.

Так нежданно и торжественно исполнилась заветная мечта его детства.

***

– Что вы сделали! Владыка! Это невозможно! Вы сняли с себя свое величие! Вы лишились власти! Этого нельзя делать! Вы не сможете вернуть это себе! Только Провидение…

Рев, схватив Траума за рукав робы, кричал не в силах поверить в произошедшее. Траум снял с себя венец повелителя сонного царства и в одночасье лишился своего могущества, превратившись в обыкновенный служебный дух, наподобие самого Рева и множества других духовных существ, наполняющих пространство миров и ежедневно трудящихся на самых разных работах. У бывшего владыки царства снов осталось только имя – как нежно звучало оно когда-то в устах маленькой феи. Траум стоял перед ошеломленным помощником, облаченный в раскаяние и скорбь, – грубое вретище, подпоясанное веревкой, вместо роскошного платья правителя.

– Замолчи, Рев, и послушай. Я ухожу. Мир будет жить оставленной мною силой, пока Провидение не пришлет другого владыку. А до этого от тебя потребуется неустанная забота и неукоснительное исполнение законов.
– И это говорите мне вы! – сокрушенно всплеснул руками совершенно расстроенный Рев.
– Я тоже буду исполнять закон, – остановил его Траум. – Душа за душу – это древнее установление.
– Но ваша душа и душа маленькой феи! Они разные…
– Слишком разные, – вздохнул Траум. – Но иного выхода у меня нет. Решать Провидению.
– А как же мы? – упавшим голосом спросил Рев.
– Мне жаль, Рев. Мне, действительно, жаль покидать вас. Но ты лучше других поймешь, что, убив маленькую фею, уничтожив даже ее надежду на вечность, я все равно не был бы прежним. Вернуть уже ничего невозможно.
– Это я виноват, – захлебнулся в рыданиях Рев. – Я ее убедил. Не предостерег. Не сказал вам!
– Успокойся, – Траум подошел к помощнику и положил руку ему на плечо. – Сокрушаться поздно.

Ему было жаль беднягу. Жаль, что раньше был слишком строг к нему. Жаль, что, будучи владыкой, не мог позволить себе дружбы с сердечным помощником, а сейчас для нее было слишком поздно. Искренний потомок человека рыдал, как ребенок.

– Послушай, Рев, мне надо торопиться, а есть еще одно дело, которое я могу поручить только тебе.

Рев поднял на него заплаканное покрасневшее лицо.

– Принцесса, подопечная маленькой феи, – ответил Траум на вопросительный взгляд помощника. – Позаботься о ней. Новый владыка может посчитать рвение фей неуместным. Ты должен защитить ее. Если понадобится, воспользуйся этим указом, – Траум протянул Реву свиток. – Это последний мой указ, он подействует даже вопреки его воле. Если он решит отправить принцессу к Тодду, отошлешь ее обратно в мир фей. Может быть, там они смогут помочь ей.

Рев молча кивнул, не в силах справиться с волнением и вновь подступавшими рыданиям. Траум вздохнул. Этот указ не мог помочь осуществлению плана фей. Всех, кого они спрятали в его царстве, спасти оставленным приказанием он не мог. Феи были сами виноваты: они слишком запутали все, не зная законов его царства, и многие связи, предусмотренные их хитроумным планом, канули в лету или совсем не случились. Но принцессу можно было попытаться спасти. Такое выдворение с задворков его царства, проделанное впопыхах и без должного мастерства, могло серьезно повредить ее рассудок. Здесь оставалось надеяться только на мастерство и выдержку Рева. Но это был единственный шанс защитить принцессу от законного негодования нового владыки и не оставить тщетными все усилия и жертвы маленькой феи. Если у него ничего не выйдет, и Провидение не согласится воскресить ее, спасение ее крестницы стало бы памятью о существовании прекрасной и любящей души Селины. А сердца людей способны творить чудеса. Да и встреча в его владениях двух душ, принцессы и юноши, отправившийся на поиски спасителя для нее, – он не хотел, чтобы все это потеряло смысл, превратившись в пепел.

– Прощай Рев, ты был хорошим и верным помощником, – проговорил Траум.

Ему надо было отправляться. Время Селины, несмотря на все ухищрения лекарей сонного царства, было на исходе. Рев упал на грудь Трауму и, не выдержав, зарыдал:

– Простите меня, мой добрый владыка. Я так виноват перед вами.
– Оставь, Рев. Мне надо торопиться, ты знаешь это не хуже моего. Возьми себя в руки и сделай, что сможешь.

Рев поднял лицо и отпустил намокшую холщевину робы Траума.

– Простите меня, – всхлипывая и вытирая глаза, проговорил он. – Идите с легким сердцем. Я все исполню, как вы просили. И позабочусь о нашем мире и о принцессе. Идите, сделайте то, на что решились. Я так горд, что был вашим помощником. Да будет Провидение милосердно к вам.
– Прощай, Рев, – кивнул Траум.

Он нагнулся к ложу, где лежала укутанная в плащ душа маленькой феи и, подняв невесомую ношу, покинул свой мир.



Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38026
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.01.15 21:44. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Траум великолепен! Пожертвовал властью, силой, положением, наконец, - и все ради спасения Селины. Настоящий мужчина.
И теперь у него с маленькой феей появилась возможность соединиться - как равным.
Очень хорош разговор Траума с братом - прямо чувствуешь эту его (Траума) уверенность в себе и силу, хотя ведь блефовал.
И оч. понравился ритуал посвящения в рыцари - законы, клятва и напутствия. Хелга пишет:
 цитата:
если Шаул примет рыцарство, он уже сам на путь к тому, чтобы стать принцем.

Дык все к тому явно и идет, поднимается по сословным ступенькам. И действительно: чем искать принца, лучше самому им стать.
Юлия пишет:
 цитата:
если заявить, что она видит его со стороны, то нарушается сам принцип этого "процесса".

Ну это я, да, не сообразила.
Юлия пишет:
 цитата:
Шаул стоял у самого входа у приоткрытой двери.

Ага, вот отлично, именно это я и имела в виду.
Из тапочков - сначала к предыдущему фрагменту:
 цитата:
поклонился феям:
– Сударыни, я вынужден оставить вас. Вы можете обращаться ко мне в любую минуту, сударыня, – галантно склонился он руке Агаты и поклонился старой фее. – Госпожа Гизельда.

Первый поклон кажется лишним.
 цитата:
жалую Шаулу(,) сыну Бартоломеуса Ворта(,) родом из свободного города Бонка, спасшего меня от смерти, землю в двадцать плугов, под названием Клаверден, со всеми примыкающими к ней полями, лесами, лугами, выгонами, болотами и водами и со всеми налогами, которые уплачивались с этой земли. Навечно жалую с тем, чтобы ты имел власть во всех отношениях свободно пользоваться и владеть ею, либо передавать и продавать кому только пожелаешь. Отныне и навсегда ты можешь

Пропущены запятые - уточнение. Во втором случае - (земля, под названием **,), наоборот, не уверена, что нужны запятые. Мы же не говорим - город, под названием Париж.
Ну и выделила "ты" - Кристиан же зачитывает официальный документ, в документе должно быть третье лицо - Отныне и навсегда он может (...). А если ты делаешь это, как частное обращение Кристиана к Шаулу, то кавычки надо убрать.
По последнему фрагменту:
 цитата:
Владыка темного царства, наверняка наслышанный о недавней буре, сотрясшей соседний мир, понимал, что лишь крайняя нужда могла заставить брата так запросто явиться к нему. Небрежно развалившись на троне, он предвкушал свой триумф. Вечное соперничество братьев!

Наверняка наслышанный - предположение, но брат явно уже все знает, раз понимает и предвкушает. Т.е. как-то подправить надо, мне кажется. (Владыка, уже наслышанный о недавней буре... )
 цитата:
Церемония посвящения, к которой накануне Шаула готовил маршал

... к которой маршал накануне подготовил Шаула - ?
 цитата:
красовался герб новоиспеченного графа. Правитель Адхельма пожаловал ему свой герб: серебро с червленым крестом, символом чести и пролитой крови его славных предков. Так же гарцевали по бокам два единорога, символ силы и смирения, только на графском гербе в центре сияла серебряная звезда, и девиз у него был собственный: "Истина укажет путь".

А если: красовался герб новоиспеченного графа, точь в точь такой же, как у принца: серебряный, с червленым крестом, символом чести и пролитой крови славных предков правителя Адхельма, и гарцующими единорогами по бокам - воплощающих силу и смирение. Разве что в центр была добавлена еще серебряная звезда, а новый девиз гласил: (...). (Как вариант)
 цитата:
"Он завсегда милосердо молящего милует мужа

М.быть - милует милосердо (специально без "н" - ?) молящего мужа - ?

 цитата:
трижды ударил новика по плечу


 цитата:
Рыцари по очереди облачали новика в доспехи

НовиЧка - ?

И еще заметила: многовато упоминаний о боли (и потери силы) в сценах Траума. Частично можно убрать, как мне думается. Или заменить на синонимы. Хотя там все, в общем, и так понятно. Если Траум изнурен, то явно и обессилен.
Ну и смущает, если честно, упоминания о том, что Шаул спас Кристиана - ведь это скорее предположение (что де Гро якобы метил на место принца). А если, допустим, Шаул, подбегая к де Гро, услышал что-то более конкретное - например, как тот восклицает: Да предстать мне принцем Адхельмским, душой его и телом! Вот тогда и у Шаула, и у Кристиана появятся куда более веские основания считать, что гибель второго была почти неизбежна, а первый - его действительно спас.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1678
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.01.15 23:05. Заголовок: apropos Хелга http:..


apropos Хелга
Спасибо, дорогие.
Хелга пишет:

 цитата:
Цитата дня!

Это точно.

apropos пишет:

 цитата:
Траум великолепен!


Хелга пишет:

 цитата:
Траум, обожаю его!

Ох, бальзам, бальзам на сердце...

apropos пишет:

 цитата:
И теперь у него с маленькой феей появилась возможность соединиться - как равным.

Так он же идет, по сути, умирать?!

apropos пишет:

 цитата:
Ну и выделила "ты" - Кристиан же зачитывает официальный документ, в документе должно быть третье лицо - Отныне и навсегда он может (...). А если ты делаешь это, как частное обращение Кристиана к Шаулу, то кавычки надо убрать.


На самом деле, я не сама сочинила этот текст. Я долго копалась и накопала перевод грамоты. Конечно, я не слизала ее один к одному, но вот эти переходы и обороты в сокращенном виде употребила. Но ты, наверное, права - одно дело исторический документ, а здесь нужно поаккуратней.
apropos пишет:

 цитата:
М.быть - милует милосердо (специально без "н" - ?) молящего мужа - ?

Это (пропущенная "н" - это, конечно, ошибка) цитата из Илиады - аллюзия к учености Шаула и нравам древних греков.
apropos пишет:

 цитата:
НовиЧка - ?

Новика я наскребла в книге по истории рыцарства, термин, обозначающий новопосвященного.
apropos пишет:

 цитата:
И еще заметила: многовато упоминаний о боли (и потери силы) в сценах Траума. Частично можно убрать, как мне думается. Или заменить на синонимы. Хотя там все, в общем, и так понятно. Если Траум изнурен, то явно и обессилен.


Вот-вот. Именно об этом я и говорила. Несет Остапа... Уж лопата в руке - пошла чистить.

apropos пишет:

 цитата:
Ну и смущает, если честно, упоминания о том, что Шаул спас Кристиана - ведь это скорее предположение (что де Гро якобы метил на место принца).


Это предположение, но довольно веское. На кого еще мог метить придворный? Скорее всего на принца. Но мне казалось, что это не главное. Главное - что Шаул преодолел зло и разрушил колдовство. Кого конкретно он при этом спас, даже не так важно. Подвиг же не в том кого ты спас, а что спас вообще.

Хелга пишет:

 цитата:
Провидения?


Ужос! Ну никак мне с этим Провидением не попасть в цель.




Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1679
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.01.15 23:09. Заголовок: Часть третья Глава *..


Часть третья
Глава **

Дождь, не перестававший всю ночь, к утру стих. Посветлевшее облачное покрывало, безжалостно растрепанное ветром, тут и там пестрело голубыми прорехами. Южная осень бранилась шумными речными потоками, размахивала ветряными крыльями, не пуская холодную родственницу на порог. И когда вдруг выглядывало низкое южное солнце, то вообще не верилось, что зима хоть когда-нибудь заглянет в эти места. И все же часы отсчитывали дни и недели, ни на минуту не замедляя бег. И каковы бы ни были погодные условия, за зимой начнется весна, которая оборвет счет времени для Элизы и ее близких.

Шаул удрученно вздохнул. Почти месяц прошел, как они покинули Адхельм, но их поиски так и не увенчались удачей. Они проехали небольшие королевства и княжества, лежащие к югу от Адхельма, но ни в одном из них не было ни одного принца, способного разбудить принцессу.

Надо было признать, что, несмотря на его смущение и нежелание принимать титул, пожалованный ему Кристианом, действительно чрезвычайно облегчал его задачу. Двери дворцов и ворота замков легко раскрывались перед рыцарем, носящим титул. Да и опасное сухопутное путешествие на подаренных принцем лошадях было значительно легче для вооруженного человека. Проезжая по перелескам Шаул сражался с деревьями и кустами, стараясь улучшить свое владение мечом, вспоминая, как легко и мастерски сражался им Кристиан. К счастью несколько стычек с горячими головами, которые наполняли почти все придорожные гостиницы, пока обходились лишь демонстрацией оружия. Но толи еще будет…

Сейчас путь их лежал в королевство, раскинувшееся на берегу Южного моря. Наследником королевства со звучным названием Аустеррия был молодой принц Дамон. Что он представлял из себя Шаул не знал, и ничто не вселяло в него надежды. Он вынужден был признать, что сомнения в успехе собственной миссии все чаще посещали его. Познакомившись с десятком представителей правящих семей небольших государств, в которых ему довелось побывать, он был порядком разочарован. Не то, чтобы они были из рук вон плохи. Нет. Но и ничего выдающегося и притягательного в них не было. Люди, как люди, со слабостями и недостатками – симпатичные и отталкивающие, грубые и галантные, умные и глупые. Ну, хоть кол на голове теши – не понимал он, какое качество делает их обладателями права разбудить принцессу. О чем думали феи, какими руководствовались соображениями составляя свою магическую формулу?

Элиза окончательно воцарилась в его сердце. После того, как Кристиан отказался от принцессы, Шаул уже не в силах был соблюдать даже ту незначительную дистанцию, разделяющую его с любимой, что пытался выстраивать раньше. Не только сны его были полны нежной страсти к принцессе, но и наяву их сердечная близость не отпускала его. Он видел по ночам ее последние дни перед столетним сном. Элиза взрослела, постигая не политическую премудрость, а сложную науку человеческих чувств. Ее сердце становилось мудрее, мягче и бесстрашней. Все ближе она становилась к образу собственной души, который увидел при встрече с ней Шаул. Как?! Как можно было вырвать все это из собственного сердца?! Как доверить другому, который и сотой доли того никогда не узнает и не оценит?!

– Ты опять хандришь, – Сони участливо заглянул в лицо Шаулу. – Жаль, что Кристиан оказался таким. И чем ему дамы не угодили?

Шаул придержал коня.

– Сони, никогда и ни с кем не обсуждай принца Адхельма. Я не могу тебе приказывать, но если тебе хоть сколько-нибудь дорога наша дружба, я очень прошу тебя.
– Я обсуждаю это с тобой, а не с кем-нибудь, – запротестовал Сони.
– Давай и между собой не обсуждать это, – нахмурился Шаул.

Он до сих пор чувствовал свою вину перед Кристианом за то, что заставил того признаться. Вот только он никогда не говорил об этом Сони. Мальчик уже не первый раз ставил Шаула в тупик.

– А ты откуда знаешь? – не выдержал он.

Тот удивленно воззрился:
– Я же все время был рядом и видел вас вместе.

Сони был странным мальчиком. Конечно, можно предположить, что наблюдательность и умение делать выводы – необходимые свойства для нищего мальчишки, позволяющие ему не только найти пропитание, но и остаться в живых. Но были у Сони навыки, идущие в разрез с его положением. Например, умение держаться в седле. Шаул с удовольствием наблюдал, как легко справлялся Сони с молодой норовистой кобылой, подаренной ему принцем. Была какая-то загадка в мальчишке. Когда Кристиан предложил посвятить Сони в оруженосцы Шаула, тот наотрез отказался. Зато сам не раз распекал Шаула за недовольство принятым титулом.
– Не понимаю, почему ты возмущаешься? – деловито рассуждал Сони.
– Всю свою жизнь я исповедовал убеждение в том, что важен не титул, а человек.
– А разве теперь ты думаешь иначе? – пожал плечами Сони.
– Что за дичь, – поморщился Шаул. – Не обо мне речь. Этот титул будет бежать впереди меня. Люди будут воспринимать меня, как графа, имеющего соответствующие семью, положение…
– Знаешь, тебе надо поменьше волноваться о том, что о тебе подумают другие, – веско изрек Сони с высоты своего богатого опыта. – От их мнений ни ты сам, ни твоя семья не изменитесь. Так что же переживать?
– Да какой смысл тогда в этой глупой вывеске?
– Как так? – удивился Сони. – Как же людям понять, кто есть кто?
– По делам, – буркнул Шаул.
– Ну так тебя же по делам и судили!
– Так что же ты сам отказался стать оруженосцем?
– Я другое дело, – ничуть не смущаясь, возразил Сони. – Мне просто это не подходит.
– А мне подходит?!
– Тебе – да.
– И отчего же?
– Потому что ты всю свою жизнь рыцарствуешь, а кто рыцарствует, того называют рыцарем. Тебя так и назвали. Те, кто поступает благородно и честно, называют благородными, тебя назвали графом.
– Между прочим, не раз высказывалось утверждение, – высунул морду из кобуры, прикрепленной к луке Шаулова седла, Бруно, – что в более отдаленные времена это слово означало просто образованного человека,
– Вот видишь! – торжествующе воскликнул Сони. – Ты же образованный человек. А из меня какой оруженосец? Я никогда оружие не носил и не собираюсь, у меня другие методы.

Вот и пойми его. Мальчик был весь соткан из противоречий. Гордость уживалась в нем с полнейшим равнодушием к собственному положению. Не гнушаясь выполнять самую грязную работу, он настаивал на отдельной комнате в гостиницах и во дворцах. Мльчик с предельной откровенностью высказывался по любому вопросу, и при этом ничего не рассказывал о себе. Сони не удосужился сообщить, почему остался с ними, а Шаул не стал расспрашивать, побоявшись, что тот замкнется и исчезнет, как тогда в Эльтюде. А этого ему не хотелось. Сони был и лекарь, и хороший помощник, и верный товарищ. Шаул очень привязался к мальчику, и разлука с ним была бы тяжелой потерей. В конце концов, не все ли равно какие у Сони тайны, и почему он решил стать их спутником? И Бруно был согласен с Шаулом, мальчик приглянулся ему, как выразился кот, нетривиальным умом и благородным сердцем, а кроме того, никто лучше Сони не чесал его за ухом.

***
Поздний рассвет нехотя вползал в комнату, наполняя ее тоскливым серым светом. Поблекшая, растерявшая прежнюю красу осень в ожидании конца зябко куталась в темный вдовий платок и лила безнадежные слезы. Агата устало повертела затекшей шеей, не отрывая пальцев от руки Селина. Спина ныла от долгого сидения, сосредоточиться становилось все труднее. Шелковистая нить, связующая душу Селины с ее телом, натягивалась и вырывалась из уставших пальцев. Ничего, скоро Гизельда придет сменить ее. Они по очереди дежурили у постели Селины. Агата была безмерно благодарна старой наставнице за ее самоотверженную помощь и ласковую поддержку. Вся хваленная сила Агаты позорно бежала с места кровавой драмы ее сестры.

Стрелка часов медленно ползла по циферблату, надолго зависая на одном месте. Агата вздохнула и перевела взгляд на сестру. Селина была тиха и спокойна, ее нежная красота приобрела строгую и печальную ноту, она словно стала старше.

– Потерпи еще немного, – шепотом уговаривала Агата сестру. – Ты оказалась права, милая. Траум действительно полюбил тебя. Невероятно. Только ты могла совершить это. Как с тем гадким мальчишкой Лудо. Никто не верил, что в сердце маленького негодяя осталось хоть малая неиспорченная частица, только ты. Не сказать, что сейчас он образец благочестия, но все-таки жестокость уступает место и другим чувствам. А твой милый бакалавр! Ведь ты поверила в него с первого взгляда, когда он был еще совсем мальчишкой. Магистр старается держаться, но иногда все-таки у него вырывается что-нибудь, и так я узнаю о Шауле и Бруно. Путешествие их весьма опасно, но он выдерживает испытания, Селина. Ты оказалась гораздо более мудрой феей, чем я, – вздохнула Агата.

Дверь приоткрылась и в комнату вошла Гизельда. Добрая старушка выглядела заспанной.

– Прости, родная, что задержалась. Когда легла, сон все не шел, а под утро задремала, так что проспала свою смену.

Она привычно устроилась в изголовье кровати, обхватив голову Селины ладонями.

– Иди, милая отдыхай, – кивнула она Агате и, поцеловав в лоб, поприветствовала младшую сестру: – Доброе утро, красавица!

Агата поднялась, с трудом расправляя спину и плечи.

– Спасибо, Гизельда, чтобы я без тебя делала, – она поцеловала ее в седую макушку, пригладила волосы Селины и пошла к себе.

У себя Агата решила принять ванну – она прекрасно утолит боль в спине и снимет усталость. Появившаяся деревянная кадушка, полная воды, наполнила комнату паром и благоуханием настоянных трав.

Агата медленно погружалась в горячую воду. Тепло ласкало и смягчало затекшие мускулы, боль отступала, наполняя блаженным покоем. Агата откинула голову на простыни, устилающие деревянную поверхность, и прикрыла глаза. Мысли снова вернулись к вчерашнему визиту магистра Рева. Тот едва сдерживал слезы, говоря о своем владыке. Такая нежная преданность! Но и сама Агата была поражена решением Таума. Невероятно. Ее сестра милая веселая хохотушка смогла разбудить любовь в каменной глыбе. Рев многословно и прочувственно распинался о прекрасном сердце Траума, но Агата знала одно – служебные силы, как бы велики и могущественны они ни были, никого не в состоянии полюбить. И поверить в такое – все равно, что представить влюбленный ураган или любящее извержение вулкана.

Однако, что бы не утверждал здравый смысл, Агате оставалось принять тот факт, что тот самый вулкан под именем Траум добровольно отдал власть, лишился могущества, спустившись с высоты иерархической лестницы, и теперь отправился на суд Провидения в надежде за свою душу вернуть душу Селины.

– У него уже было прощение! Он победил хаос. Он удержал наш мир. Он мог продолжать жить и властвовать! Но... – Рев махнул рукой, стараясь справиться с подступившими его рыданиями, и прошептал: – Хоть бы жертва не была напрасной.
– Неужели Провидение так сурово, и накажет его самоотверженность? – пожала плечами Агата.
– Вы не понимаете, – сокрушенно вздохнул Рев. – Провидение так носится только с людьми, потакая их свободе! Оно дарует им практически беспредельное прощение – человеку достаточно совершить поступок, свидетельствующий о покаянии, а иногда достаточно и одной решимости. Но с духами все иначе. У нас есть больше знаний, порой больше возможностей для совершения своей задачи, но о свободе речь не идет. Мы должны служить в строгом соответствии с волей вышестоящего духа, – Рев замолчал и часто заморгал, прогоняя слезы.
– И мой пример, – ему наконец удалось справиться с голосом, – тому подтверждение. Я постоянно перечил владыке, пытаясь все устроить по своему разумению. И вот вам результат! – его голос снова сорвался, и он замолчал, прикрыв глаза рукой.

Агата ополоснула водой лицо. "Бедный Рев", – подумала она. Его искренняя почти человеческая привязанность к Трауму, отчасти примиряла Агату с бывшим владыкой снов. В его рассказах и Траум казался более человечным и способным на простые добрые чувства. И его поступок, конечно, вызывал уважение и вселял надежду. Траум, один из самых могущественных духов, пожертвовал собой ради спасения глупой влюбленной дурочки Селины, опаливший об его силу свою душу. Разве может Провидение остаться равнодушным к такой любви? Неужели не простит? Не спасет душу Селины?

– Ах, Селина, Селина, – горько вздохнула Агата, тоска по сестре стянула сердце. – Как мне не хватает тебя, дурочка моя родная! И зачем была эта безрассудная любовь? Кому она принесла счастье? Ты погибла. И если Провидение не примет жертву Траума, даже в вечности я не смогу встретиться с тобой. А твой Траум! Я так боюсь, что спасение принесет тебе только горечь.

Глаза наполнились слезами, но сил плакать уже не было. Агата выбралась из ванны, закутавшись в широкую шерстяную каппу. В хорошо протопленной комнате было тепло, уютно потрескивали поленья в камине, а за окном в белом холодном свете утра кружили легким пухом первые снежинки. В Оланд пришла зима.


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30627
ссылка на сообщение  Отправлено: 27.01.15 20:20. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Выбрала две цитаты дня:

Юлия пишет:

 цитата:
Элиза взрослела, постигая не политическую премудрость, а сложную науку человеческих чувств.



Юлия пишет:

 цитата:
Потому что ты всю свою жизнь рыцарствуешь, а кто рыцарствует, того называют рыцарем.



Очень интересными, объемными получаются герои, и главные и второго плана. Со своими тайнами и заморочками.

Юлия пишет:

 цитата:
Так он же идет, по сути, умирать?!


Очень надеюсь, что их спасет Любовь?

И тапочки.

Юлия пишет:

 цитата:
Надо было признать, что, несмотря на его смущение и нежелание принимать титул, пожалованный ему Кристианом, действительно чрезвычайно облегчал его задачу.


Что-то не то в предложении. Может, так как-то:

Надо было признать, что титул, который он так не хотел принимать, очень облегчал его задачу.


Юлия пишет:

 цитата:
Проезжая по перелескам Шаул сражался с деревьями и кустами, стараясь улучшить свое владение мечом, вспоминая, как легко и мастерски сражался им Кристиан.


Зпт после перелесков.

Юлия пишет:

 цитата:
Но толи еще будет…


то ли
Юлия пишет:

 цитата:
Что он представлял из себя Шаул не знал, и ничто не вселяло в него надежды.


Зпт после из себя.

Юлия пишет:

 цитата:
Люди, как люди,


Кажется, не нужно зпт?

Юлия пишет:

 цитата:
О чем думали феи, какими руководствовались соображениями составляя свою магическую формулу?


Зпт после соображений.

Юлия пишет:

 цитата:
Агата устало повертела затекшей шеей, не отрывая пальцев от руки Селина



Селины
Юлия пишет:

 цитата:
Вся хваленная сила Агаты позорно бежала с места кровавой драмы ее сестры.


Хваленая? И как-то смутила кровавая драма. Она же не кровавая, а сердечно-душевная?

Юлия пишет:

 цитата:
– Иди, милая отдыхай, – кивнула она Агате


Зпт после милой.

Юлия пишет:

 цитата:
Ее сестра милая веселая хохотушка смогла разбудить любовь в каменной глыбе.


Милая веселая хохотушка выделяется зпт?

Юлия пишет:

 цитата:
Агате оставалось принять тот факт, что тот самый вулкан



Два тот.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38029
ссылка на сообщение  Отправлено: 29.01.15 23:50. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Теперь гадай, что за Сони такой. Посланец провидения?
В Траума я верю - и точка. И в торжество справедливости.
Юлия пишет:
 цитата:
Новика я наскребла в книге по истории рыцарства, термин, обозначающий новопосвященного.

Ну тогда надо это как-то разъяснить - сноской или в тексте, чтобы не возникало ощущение опечатки, кмк.
 цитата:
одно дело исторический документ, а здесь нужно поаккуратней.

Не, ну я не знаю, как можно еще аккуратнее с историческим документом. Просто вписать в контекст - или обращение, или зачитка официального документа. Юлия пишет:
 цитата:
Это предположение, но довольно веское. На кого еще мог метить придворный? Скорее всего на принца. Но мне казалось, что это не главное. Главное - что Шаул преодолел зло и разрушил колдовство. Кого конкретно он при этом спас, даже не так важно. Подвиг же не в том кого ты спас, а что спас вообще.

Вот выделила болдом - это же опять предположение. Может, у него тоже брат есть более удачливый и тыды. А если дело в подвиге, то, кмк, тогда надо развивать мысль с подвигом, а не со спасением Кристиана.

Чуток тапочков:
 цитата:
Все ближе она становилась к образу собственной души, который увидел при встрече с ней Шаул. Как?! Как можно было вырвать все это из собственного сердца?! Как доверить другому, который и сотой доли того никогда не узнает и не оценит?!

Вот это - Как?! - мне кажется, лучше пойдет в конце, уже после расшифровки самих вопросов. Ну и по правилам - "который" относится к ближайшему существительному, т.е. к душе. Т.о. "...души, которую".
 цитата:
Те(х), кто поступает благородно и честно, называют благородными, тебя назвали графом.

Пропущена буква.

 цитата:
высунул морду из кобуры, прикрепленной к луке Шаулова седла, Бруно,

Смутила кобура. Может, сумка - ?
 цитата:
М(а)льчик с предельной откровенностью

Пропущена буква.
 цитата:
– Спасибо, Гизельда, чтобы я без тебя делала,

Что бы - раздельно.
 цитата:
Однако, что бы не утверждал здравый смысл,

Ни утверждал.
 цитата:
– Неужели Провидение так сурово, и накажет его самоотверженность? – пожала плечами Агата.

Смутило это пожатие плеч - жест выглядит равнодушным, словно Агате все равно.
 цитата:
человеку достаточно совершить поступок, свидетельствующий о покаянии, а иногда достаточно и одной решимости.

Два "достаточно". А если последнее, например, заменить на - довольно - ?
 цитата:
И его поступок, конечно, вызывал уважение и вселял надежду. Траум, один из самых могущественных духов, пожертвовал собой ради спасения глупой влюбленной дурочки Селины, опаливший об его силу свою душу. Разве может Провидение остаться равнодушным к такой любви? Неужели не простит? Не спасет душу Селины?

Вот этот весь абзац - хорош, ничего не скажешь , но практически повторяет то, что уже было описано до него. Может, как-то объединить и убрать лишнее?

А это не тапок, просто реплика по поводу::
 цитата:
И зачем была эта безрассудная любовь?

Словно любовь кого спрашивает - пришла, и все. Как выскакивает убийца в переулке.(с)

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1680
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.02.15 22:02. Заголовок: Хелга, apropos http..


Хелга, apropos

Спасибо, дорогие.

Хелга пишет:

 цитата:
Выбрала две цитаты дня


apropos пишет:

 цитата:
В Траума я верю - и точка. И в торжество справедливости.


Так по справедливости - это же по правилам, а правила нарушены, значит - наказание.

Хелга пишет:

 цитата:
Очень надеюсь, что их спасет Любовь?


Всех? Пока же только о Селине речь

apropos пишет:

 цитата:
Теперь гадай, что за Сони такой. Посланец провидения?

Нищий мальчик.

apropos пишет:

 цитата:
А если дело в подвиге, то, кмк, тогда надо развивать мысль с подвигом, а не со спасением Кристиана.

Объективно - да. Но я склоняюсь к некоторой субъективной неоднозначности, мне кажется, так очевидней природа выбора. Ведь человек преодолевает зло не только благодаря тому, что различает добро и зло как таковые, конкретные чувства к конкретным людям дают и силы и импульсы к быстрым, вдохновенным и решительным действиям. Безусловно, победить колдовство Шаулу помогли дружеские чувства к Кристиану. Без этого он скорее всего просто не сообразил бы, не смог оперативно решить проблему. С другой стороны, Кристиан тоже хочет поступить правильно и отметить именно подвиг – победу над злом – Шаула. Но и здесь - никуда не деться от живых чувств.

Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1681
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.02.15 22:33. Заголовок: *** Легкая зыбь про..


***

Легкая зыбь пробежала по синеватому пространству, и едва уловимый звон, как дрожание тысячи струн, наполнил воздух неуверенностью и тоской. Все с недавнего времени изменилось в сонном царстве, как будто сломалось главная ось этого мира. Движение еще продолжалось, но сбивчиво, со скрежетом и неожиданными остановками. Элиза зябко повела плечами, припоминая, как нечто подобное случилось с башенными часами в королевском замке, когда умер смотритель часов. Нарушился ровный и точный ход часового механизма, стрелки то отставали, то бежали вперед, часы звонили невпопад, путая четверти с получасом и издавая скрипучий тоскливый звук, а потом и вовсе остановились.

Феи не появлялись и поэтому ни спросить, ни поделиться опасениями Элизе было не с кем. Единственное, что спасало от отчаянного ужаса ожидания неизвестности, – путешествия в воспоминания Шаула. Там, в глубине царства, сбои и толчки почти не ощущались, так же как не слышались скрежещущие звуки. Но все проходы будто разом обветшали, а где-то и вовсе обвалились, нарушая привычную картину мира. Теперь легко было запутаться в лабиринтах ходов и полуразрушенных туннелей. Если раньше она легко и незаметно проскальзывала, словно по желобу вода, в воспоминания Шаула, теперь, она добралась туда долго и медленно, пробираясь, через завалы полуразрушенных проходов, по заросшим щетинистым кустарником ущельям и теряющимся в траве узким тропам. Элиза не могла не понимать – выбираясь из своего убежища, она всякий раз рисковала заблудиться в царстве снов и иллюзий. Но чем это ей грозит, она не знала.

Элиза поднималась по разбитой каменной лестнице, размышляя об опасности своего пути, когда один из камней качнулся под ее ногой и покатился вниз. Принцесса упала вперед, ободрала ладошки и ударила колено. Замерев от страха, она испуганно ухватилась за выступ следующей ступени, слыша гулкое эхо, которым отдавался в пространстве звук падающего камня, словно он скатывался в глубочайший колодец, никак не достигая дна. Элиза поднялась, но вынуждена была вновь опуститься на ступеньку: накрывший ее ужас сделал ноги ватными. А если бы она сорвалась вслед за камнем? Что было бы, если она погибла здесь в этом мире? От сменяющихся одной за другой картин ее безумия и гибели в этом и земном мирах ее закружила паническая лихорадка. Элиза зарыла лицо руками, не в силах справиться с нервной дрожью и разрывающих сердце, словно свора диких псов, страхами.

– Спокойно! – скомандовала она сама себе дрожащим голосом.
– Я жива, – медленно проговорила она, преодолевая предательскую дрожь.
Она расправила плечи и, заставив себя открыть глаза, оглядела ощетинившееся опасностями пространство. "Ты должна смотреть на них, как повелительница, со властью, и тогда они подчинятся тебе," – вспомнись ей слова матери.

– Я жива, – заявила она, вполне овладев своим голосом.
– Я жива, – повторила она спокойно и властно.

Она не отводила взгляда от сложившейся из клочьев тумана ощерившийся звериной морды, а в голове, словно огромный колокол, звенели слова: "Я жива. Я жива. Я. Жива". И пространство подчинилось. Морда исчезла, седой туман рассеялся, открывая мощенную широкую площадку, по краю которой шло ажурное каменное ограждение. Элиза поднялась и подошла к парапету. Внизу во всю ширь, охватываемую глазом, расстилался пестрый ковер полей, лесов и невысоких холмов.

Она находилась на вершине скалы, где расположилась уютная терраса с резными каменными скамейками и цветущими кустами роз, высаженных в больших деревянных кадушках. Элиза повернула голову, уже зная, что там увидит – в мире снов воображение имеет силу воплощения. Это она создала в другом конце террасы широкую каменная лестницу, спускающуюся к небольшому саду, где высадила разноцветные кустарники, подстриженные шарами и пирамидками, и цветы, расстилающиеся разноцветным узорчатым ковром. Через сад посыпанная гравием дорожка вела к красивому зданию правильных пропорций. Стрельчатые окна каждого этажа разделялись нарядными фризами, щедро украшенными каменой резьбой. На остроконечной крыше, как гнезда птиц, кудрявились каменным кружевом мансардные окна. Элиза задумалась, и из тонких столбиков печных труб в небо поднялся дымок. Ветер закручивал его в затейливые фигуры и играл суетливыми флюгерами, сидящих на острых верхушках небольших башенок.

Любуясь созданными ею дворцом и садом, Элиза улыбнулась. Провела ладонью по шершавой теплой поверхности камня, и он передал ее свою спокойную уверенность. Мир разрушается, если ослабляется управляющая им власть. Эту истину Элиза впитала с младенчества. Но сейчас она поняла: верховная власть – не единственный и не всемогущий источник. Он иссякнет, если воля тех, кто стоит ниже, не вплетется в общий тугой узел, связывающий мир воедино.

Все время, проведенное в мире снов, она или сопротивлялась ему, или безучастно взирала, забывая, что он – ее убежище от смерти. А теперь ее пристанище отчего-то разрушалось. Может быть, от глубокой печали, пропитавшей каждую частицу этого мира. Эта сиротливая тоска пробиралась и в ее душу.

– Так не должно быть, – качнула головой Элиза.

Ее воля, как бы незначительна и чужда миру снов она ни была, отныне будет направлена на его утверждение.

***

Раскаленная каменистая почва немилосердно жгла ступни через тонкую подошву сандалий. Ослепляющее раскаленное солнце словно растворилось во всем окружающем пространстве – выжженная выбеленная земля и белесое выцветшее небо. Все было пропитано жаром, даже ветер. Внезапно налетал он резкими горячими порывами, обжигая лицо и высушивая губы.

Дорога петляла по крутым склонам и терялась в усеянных камнями ущельях. Чем выше, тем нестерпимей и безжалостней жгло солнце. Безмолвная каменистая пустыня, не стыдясь, предъявляла свои трофеи – сломанные кости, высушенный и искореженный солнечным жаром сандаль, зацепившийся за острый край скалы обрывок женского платка с едва угадываемым рисунком, помятый запыленный медный кувшин. Кто были их хозяевами? И какова их судьба? Произошла ли долгожданная и желанная встреча с Всевышним? Или они навеки сгинули здесь, разделив участь позабытых и разрушаемых ветром и солнцем предметов?

Траум смахнул тыльной стороной ладони пот со лба и удобнее перехватил свою ношу. Он потерял счет времени. Да и было ли здесь время? Безжалостное солнце, срезав под корень спасительную тень, забралось на самую высокую точку и застряло там. Покрытая щебнем тропинка петляла между валунами и крупными каменными глыбами. Ветер, словно завзятый архитектор, вытачивал из громоздящиеся друг за другом безжизненных голых скал причудливые скульптуры, исполинские дворцы с гигантскими колоннами, украшенные тонкой каменной резьбой святилища неведомым богам.

Траум присел под каменный гриб – подточив основание красноватой скалы, ветер почти не тронул ее округлую вершину. Прислонившись к горячей ножке гриба, он постарался укрыться в небольшом пятачке тени. Осторожно опустил Селину. Натруженные руки и спина ныли. Расслабив мышцы, Траум, опустил веки и откинул голову, ощутив через мешковину капюшона острый выступ на скале. Он вздохнул и открыл глаза. Непослушными пальцами развернул запыленный, превратившийся из нефритового в алебастровый плащ, приоткрыв лицо маленькой феи. Бледная почти прозрачная душа ее была покрыта темными обгоревшими пятнами. "Бедняжка", –схватила сердце тянущая неизбывная боль.

– Как ты, милая моя? – обветренными губами прошептал он.

Поправил ставшую жесткой ткань вокруг ее лица, сдунул прилипшие ко лбу песчинки. Она медленно приоткрыла глаза и улыбнулась:

– Жива, благодаря тебе.

Он наклонился и легко коснулся бледных губ Селины. Сейчас, потеряв все, что у него было, на пороге небытия, он смог наконец разрешить себе любить, без страха, без снисхождения, без оглядки. Его сердце наполняло не отчаяние, а нежность. Он отыскал в складках ткани ее руку – хрупкая кисть с тонкими нежными пальцами – и уткнулся лицом в ее ладонь, прохладную, шелковистую. Сквозь стойкий горький запах гари пробивался тонкий аромат маленькой феи. Без нежности жизнь превратится в ад, сказала ему когда-то Селина. Тогда он не придал значения ее словам, а сейчас удивлялся, как безжизненный ад превращался их нежностью в райский сад. Пусть у них остались часы, пусть даже всего несколько мгновений. Здесь они были вместе.

Сняв с пояса кожаную флягу, он слегка смочил лицо феи и осторожно влил в рот несколько живительных капель, глотнув сам, отправил флягу обратно, стараясь не потревожить Селину. В бессилии она снова прикрыла веки, но сквозь ресницы продолжала смотреть на него.

– Какой ты красивый, – прошептала она, едва шевеля губами.
– Покаянное вретище – прекрасное украшение, – улыбнулся он.
– И в покаянии, и в славе, ты всегда был настоящий. Я была обречена полюбить тебя, как только увидела.

Длинная фраза измотала ее, и она замолчала. Если его дерзкая просьба останется неисполненной, они уйдут в небытие одновременно. Пусть это не соединит их, как они оба хотели бы, но их жизни останутся сплетенными вместе, хотя бы только в памяти тех, кто их знал…

– И как же тебе это удалось, хитрая маленькая фея? – усмехнулся он.

Последняя фраза Селины вновь возбудила его любопытство: как получилось, что она тогда увидела его?

– Ты знаешь все о бесконечных мирах, но совсем не знаешь собственного сердца, – не открывая глаз, прошептала Селина.
– Общение с Ревом не пошло тебе на пользу.
– Рев оказался намного мудрее тебя, – она замолчала, набралась сил и продолжила: – Он сразу понял, что твое сердце было готово к любви. Потому я и смогла увидеть тебя.

Селина по-своему изложила его собственную догадку: он сам позволил ей увидеть себя. Но что заставило его это сделать? Его не удовлетворяла фраза в стиле Рева – "сердце готово к любви", – что это может означать на самом деле?

Из задумчивости его вывело прикосновение Селины: она нежно провела прохладными пальцами по его лбу, разглаживая нахмуренную складку.

– Тебя мучает незнание. Ты совсем, как человек, – она говорила с трудом – медленно, делая большие паузы между словами, переводила сбивающееся дыхание. – Как тебя только угораздило родиться духом?
– Человека ты бы не полюбила, – улыбнулся он.
– Я полюбила бы только тебя. И не важно, кто ты – дух или человек. Ты мой, Траум.

Селина прижалась к нему теснее и, чуть повернув голову, поцеловала в плечо. Сквозь ветхое сукно робы он почувствовал прикосновение ее губ. По телу пробежала пьянящая волна, и он закрыл глаза, наслаждаясь чудным ощущением счастья.

Сон – блаженный покой – накрыл уставших путников. Скрытые от палящего солнца узкой полоской тени, они так и спали – привалившийся спиной к каменной глыбе Траум и у него на руках укутанная в плащ Селина.

Траум открыл глаза и огляделся. Сколько он проспал? Безжизненная раскаленная каменная пустыня ничуть не изменилась. Лишь тень чуть сдвинулась вправо, открыв солнцу его бедро. Траум заботливо укутал Селину и поднялся. Обхватив ее, прижал к плечу, словно маленького ребенка. Надо было продолжать путь. И снова раскаленная, избившая в кровь ноги дорога.

Он был создан для того, чтобы исполнять волю Провидения, неукоснительно и безупречно. Он и сейчас оставался таким же. Его задача была ему ясна, и он строго следовал плану. Его не смущало, что окончание этого плана означало и его собственный конец, – смерть выходила за рамки его задачи. Так он был устроен. Служебный дух. Несмотря на все его былое могущество – оно не было его сутью, а всего лишь необходимым средством для выполнения поставленной задачи, – он оставался только подсобником. И все же возможно Селина и была права: он был обречен выйти из повиновения. Его страсть к познанию оказалась его ахиллесовой пятой. Область знаний служебных духов обширна, но по-знание им почти недоступно. Познание – процесс обретения единства с доселе неизведанным. Он невозможен без желания единения, а значит – без любви.

Тропа, становясь все уже, карабкалась вверх. Удерживать равновесие, с занятыми руками становилось труднее, и Траум подбросил Селину повыше на плечо, освободив правую руку, удерживая свою драгоценную ношу левой рукой и головой. Он ощущал сквозь складки плаща ее хрупкую душу и, прижавшись к ней щекой, на мгновенье прикрыл глаза, переживая этот момент единения.

– Я люблю тебя, милая, – выдохнул он слова, которые она когда-то так тщетно ждала от него.

Налетевший порыв раскаленного ветра взметнулся маленьким смерчем, бросив в лицо горсть песка и пыли, захлестнул дыхание. Траум чертыхнулся, сплюнув забивший рот песок. Дальше узкая тропинка тянулась над отвесной скалой, уходящей вертикально вниз. Обхватив Селину двумя руками, он глянул – в глубоком ущелье только каменные глыбы и валуны. Опершись спиной на склон горы, Траум осторожно перебирал ногами, продвигаясь по коварной тропе небольшими шажками. Под сандалем предательски дрогнули камни, чуть присев, он удержал равновесие и продолжил путь.

– Вперед, всегда вперед, Селина. У нас нет другого выбора, – уголки его губы дрогнули, когда он вспомнил ее бесстрашную попытку спасти сестру.
Сердце затеплилось радостью: как доверчиво и безоглядно, держа его за руку, шагала она над бездной. Он чуть шевельнул пальцами, словно и сейчас ощутил пожатие ее маленькой ручки.

"Селина, моя маленькая мудрая фея, умеющая сердцем прозревать недоступные глубины". Ее никогда не обманывало и не смущало его величие. А сам он когда-то считал себя уникальным и непогрешимым. Теперь он посрамлен. Чем была его уникальность, его стремление к познанию – ошибкой при его создании, или тестом на его пригодность к обширным задачам? В любом случае – он провалился, не удержался на доверенной высоте.

И все же он не считал себя проигравшим. Полюбив, он изменился. И уже ничто не могло бы вернуть его в прежнее состояние. Даже неизбежная смерть Селины – трагический результат их любви. Он принял и это. Ничего другого и не могло быть – винить некого. Плата за его неповиновение. Они оба заплатят высокую цену, но они уже узнали друг друга, и никто у них этого не отнимет. Нет, у него не было ни малейшего сомнения в правильности выбранного решения. И это наполняло каждое доставшееся им на двоих с Селиной мгновение счастьем.


Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38030
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.02.15 22:16. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Юлия пишет:
 цитата:
победить колдовство Шаулу помогли дружеские чувства к Кристиану. Без этого он скорее всего просто не сообразил бы, не смог оперативно решить проблему. С другой стороны, Кристиан тоже хочет поступить правильно и отметить именно подвиг – победу над злом – Шаула.

Ну вот так бы это все и в тексте показать, как мне кажется. Чтобы было понятнее, что к чему.

Очень хороша сценка с Элизой - и описание разрушающегося мира снов, и выстроенный ею замок, и принятое решение. Может быть, еще и с ее помощью он устоит?
Траум, как всегда, великолепен. Чарующий образ. Верю в мудрость Провидения.

Из тапочков:
 цитата:
Феи не появлялись(,) и поэтому ни спросить

Пропущена запятая.
 цитата:
теперь, она добралась туда долго и медленно

Лишняя запятая.

 цитата:
открывая мощенную широкую площадку

Одно "н".
 цитата:
Раскаленная каменистая почва немилосердно жгла ступни через тонкую подошву сандалий. Ослепляющее раскаленное солнце

Посторяются прилагательные. Вообще в этом фрагменте - с Траумом - показалось многовато упоминаний раскаленного солнца и каменистой пустыни (в разных вариантах). Где-то, может, частично убрать, где-то - заменить на синонимы - ?
 цитата:
Кто были их хозяевами?

Кто были их хозяева - ?
 цитата:
Траум, опустил веки и откинул голову,

Лишняя запятая.
 цитата:
Ты совсем, как человек,

Запятая лишняя.

 цитата:
по-знание им почти недоступно

Черточка - случайно?

 цитата:
Удерживать равновесие, с занятыми руками становилось труднее, и Траум подбросил Селину повыше на плечо, освободив правую руку, удерживая свою драгоценную ношу левой рукой и головой

Лишняя запятая и повторы.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30634
ссылка на сообщение  Отправлено: 08.02.15 17:59. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/g..


Юлия

Юлия пишет:

 цитата:
"Ты должна смотреть на них, как повелительница, со властью, и тогда они подчинятся тебе," – вспомнись ей слова матери.


Все-таки на пользу пошло Элизе материнское воспитание. (очепятка - вспомнились) Слова наложились на силу духа.

Продолжаю переживать за Траума и Селину. Траум нравится все больше и больше.

Чуть тапочков.

Юлия пишет:

 цитата:
Если раньше она легко и незаметно проскальзывала, словно по желобу вода, в воспоминания Шаула, теперь, она добралась туда долго и медленно, пробираясь, через завалы полуразрушенных проходов, по заросшим щетинистым кустарником ущельям и теряющимся в траве узким тропам.


Как вариант:
Если раньше она легко и незаметно проскальзывала, словно по желобу вода, в воспоминания Шаула, то теперь добиралась туда долго и медленно через завалы полуразрушенных проходов, по заросшим щетинистым кустарником ущельям и теряющимся в траве узким тропам.

Юлия пишет:

 цитата:
Принцесса упала вперед, ободрала ладошки и ударила колено.


ударилась коленом? Хотя, не уверена.

Юлия пишет:

 цитата:
Осторожно опустил Селину. Натруженные руки и спина ныли. Расслабив мышцы, Траум, опустил веки и откинул голову, ощутив через мешковину капюшона острый выступ на скале. Он вздохнул и открыл глаза


Может, смежил веки? Ну, чтобы не было два подряд "опустил".

Юлия пишет:

 цитата:
уголки его губы дрогнули, когда он вспомнил ее бесстрашную попытку спасти сестру.



губ

Спасибо за продолжение!

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1683
ссылка на сообщение  Отправлено: 08.02.15 21:45. Заголовок: apropos Хелга http:..


apropos Хелга

Спасибо, дорогие!

apropos пишет:

 цитата:
Ну вот так бы это все и в тексте показать, как мне кажется.

Буду думать, как это делать. Я-то надеялась, что в тексте это читается, когда складывается общая картина. Дальше будет еще одна отсылка к этим событиям. Может быть, когда доберемся, и соберется все вместе, вернемся к этому?

Хелга пишет:

 цитата:
Все-таки на пользу пошло Элизе материнское воспитание.

"Мамы всякие нужны, мамы всякие важны"

apropos пишет:

 цитата:
Траум, как всегда, великолепен


Хелга пишет:

 цитата:
Траум нравится все больше и больше



Вдохновлялась Рейфом Файнсом



apropos пишет:

 цитата:
Верю в мудрость Провидения.

А как же иначе?


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1684
ссылка на сообщение  Отправлено: 08.02.15 22:08. Заголовок: *** Горная гряда вел..


***
Горная гряда величественно возвышалась над покрытым хвойными лесами предгорьем, путаясь белоснежными вершинами в косматых серых тучах. Пожухлую осеннюю траву широких лугов, застилающих подножье гор, сменила каменистая порода, с редкой растительностью, пучками ощетинившейся в складках ущелий и каменных развалов. Белая сетка ледников, словно сеть кровеносных сосудов покрывающее серую бугристую кожу каменных исполинов становилась все гуще и спускалась все ниже к перевалу. Если не поспеть до снежных бурь, то можно застрять в долине до весны.

Шаул, Сони и Бенито, их проводник, двигались по горной тропе все выше и выше к перевалу. С одной стороны тропы склон горы, покрытый низким кустарником, поднимался, с другой – круто сбегал вниз, где у его подножия бурлили ледяные воды горной реки. Всадники ехали медленно и осторожно, мелко секущий дождь размывал дорогу, а налетающие порывы ветра пытались сбросить их с кручи.

– И зачем вам так спешить? – в который раз уже сокрушался разговорчивый проводник. – В такую погоду неровен час сорвемся вниз.

Бенито передвигался на маленьком ослике впереди, за ним Сони на своей присмиревшей кобыле, замыкал шествие Шаул. Бруно беззаботно посапывал в сумке, прикрепленной к передней луке Шаулова седла.
– У нас есть важное дело, Бенито, и оно не ждет до весны, – терпеливо объяснял Сони.
– Дела, господин Сони, всегда ждут, а вот жизнь – нет, – философски изрек проводник.
– А если наше дело и есть жизнь? – увлекшись полемикой, возразил Сони.
– Эх, молодежь, – сокрушенно покачал головой Бенито, пожилой коренастый мужичок, в широкополой войлочной шляпе и крестьянской овечьей безрукавке.

Его загорелое и обветренное лицо с кустистыми бровями домиком и обвисшими усами, всегда имело скорбное, сокрушенное выражение. Постоянные причитания и сетования на Шаула и Сони, отправившихся в такой опасный путь, шли в разрез с его собственным решением помочь им. Плату, которую он запросил за свои услуги, не была чрезвычайной. Что подвигло мрачно настроенного Бенито поступить столь беспечно, оставалось загадкой. Но Сони утверждал, что тот просто так смотрит на мир, и увещевал бы их точно так же, отправься они в путь и в погожие летние дни. Но жаловаться на старика не приходилось: Бенито был умелым проводником, все у него было припасено и предусмотрено и для переправы и для ночевок. Продвигаясь по узкой горной тропе, он, казалось, составлял со своим осликом одно целое, так слажено и легко двигались они, словно ехали по широкой прямой дороге.

Шаул внимательно следил за тропой, но мысли его были заняты другим. Он несколько недель не бывал в воспоминаниях Элизы. Ночью он видел самые обычные сны, и если Элиза и являлась ему, то лишь в его собственных мыслях и чувствах. Живого ощутимого присутствия любимой, как было в ее воспоминаниях, он не испытывал. Он соскучился и томился, призывая их, но когда наконец его страстное желание исполнилось, оно не принесло ему облегчения, лишь пуще прежнего разбередило его сердце.

Это случилось вчера. Утомленные тяжелым подъемом, они остановились на ночлег в низеньком, словно прилепившимся, к горному склону домике – пустовавшем в это время года пастушьем становище. Они наскоро поужинали зачерствевшим хлебом и овечьим сыром, и Шаул отправил Сони с Бруно спать на узкую устланную соломой антресоль под самым потолком. Бенито устроился внизу и уже похрапывал на соломенном тюке около потрескивающего отсыревшими поленьями очага. Шаул уселся здесь же, у огня, – сторожить спящих товарищей ему выпало первым. И чтобы не заснуть, принялся за свои дневниковые записи. Отведя значительную часть своих заметок суровой и величественной природе горного края, он коротко посетовал на трудности пути и непогоду, грозившую перекрыть перевал раньше срока. Сердечная тоска отвлекала от описания скудных событий дня, словно ночной зверь, в густившихся сумерках она нападала и ранила особенно сильно. Шаул вздохнул и, обмакнув перо в небольшую походную чернильницу, записал:

"Любимая моя, я так давно не видел тебя, не чувствовал напряжение твоей мысли, биения твоего сердца, не удивлялся смелости твоего характера, не разделял твоих переживаний. Страшно предположить, что стало причиной этой долгой разлуки. Невыносима мысль, что мои теперешние усилия могут оказаться тщетными, а мое глупое своеволие и праздность ума – роковыми для тебя. Потому так томителен этот медленный переход. Опасаясь за твою жизнь, подхлестываю коня и тороплю своих спутников, чтобы наконец заручиться согласием принца. Молю небеса, чтобы твой спаситель оказался хоть отчасти достоин тебя и своей миссии. Раздражаюсь на задержки в пути и благословляю их за возможность растянуть минуты, пока еще могу обращаться к тебе, не таясь, звать тебя по имени, вызывая в памяти твои нежные черты, лелеять воспоминания о нашей встрече. Не нахожу слов, чтобы выразить, как страшусь того момента, когда потеряю не только недействительное на земле право нашей любви, но и саму возможность участия в твоей жизни, недостижимая любовь моя".

Он отложил перо и откинулся на тюк соломы, лежавший за его спиной. Излив на бумагу переполнявшие его чувства и мысли, он почувствовал облегчение. Пусть ненадолго, это все же вернуло ему покой, вытеснив тоску разлуки. Мысли и чувства облеченные в слова – это уже не тот неуемный и бестолковый рой, что жужжит в голове, надсадно разрывая душу и не принося плода. Чернила и бумага делают мысли материальными и весомыми – от них не отмахнуться, – как бусины, нанизанные на нитку, они требуют красоты последовательности. Четкость и логичность изложения заставляют двигаться вперед, делать выводы и подниматься на новые ступени познания.

Рядом на соломе заворочался Бенито. Старик, кряхтя, поднялся и присел на корточки у очага.

– Укладывайтесь спасть, господин граф, теперь моя очередь охранять ваш сон, – со свойственной ему скорбной обреченностью проговорил Бенито.
– Спасибо, Бенито, – кивнул ему Шаул.

Убрав ящичек для письма, он завернулся в плащ и улегся на импровизированную кровать на тюках соломы, устроив сумку под головой. Он провалился в воспоминания Элизы, едва прикрыл глаза.

Она снова стояла перед зеркалом, позади нее в комнате суетились фрейлины и служанки. Шаул затаив дыхание, боясь спугнуть милый образ, вглядывался в ее лицо и был так поглощен этим, что не замечал, как взволнована Элиза. Лишь увидев сдвинутые брови и упрямо сжатые губы, он обратил внимание на бурю, поднимающуюся в душе принцессы: королева опять обманула ее! Несмотря на все ее усилия и просьбы, мать осталась глуха к здравому смыслу и продолжала бессмысленную и унизительную слежку за отцом. Даже в ее день рожденья, в безумной суете, что королева заварила не только во дворце, но и во всем замке, она не оставляла своей затеи. Не постеснявшись присутствия дочери, она, не таясь, отослала свою шпионку за отцом. Элиза просто задохнулась от возмущения и, потребовав от матери разговора с глазу на глаз, уже не могла сдержать гнева:

– Вы обещали, ваше величество. Что же стоит ваше слово?
– Что вы позволяете себе, ваше высочество?! – вскипела мать.
– Вы втаптываете наше имя в грязь, – Элиза уже не могла остановиться. – Неужели вы не понимаете, ваши методы неприемлемы?! Если вы не прекратите вашу слежку сейчас же, я сорву ваш праздник! – вдруг, сама не ожидая от себя, разразилась она ультиматумом.
– Ты забываешься, – задохнувшись от возмущения, выпалила королева.
– Воля ваша, – отрезала Элиза. – Или слежка, или праздник.
– Хорошо! – гневно выкрикнула королева и презрительно выговорила ей: – Как ты глупа, Элиза! Ты не сможешь быть полновластной королевой с этим напыщенным чистоплюйством.
– Вызовите вашу фрейлину и запретите ей шпионить, – холодно проговорила Элиза, игнорируя обвинения матери. – Сейчас, при мне.
– Что ты себе позволяешь?! – снова взвилась королева.
– Сейчас, ваше величество, – невозмутимо повторила Элиза.

Королева позвонила в колокольчик, и в комнате тут же появился лакей.

– Пригласи ко мне графиню Кулемброк.

Лакей поклонился и исчез за дверью. В покоях королевы повисло тяжелое молчание.

– Когда ты столкнешься с реальной жизнью, – прервала наконец затянувшуюся паузу королева, устроившись в кресле, – ты поймешь, что жизнь – это не веселая карусель сменяющих друг друга удач. Ты должна научиться действовать жестко и наносить удар, до того, как противник поразит тебя. Это азбука. Ты сейчас злишься на меня, и считаешь, что я мелочна и бесчестна. Но всю свою жизнь я стояла на страже твоих интересов и смогла выиграть, только потому что была готова к удару. Если ты предпочтешь благодушие и безмятежность, ты проиграешь.

Раздался стук, и Элиза не успела ответить хлесткой фразой, которая готова была уже сорваться с языка.

– Ваше величество, – лакей поклонился, – графиню Кулемброк нигде не могут найти.
– Найдите ее сейчас же! – прогремела королева, выливая на слугу накопившееся раздражение.

Дверь закрылась, и она продолжила, сделав Элизе знак рукою молчать:

– Пока я отвечаю за тебя, я не сдамся. Ты можешь угрожать мне и ставить палки в колеса. Проиграешь от этого только ты.
– Вы отмените сейчас слежку, – упрямо проговорила Элиза, не желая, ввязываться в спор, в котором королева несомненно с легкостью доказала бы, что черное – это лишь оттенок белого.
– Твой праздник важнее, – пожала плечами королева. – Свои проблемы я решу сама, когда тебя здесь не будет.
– Что значит: не будет? – опешила Элиза.
– Я надеюсь, что это праздник станет ответом на все мои старания. Но это мой сюрприз тебе ко дню рождения.
– О, мама! – воскликнула пораженная принцесса.

Шаул знал, что Элиза называла королеву матерью, только в самые отчаянные моменты: на этот раз бедняжку устрашила судьба, скроенная по лекалам матери.

– Не надо сюрпризов, – пролепетала она.

– Ты поблагодаришь меня после, – кивнула королева, и в это момент в комнате появилась ее доверенная фрейлина.
– Заходите, графиня, – королева махнула кистью, подзывая ее. – Принцесса настаивает на прекращении нашего дела. Так оставим его. Не будем ссориться в такой прекрасный день. А теперь всем нам пора переодеваться к празднику. Иди, дитя мое, – милостиво улыбнулась она Элизе. – Сегодня все твои желания – закон.

Но покинув покои королевы, Элиза уже не была уверена в своей победе. Уже не в первый раз королева смеялась над ней, ни в грош не ставя данные обещания. Принцесса была полна решимости положить конец слежке. Но говорить она будет не с королевой, а с ее фрейлиной. И сделает это сейчас же.

Камеристка аккуратно сняла с нее высокий воротник.

– Подожди, – остановила принцесса ее руку, потянувшуюся к манжету, и стремительно покинула свои покои, не ничего не объяснив удивлено взиравшим на нее камеристкам.

Отложив таким образом облачение в церемониальное платье, она отправилась на поиски графини. Но не нашла ее ни в свите королевы, ни среди других придворных, она проходила по западной галерее, когда в окне увидела графиню, спешащую с очередным поручением королевы. Что понадобилось ей сегодня за пределами дворца? Элиза не намерена была отступать. Легко сбежав со ступенек, она пересекла сад, выбравшись в узкий проулок за конюшней и хозяйственными постройками, и потеряла графиню из виду. Но не беда – пройти здесь можно было только одним путем. Нырнув в небольшую калитку, она оказалась на узкой зажатой высокими каменными стенами улочке. Вверх она вела к воротам дворца, туда графиня не могла пойти, значит – вниз. Элиза поспешила за ней к кузнице, но и там не нагнала графиню – она затерялась в разношерстной толпе, наполнявшей замок перед праздником. Забравшись на небольшой горбатый мосток, перекинутый через ручей, Элиза с его высоты пыталась увидеть графиню в сутолоке площади. Ей повезло: скоро она заметила мелькнувшее богатое платье среди простых нарядов. Графиня была далеко – не окликнешь, опасливо оглянувшись, фрейлина нырнула в увитую вьющимся розовым кустом калитку в небольшом переулке. Принцесса поспешила за ней.

Она спустилась к моста к площади, где закружившая ее многоголосная шумная толпа уже начала праздновать совершеннолетие принцессы. Элиза растерялась, потеряла направление и, влекомая толпой, плутала, пока ее не вытолкнули в тенистый переулок, где она увидела уже знакомую калитку. Элиза толкнула ее и оказалась в тихом садике у крепостной стены. Графини видно не было, и принцесса, пройдя через сад по тропинке, тронула железное кольцо на невысокой деревянной двери, ведущей в башню. Дверь, скрипнув, приоткрылась, и Элиза заглянула внутрь. Из сумрака небольшой прихожей раздался женский голос: "Это ты, Марта? Входи же!"

Принцесса вошла, повинуясь приглашению, данному совсем другой особе. "Кто эта женщина?" – мысль вязла в тягучем подозрении: неужели и отец обманул ее?

– Ну где же ты? – услышала она снова нетерпеливый женский голос.

Он раздавался сверху. Безвольно повинуясь неотвратимой силе любопытства, Элиза поднялась по лестнице на небольшую площадку. Из открытой двери лился солнечный свет, она вошла в комнату. На стуле с высокой спинкой очень прямо сидела совершенно седая женщина. Молодой голос, который она только что слышала, совсем не вязался с благородными, но постаревшими чертами незнакомки.

– Кто здесь? – спросила она с тревогой, уставившись широко раскрытыми глазами на Элизу.

"Она не знает меня. Или не видит", – догадалась Элиза, заметив как женщина, пытаясь подняться, протянула вперед руку.

– Кто здесь? Где вы? – испуганно переспросила она, и принцесса уверилась в своей догадке.
– Простите, я, верно, обозналась, – извинилась Элиза. – Мне показалось, что к вам заходила графиня Кулемброк, я ищу ее.
– Графиня? – чуть нахмурилась женщина. – Может быть, она и графиня. Заносчивая особа с резким высоким голосом?
– Так она была здесь?

Элизе не доводилось сталкиваться с заносчивостью фрейлины, но тембр ее голоса, даже смягченный лестью, был неприятен.

– Была, а как же! – горестно кивнула женщина, и потянулась рукой к странному устройству, стоявшему перед ней.

На невысоком, длинном, словно скамья, столике на резных ножках, слева от женщины было установлено большое колесо. Она положила руку на его обод, и колесо, легко поддавшись, завертелось, смешивая спицы в единый круг. Справа от женщины на высокой палке была надета мягкая шапка волокна, под ней крутилась на острых рогульках, благодаря колесу, катушка. Женщина тянула волокно и, скручивая его пальцами, наматывала на катушку.

"Что это?" – заинтересовалась никогда не встречавшая ничего подобного принцесса. Она считала себя большим знатоком в рукоделии, но подобного устройства ей никогда не приходилось видеть.

"Элиза! Прялка! – сжалось сердце Шаула. – Уходи, уходи оттуда!" – мысленно заклинал он любимую, зная, на что она обречена.

– Что она хотела от вас? – обратилась к старушке Элиза, сделав шаг навстречу заинтересовавшему ее устройству.
– Прогнать меня, – вздохнула женщина.
– Прогнать?! – удивилась Элиза.
– Королева не хочет, чтобы я жила в замке, – сокрушенно покачала головой слепая.
– Быть не может! Я уверена, здесь какая-то путаница. Я поговорю с королем…
– Нет, нет! Не надо, – перебив принцессу, вскликнула та. – Мой бедный мальчик, он так измучен!
– Ваш мальчик?! – опешила Элиза.
– Мой мальчик, – с нежной улыбкой проговорила женщина. – Я держала его на руках, когда он был вот такой крохой, – она оторвала руки от вертевшегося колеса и нити и показала размеры ребенка.

Все стало понятно: болезненная ревность королевы приняла кормилицу за любовницу! Отец всегда с нежностью говорил об этой женщине. Почему же Элиза была уверена, что та давно умерла?

Женщина вернулась к своему занятию. И снова с мягким шорохом завертелись колесо и катушка. Элиза подошла еще ближе, рассматривая устройство. – "Элиза! Нет!" – Провела рукой по гладкой отполированной поверхности дерева. Поднесла руку к снующей из стороны в сторону, наматывающейся на веретено, нити и… Она не успела почувствовать укола, когда нестерпимая тяжесть накрыла ее, увлекая в темную бездну…

Шаул вскочил, ошарашено оглядываясь вокруг. В дрожащем красноватом свете огня он увидел небольшую каморку пастушьего домика.

– Привиделось что ль чего? – заботливо привстал к нему Бенито. – Повернись на другой бок и спи, рано еще.



Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38032
ссылка на сообщение  Отправлено: 12.02.15 22:37. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Ага, вот и веретено появилось. И уже не любопытство до добра не довело, а желание избавить отца от последствий ревности матери. И все в итоге сложилось самой судьбой.

Из тапков:
 цитата:
сменила каменистая порода, с редкой растительностью, пучками ощетинившейся в складках ущелий и каменных развалов. Белая сетка ледников, словно сеть кровеносных сосудов(,) покрывающее серую бугристую кожу каменных исполинов становилась все гуще и спускалась все ниже к перевалу.

Одна запятая лишняя, другой не хватает, ну и сеть, покрывающая (...)
 цитата:
С одной стороны тропы склон горы, покрытый низким кустарником, поднимался, с другой

А если чуть изменить порядок слов: С одной стороны тропы понимался (вверх) склон горы, покрытый (...), с другой - (...)
 цитата:
Бенито передвигался на маленьком ослике впереди,

Передвигался, кмк, не очень подходит, м.быть - ехал -?
 цитата:
шли в разрез с его собственным решением

Слитно.
 цитата:
Плату, которую он запросил за свои услуги, не была чрезвычайной.

Опечатка: плата, которую он запросил (...)
 цитата:
предусмотрено и для переправы(,) и для ночевок.

Не хватает запятой.
 цитата:
Продвигаясь по узкой горной тропе, он, казалось, составлял со своим осликом одно целое, так слажено и легко двигались они, словно ехали по широкой прямой дороге.

Не поняла смысл этой фразы, если честно. Хороший всадник всегда составляет с лошадью (в даном случае - с ослом) одно целое, вне зависимости от качества дороги.

 цитата:
на ночлег в низеньком, словно прилепившимся, к горному склону домике

Лишняя запятая.
 цитата:
спать на узкую(,) устланную соломой антресоль под самым потолком.

Не хватает запятой.
 цитата:
И(,) чтобы не заснуть, принялся за свои дневниковые записи.

Пропущена запятая.
 цитата:
Мысли и чувства(,) облеченные в слова(,) – это

Кмк, оборот надо выделить запятыми.
 цитата:
и наносить удар, до того, как

Лишняя запятая.
 цитата:
я стояла на страже твоих интересов и смогла выиграть, только потому(,) что была готова

Одна запятая лишняя, другой не хватает.
 цитата:
– Привиделось(,) что ль(,) чего?

Запятых не хватает.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1686
ссылка на сообщение  Отправлено: 14.02.15 15:03. Заголовок: apropos http://jpe...


apropos

Спасибо, дорогая.

apropos пишет:

 цитата:
И уже не любопытство до добра не довело

Без любопытства тоже не обошлось

apropos пишет:

 цитата:
Хороший всадник всегда составляет с лошадью (в данном случае - с ослом) одно целое

Именно это я и пыталась сказать Но, если у знающего человека, фраза вызывает вопросы, в печь ее.


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30639
ссылка на сообщение  Отправлено: 15.02.15 19:12. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Юлия пишет:

 цитата:
– А если наше дело и есть жизнь? – увлекшись полемикой, возразил Сони.


Сони - философ!

apropos пишет:

 цитата:
И уже не любопытство до добра не довело, а желание избавить отца от последствий ревности матери.


Чуток любопытства тоже нельзя сбрасывать со счета. Но веретено да, явилось!

Тапочки.

Юлия пишет:

 цитата:
не чувствовал напряжение твоей мысли, биения твоего сердца,


Вот здесь не знаю, или напряжения и биения или напряжение и биение.

Юлия пишет:

 цитата:
упрямо проговорила Элиза, не желая, ввязываться в спор


Лишняя зпт

Юлия пишет:

 цитата:
Шаул знал, что Элиза называла королеву матерью, только в самые отчаянные моменты


Лишняя зпт

Юлия пишет:

 цитата:
Но покинув покои королевы, Элиза уже не была уверена в своей победе. Уже не в первый раз королева смеялась над ней, ни в грош не ставя данные обещания.


Мне кажется, одно "уже" можно убрать.

Юлия пишет:

 цитата:
– Подожди, – остановила принцесса ее руку, потянувшуюся к манжету, и стремительно покинула свои покои, не ничего не объяснив удивлено взиравшим на нее камеристкам.



– Подожди, – остановила принцесса ее руку, потянувшуюся к манжету, и стремительно покинула покои, ничего не объяснив удивленно взиравшим на нее камеристкам.

Юлия пишет:

 цитата:
Но не нашла ее ни в свите королевы, ни среди других придворных, она проходила по западной галерее, когда в окне увидела графиню, спешащую с очередным поручением королевы.


Юлия пишет:

 цитата:
Но не беда – пройти здесь можно было только одним путем. Нырнув в небольшую калитку, она оказалась на узкой зажатой высокими каменными стенами улочке. Вверх она вела к воротам дворца, туда графиня не могла пойти, значит – вниз. Элиза поспешила за ней к кузнице, но и там не нагнала графиню – она затерялась в разношерстной толпе, наполнявшей замок перед праздником.


Юлия пишет:

 цитата:
Забравшись на небольшой горбатый мосток, перекинутый через ручей, Элиза с его высоты пыталась увидеть графиню в сутолоке площади. Ей повезло: скоро она заметила мелькнувшее богатое платье среди простых нарядов. Графиня была далеко – не окликнешь, опасливо оглянувшись, фрейлина нырнула в увитую вьющимся розовым кустом калитку в небольшом переулке. Принцесса поспешила за ней.


Немножко запутанная погоня, нет? Осмелюсь предложить сделать ее как-то точнее.

Юлия пишет:

 цитата:
"Элиза! Прялка! – сжалось сердце Шаула. – Уходи, уходи оттуда!" – мысленно заклинал он любимую, зная, на что она обречена.


Вот еще подумалось, что у Шаула это очень эмоциональное общение с Элизой, и, кажется, что в начала отрывка это стоит как-то сильнее подчеркнуть.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1687
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.02.15 18:32. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга

Спасибо, дорогая.

Хелга пишет:

 цитата:
Немножко запутанная погоня


Ох уж эти погони. Никак у меня не выходит каменный цветок

Хелга пишет:

 цитата:
сделать ее как-то точнее

Ты имеешь в виду топографически? Чтобы читателю стал более очевиден плана замка, по которому мечется Элиза?


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1688
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.02.15 18:44. Заголовок: *** Только что стоя..


***

Только что стоявшее в зените солнце неожиданно слетело со своего насеста, растянув похолодевшие аметистовые тени. Белесые выцветшие горы засветились золотистой охрой, постепенно наливаясь багрянцем, и под конец облеклись в строгий молитвенный турмалин с глубокими вайдовыми складками теней. Нежный перламутр неба играл цветами, переливался оттенками, густел, являя стремительную перемену превращений. Но вот солнце свалилось за горизонт и, словно разлитые чернила, пустыню затопила холодная синева. На бархатное иссиня-черное небо с прорехами мерцающих звезд выкатилась полная белая луна. Посеребрив обращенные к ней склоны, она превратила их в величественные дворцы, выточенные ветром валуны – в изысканные скульптуры из драгоценного мрамора или в искрящиеся алмазными каплями фонтаны, россыпи камней на равнинах – таинственные блики на водах дышаших свежестью каналов. Пустынный мир преобразился в убранный к празднику великолепный город. Тишина безмолвного пространства наполнилась звоном небесных сфер.

Траум остановился. Он понял: это последняя остановка на их пути. Завтра утром с восходом солнца они предстанут перед Высшим Судией.

– Мы прибыли в наш город, Селина. Ты слышишь праздничные фанфары? Нас привествуют, – залюбовался он раскинувшейся перед ними величественной красотой.

Они забрались на вершину скалы, плоская площадка которой с округлыми изгибами складок и выступов походила на широкое роскошное ложе со множеством подушек. Нагретые солнцем камни отдавали накопленное тепло, а легкий ветерок нес прохладу и умиротворение.

– Располагайся, любимая, – улыбнулся он, укладывая Селину на каменную кровать. – Наше с тобой брачное ложе.

Он скинул обветшавшую прохудившуюся робу – его покаянный путь закончен, – подставив разгоряченное тело прохладе ночного ветра.

– Посмотри, милая, какая дивная краса. Небеса поют нам песнь любви. Весь сотворенный мир лежит у наших ног. На одну ночь.

Селина слабо улыбалась – у нее совсем не осталось сил, но он знал, что она легко угадывает его чувства. Он благодарил за каждое мгновение, что Провидение отвело им – некогда могучему служебному духу и женщине, увидевшей в нем больше, чем он был, и заставившей его стать сложнее, чем он был задуман.

Расправив плащ, он устроился рядом и подложил под ее головку свое плечо. Селина прижалась к нему, положив прохладную ладонь на грудь. Бескрайний купол звездного неба над ними был таким ясным и глубоким, словно только что сотворенный, а они подобно первым обитателям были одни в торжествующем свое рождение мире на самой его вершине.

– Я счастлива, – выдохнула Селина ему в шею.

Он взял ее маленькую ручку в свою, нежно поглаживая пальцами, поднес к губам и поцеловал.

– Пообещай мне, Селина, запомнить эту ночь. Пообещай. Тогда на твоей памяти останется узелок, как люди завязывают на платках. И я буду с тобой, пока ты помнишь.

Он повернулся к ней и, обняв обеими руками, притянул к себе. По коже пробежала волна блаженства.

– Обещаю тебе, мы будем вместе, – выдохнула Селина и, найдя его губы своими, поцеловала.

Рассвет застал их спящими. Первый солнечный луч, выглянувший из-за горной гряды, плеснул светом в лицо. Траум открыл глаза и тут же зажмурился, не вытерпев ослепительного света. Время пришло – он понял это сразу и однозначно. Приподнявшись на локте, Траум поцеловал Селину. Она была смертельно бледна, но жива – на своих губах он уловил ее дыхание, а под рукой угадывалось слабое биение сердца. Они успели. Теперь высшая воля решит их судьбу. Траум осторожно снял голову Селины со своего плеча и поднялся во весь рост, заслонив ее от обжигающих лучей.

Солнце – огромный сияющий шар – медленно, но неотвратимо выкатывалось, заполняя собой весь мир. Яркий, пронзительный свет разливался, затопляя и небо, и землю. Свет поглотил пройденную ими горную долину, лежащую у подножия горы, на которую они забрались, саму гору, поднялся к каменному ложу. Сделав шаг навстречу, Траум склонился в почтительном поклоне:

– Fac, Domine, de morte transire ad vitam*.

Его слова и он сам канули в ослепительном свете.


* Позволь, Господи, от смерти перейти к жизни



Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30641
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.02.15 21:18. Заголовок: Юлия пишет: Его сло..


Юлия пишет:

 цитата:
Его слова и он сам канули в ослепительном свете.


Ох... что будет? Очень красиво, чувственно и паряще написано.

Юлия пишет:

 цитата:
Ты имеешь в виду топографически? Чтобы читателю стал более очевиден плана замка, по которому мечется Элиза?


Наверно, да. Всегда непросто описать движение в определенном пространстве. Но это субъективно, конечно.



Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1689
ссылка на сообщение  Отправлено: 22.02.15 18:34. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга

Хелга пишет:

 цитата:
Ох... что будет?

Что-то будет...



Изменила описание погони. Да все думаю: не запутала ли еще больше?

"Отложив таким образом облачение в церемониальное платье, она отправилась на поиски графини. Сердце Шаула стиснуло предчувствие надвигающейся беды. Элиза не нашла Кулемброк ни в свите королевы, ни среди других придворных. Она проходила по западной галерее, когда в окно увидела графиню, покидающую дворец. Что могло понадобиться той – или все же королеве – сегодня за пределами дворца? Элиза не намерена была отступать. Проследив глазами за фрейлиной, она поспешила за ней. Графиня не последовала к главным воротам, а, свернув к дворцовому саду, пропала за хозяйственными постройками. Легко сбежав со ступенек, Элиза быстро пересекла сад, выбравшись в узкий проулок за конюшней, но графини там не увидела.

- Здесь появлялась графиня Куленброк? – спросила она выскочившего ей навстречу мальчишку-конюха. – Она брала карету или, может быть, велела оседлать лошадь?
- Не-а, - покачал он головой.
- Куда она направилась?
- Туда, - махнул он в сторону боковой калитки конюшенного двора.

Элиза вышла за калитку и оказалась на узкой, зажатой высокими каменными стенами улочке. Графине и здесь не оказалось. Но догадаться о ее дальнейшем маршруте было несложно: вверх улица поднималась обратно к сторожке садовника на окраине дворцового сада – не стоило делать крюк к конюшне, чтобы попасть туда из дворца, значит, графиня отправилась вниз. Элиза последовала за ней, свернув направо к кузнице, и столкнулась с внучкой садовника.

- Мина, ты видела графиню Куленброк? – остановила она ее.
- О да, - присела та в почтительном поклоне, - мы столкнулись с ней на мостике у мельницы, она поспешила на площадь, а я сюда. Дедушка просил помочь со срезанными цветами.
- Спасибо, милая, - улыбнулась Элиза и поспешила в указанном девочкой направлении.

Не доходя до кузнецы, она свернула к каменным казармам. От них через площадь с колодцем к мосту через внутренний ров. За рвом от башен свернула вдоль стены к мельнице. Мельница осталась справа, а она направилась к горбатому каменному мостику, перекинутому через ручей. Площадь заполняла разношерстная праздничная толпа. С высоты мостика Элиза попыталась отыскать среди этого многолюдья графиню. Ей показалось, или это действительно мелькнуло богатое платье графини среди простых нарядов? Фрейлина нырнула в увитую вьющимся розовым кустом калитку в небольшом переулке. Принцесса поспешила за ней.

Но едва она оказалась на площади, ее закружила ее многоголосная толпа. Увлеченная шумным праздничным весельем, Элиза потеряла направление. Ей казалось, что она сделала не один круг по площади пока наконец не выскочила в тенистый переулок, где увидела уже знакомую калитку с вьющимися розами. Элиза толкнула ее и оказалась в тихом садике у крепостной стены. Графини видно не было, и принцесса, пройдя через сад по тропинке, тронула железное кольцо на невысокой деревянной двери, ведущей в башню. Дверь, скрипнув, приоткрылась, и Элиза заглянула внутрь. Из сумрака небольшой прихожей раздался женский голос: "Это ты, Марта? Входи же!"


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1690
ссылка на сообщение  Отправлено: 22.02.15 18:50. Заголовок: *** Элиза оглядела ..


***

Элиза оглядела свое творение – проход от ее убежища к воспоминаниям Шаула. Она все здесь устроила по своему вкусу – песчаные садовые дорожки, тенистые аллеи, горбатые мостики, живописные горные тропы, усыпанные душистой хвоей и аппетитно хрустящими под ногами шишками просеки. Приступая к работе, Элиза и не подозревала, какой это кропотливый труд. Она столкнулась со множеством препятствий и трудностей – ничего удивительного, она ничего не знала о закономерностях и правилах существования этого мира. Постепенно она научилась прислушиваться к нему, чувствовать его ритм, улавливать направление движения и интуитивно угадывать возможности. Это было нелегко, но увлекательно. Она с упоением окунулась в эту деятельность и была вполне довольна результатами.
На строительство у нее ушло не мало времени, она поняла это не по часам – время в царстве снов двигалось совсем иначе и, как догадывалась Элиза, даже не по прямой. Она лишь однажды отвлеклась от своего дела: внезапная навалившаяся тоска обессилила ее и потушила вдохновение. Элиза потерянно застыла, а через миг уже была воспоминаниях Шаула. Она застала его совсем измученным и разуверившимся. Он давно не видел ее воспоминаний.

– Милый мой, – шептала Элиза и лила горькие слезы над письмом, что в отчаянии написал ей возлюбленный. Как трогательно, как нежно и самоотверженно он любил ее! – Недостижимая любовь моя, – прочитала последние слова Элиза, и залилась слезами пуще прежнего.

И теперь, когда она закончила свое строительство, оглядев его придирчивым взглядом создателя, Элиза отправилась по нему в воспоминания Шаула. Она нашла путешественников в придорожном трактире у южного подножия перевала.

Перевал. Силы небесные! Она и не представляла, каким опасностям подвергается Шаул и его спутники. Поначалу все было не так страшно, если конечно не считать переправы по веревочному мосту через глубокое ущелье. У Элизы оборвалось сердце, когда под ногой лошади, которую Шаул вел под уздцы, треснула одна из дощатых перекладин. Животное испуганно дернулась, раскачав хлипкий мост. Если бы не выдержка Шаула, сумевшего удержаться и успокоить лошадь, он мог быть уже на дне ущелья. Слава небесам – все обошлось. Путники поднимались по тропе все выше. Их окутывал серый густой туман, мороча и скрывая узкие тропы. Но надежный проводник со своим маленьким мудрым осликом умело угадывали дорогу и скоро вывели путешественников из мглистого облака. Туман остался внизу, словно сказочное молочное море, а они поднялись к леднику.

Элиза залюбовалась изумительной красоты картиной – в нежно лазоревое с позолотой небо врезались белоснежные пики гор, отбрасывающие пронзительно-синие тени. Эта красота до боли слепила глаза. Идти по леднику было опасно и трудно. Специальные приспособления с шипами, наподобие зимних лошадиных подков, надетые на сапоги, помогали передвигаться по скользкому льду. Но оказалось, что это еще не все: скрытые под тонким слоем льда и снега трещины, лавины, внезапно обрушивающиеся с солнечной стороны отрогов, коварные снежные карнизы – все это предстояло преодолеть и не погибнуть.

Элиза любовалась изящной грацией Бруно, с которой он преодолевал все препятствия. Покинув сумку, и облегчив тем самым участь лошади Шаула, Бруно легко взбирался по леднику, не нуждаясь в помощи проводника. Чего нельзя было сказать об остальных. Обманчивая красота горной тропы, требовала не только физических сил и сноровки, но и опыта. Проводник то и дело бранил и подгонял их, пугая снежной бурей. Голубизна неба в подтверждение слов опытного проводника быстро сворачивалось свитком, являя свою сумрачную сторону. Путники достигли середины перевала, когда налетела обещанная буря. Ворчливый старичок-проводник не зря горько сетовал и сердился, поторапливая их: они успели добраться до пещеры, где смогли укрыться от непогоды не только люди, но и животные. А буря бушевала несколько дней. Запасы еды уменьшались, несмотря на урезанные порции. И никто не знал, когда закончиться снежный буран. Закутанные в меховые плащи и платки, они изнывали от холода, даже чернила в чернильнице Шаула замерзли. Элиза чувствовала тоску и страх Шаула. Обняв закоченевшего Сони, он молился о спасении, или хотя бы о встрече с любимой. Провидение выбрало первое. Через три дня буря стала стихать, а на четвертый, перебравшись через перевал, они смогли спуститься к небольшому высокогорному селению.

Уставшие, замерзшие и голодные они вошли в придорожный трактир. У открытой двери клубился теплый воздух, пьяня аппетитными ароматами. Попав из холодной темноты в уютное тепло, они совсем сомлели. Постояльцев в эту пору было немного – только несколько застрявших здесь путников, не решившихся преодолевать перевал в это время года, – и им быстро удалось получить комнаты, устроить лошадей и насладиться горячим ужином.

– Вот когда начинаешь по настоящему ценить простые радости – тепло, сытную еду, мягкую постель, – разглагольствовал Бруно, когда они с Шаулом укладывались спать.
– Неужели у тебя есть силы еще на подобные излияния? – зевая, удивился тот, устало откинувшись на подушки.
– Мыслительный процесс, мой друг, прекращается в разумном существе только вместе со смертью, и то не телесной, насколько я понимаю.
– Чтобы не оказаться во власти телесной, я, пожалуй, засну, – заплетающимся голосом проговорил Шаул и провалился в сон.

Ночью деревушку накрыла снежная буря, такая же, как застала их на перевале. Снегом завалены были все дороги, и Шаул с Сони оказались запертыми в трактире. Элизу нисколько не огорчила задержка: им всем – и людям и животным – были необходимы хотя бы несколько дней отдыха, чтобы восстановить силы. Переход утомил их сверх меры, а хрупкий Сони и вовсе превратился в собственную тень. Элиза вполне разделяла опасения Шаула, что мальчик может заболеть от тяжелой дороги.

Шаул коротал дни за своими дневниковыми записями и письмами к Элизе. После того, как он увидел ее последний день перед столетним сном, он был сильно встревожен. Увиденное казалось ему указанием на возможную беду, которая в скором времени могла произойти с ней. Он томился неизвестностью и собственными страхами, проклинал зарядившую непогоду, боясь исполнения проклятия. И единственное, что приносило ему утешение это письма к Элизе. Как жаль, что он не знал, что все они доходят до адресата. И как жестоко, что она не могла ответить ему ни единым словом.

В то время как Шаул проводил дни наверху в своей комнате, Сони болтался внизу. Он был общительным и веселым пареньком. И постояльцы, и местные завсегдатаи любили поболтать с ним и покидать кости. В такую погоду ни у деревенских, ни у немногих постояльцев не было большого разнообразия в развлечениях, поэтому на игру собиралось довольно много народа. Играл Сони отлично – кроме острого ума, хорошей памяти и ловких рук, у мальчика было прекрасное чутье на игроков. Элизе нравилось наблюдать за игрой Сони. Шаул же смотрел на занятия мальчика с неодобрением, увлечение Сони, кроме досады, у него ничего не вызывало. В его родном Бонке игра считалась занятием не только праздным, но и опасным.

"Предрассудки, – возразила пуританским взглядам Шаула, Элиза. – Игра прекрасная тренировка для ума и возможность скоротать время". Правда, она никогда не играла в трактирах, и манера общения игроков между собой ее изрядно смущали. Но Сони, казалось, не замечал этого.

В чем Элиза была согласна с Шаулом, так это в его неприязни к двум постояльцам, постоянным участникам игры, – один огненно-рыжий, а другой черный, как смоль. Взгляды у обоих были одинаковыми – настороженные и в то же время нахальные. Держались оба дружелюбно и по очереди угощали сидящих за столом выпивкой. Одеты они были хорошо, даже щегольски, но судя по речи, они не принадлежали ни к благородному – "Совершенно исключено!" – ни к ученому сословиям. На купцов они и вовсе не походили, не были и наемниками. Шаул чувствовал в них угрозу и, спускаясь из своей комнаты, никогда не забывал надевать меч. "Ты великолепно выглядишь", – любовалась им Элиза. А Шаул хоть и досадовал на неудобства, но не раз замечал, что само наличие оружия подчас останавливает разгоряченных спорщиков и забияк.

Шаул кинул неодобрительный взгляд на сидящего за игровым столом Сони и обратился к Бенито:

– Теперь вам придется провести здесь всю зиму, – и добавил спасшему их от смерти старику сверх оплаты еще несколько монет.
– Спасибо, добрый господин, – по-крестьянски в пояс поклонился Бенито. – Да вот бури улягутся, и через месяц-другой, можно будет ворочаться. Да, поди, найдется хоть один сорви-голова, ваш с господином Сони подобник.
– Как Бенито?! Ты отправишься зимой через перевал? – не мог поверить своим ушам Шаул. – Ты всю дорогу отговаривал нас от нашего решения, а теперь ждешь еще более отчаянных людей? Почему ты не запросил более высокую цену, чтобы спокойно перезимовать тут?
– Денег на зимовку мне хватает. Но мое дело – переход. Если погода дозволяет, я должен исполнять. Вам-то тоже не сидится на месте.

Шаул открыл было рот, чтобы возразить, но его отвлекли громкие крики за игровым столом. Он обернулся и увидел, как чернявый постоялец, выхватив кинжал, бросился через стол к Сони. Мальчик ловко отскочил, и Шаул, едва успев подскочить, выбил из рук не ожидающего нападения игрока кинжал и прижал того к стене – его длинный рейтшверт уткнулся в шею нападавшего.

– Дьявол! – прохрипел тот, боясь пошевелиться – одно движение и без всяких усилий сталь сама войдет в мягкие ткани под нижней скулой.

"О, Шаул!" – выдохнула Элиза, обмерев от внезапности и опасности стычки.

– Прошу прощения, господа, – обратился Шаул к оторопевшим и притихшим игрокам. – Но это мальчик под моей защитой.
– Ваш малец – шулер, – прохрипел нападавший.
– Вранье, – упрямо возразил Сони и, в мгновения ока оказавшись рядом, вытащил из-за манжеты боявшегося шелохнуться обидчика два костяных кубика с закругленными углами.

"Дерзкий мальчишка доведет Шаула до беды!" Элиза чувствовала, как от страха набатом в висках пульсирует кровь.

– Он подменил кости, – мальчик протянул раскрытую ладонь остальным игрокам. И тут Рыжий чуть заметным движением двинулся в сторону, быстро подхватил упавший кинжал и подскочи к Сони.
– Брось! – прозвучал приказ, и боковым взглядом Элиза увидела, как острие короткого одноручного меча коснулось левой стороны спины рыжего шулера, тот послушно отпустил руку и бросил нож.

Сидевший за соседним столом господин и некоторое время безучастно наблюдавший за развитием событий, пришел на выручку вовремя. Если бы негодяй схватил Сони, Шаулу бы оказался в весьма затруднительном положении. Незнакомец коротким кивком приветствовал Шаула.

– Игра закончена, господа, – проговорил Шаул, ответив на приветствие. – Выигрыши аннулируются.

Оставшихся за столом игроки – похожий на купца постоялец и двое местных крестьян – стали быстро разбирать проигранные монеты, стоявшие стопочками около каждого из шулеров.

– Никто не в обиде, господа? – спросил шулеров Шаул.
– Не в обиде, – прохрипел за обоих рыжий.

Шаул и незнакомец вложили мечи в ножны. Злобные взгляды, брошенные им вслед, заставили Элизу порадоваться, что завтра с рассветом они покинут это место.

– Благодарю вас, – протянул руку Шаул незнакомцу.
– Я рад быть вам полезным, – проговорил незнакомец, отвечая рукопожатием и, вглядываясь в лицо Шаула, спросил: – Вы не узнаете меня, господин барон?
– Боюсь, вы обознались, – удивленно протянул тот.
– Перед вами граф Клаверден, – влез Сони.
– Прошу простить великодушно, обознался. Сентре, негоциант, к вашим услугам, господин граф, – поклонился он и, покачав головой, продолжил: – Я был уверен, что вы это он – тот же рост, фигура, цвет волос, а голос! Но сейчас я вижу: черты лица другие, – он кивнул, – и вы моложе. И все же – очень, очень похожи! Может быть, вы родственники? Барон Маллой?
– Не имею чести быть знакомым с бароном, и, уверен, мы не состоим в родстве, – пожал плечами Шаул.
– Признаюсь, если бы ни спутал вас, вряд ли ввязался, – в голосе Сентре почувствовалось напряжение, – стараюсь избегать неприятностей по мере возможности. Но господин барон спас мне жизнь и состояние. Я в большом долгу у него.

Они устроились за одним из столов, хозяин услужливо поднес пива, и Сентре рассказал о том, что ему обязательно до весны надо переправиться через перевал. "Прав был Бенито: вот и первая отчаянная голова", – усмехнулась вместе с Шаулом Элиза.

– Если вы решитесь на столь опасное предприятие, лучше Бенито вам не найти проводника, – заверил Шаул Сентре. – Он немного ворчливый, но дело свое знает прекрасно.


– Интересно, что это за барон такой? – любопытствовал Сони, когда они поднялись к себе в комнаты.
– Да мало ли, – пожал плечом Шаул.
– Но он же похож на тебя, как две капли воды, – возразил мальчик.
– Не преувеличивай.
– Барон Маллой… Интересно было бы на него взглянуть, – пробормотал мальчик и, обернувшись к Шаулу, попросил: – Пойдем к тебе, я хочу рассказать кое-что.

Мальчик, не дожидаясь приглашения, вошел в комнату и, плюхнувшись на кровать, стал ласкать Бруно. Кот мягко заурчал.

– Ты видел, Бруно, как великолепен был Шаул в стычке с двумя шулерами?
– Помолчи, – отчитал его Шаул. – Знал же ведь, что эти два прохвоста опасны. Зачем связывался с ними?!
– Дело совсем не во мне, – огрызнулся мальчишка. – Меня такими трюками не проведешь. Но старичье жалко. Особенно купца. Они же его выпотрошат – нечего делать. Он тут застрял из-за непогоды, а там у него жена, дети, он мне рассказывал… А ты рыцарь, – пожал плечами Сони.
– Прекрати! Если бы не Сентре, неизвестно чем все кончилось.
– Не прибедняйся. Ты бы себя видел! Будь я принцессой, я б влюбилась в тебя с первого взгляда! – подняв бровь, усмехнулся мальчишка, и тут же назидательно добавил: – А кончилось все так, как должно было закончиться. Рыцарь победил негодяев и спас невинных людей. Теперь никто не станет с ними играть. Все будут знать, что у них не только кости фальшивые, но и кинжалы есть.
– С тобой невозможно разговаривать, – с досадой махнул на него рукой Шаул. – Демагог.
– Ерунда, – бросил Сони.

Сони был непростым мальчишкой. И хотя Элиза была согласна – его стило отчитать за опасные игры, – но рассуждения мальчика вовсе не были демагогией. Несмотря ни на что, Элиза склонна была поддержать его. А за слова о влюбившейся принцессе – так и вовсе расцеловать. Сама Элиза не могла рассказать ему о своей любви, так пусть хоть Сони сделает это за нее. А Шаул был, действительно, великолепен.

– Сони, в чем-то прав, Шаул, – вступил в разговор молчавший до селе Бруно. – Рыцарство тебя обязывает, и надо отметить, ты справился. И если уж говорить о женских сердцах, то здесь мальчик тоже прав. Но я сейчас не о том. Тебе следует привыкать. Рыцарство – вещь весьма неудобная в дороге, но тебе никуда не деться от него. Коль скоро так случилось, значит, и рыцарство – часть твоей миссии. Привыкай, мыслить и действовать в соответствии со своим званием.

– Что ты хотел мне сказать, – игнорируя речь мудрого Бруно, Шаул строго обратился к Сони.

Элиза чувствовала: не то чтобы Шаул был не согласен с котом, но его раздражало, что тот всегда берет сторону Сони, хотя мальчишку надо было отчитать.

– Эти жулики только что пришли из какого-то портового города в Аустеррии. Они сказали, что султан разбил королевский флот. А купец говорит, что хоть о потери флота ему ничего неизвестно, но в трактирах он часто страдал от шумных задир-наемников. Рассказал, что встретил в столице своего земляка, он был мастеровым, да разорился, и сейчас подвизается вастадором.

Это были плохие новости. Даже если, сведения шулеров неточны или ошибочны, то встреча купца с вастадором, чей удел рыть подкопы, подрывать и строить укрепления, говорил о том, что правитель Аустеррии набирает сухопутную армию. Война не входила в планы Шаула – никакой принц не отправиться спасать принцессу накануне войны.

– Проклятье, – выругался Шаул.

Искать принца в воющей стране было бессмысленно, а находиться в ней опасно. А они потратили столько сил и время, чтобы добраться сюда! Географически Аустеррия представляла собой весьма узкий вытянутый полуостров, отделенный от материка горной цепью, которую они только что пересекли.

– Пока закрыт перевал, покинуть Аустеррию мы сможем только морским путем, – медленно проговорил Шаул. – Но если флот принца разбит, и на море владычествует султан, наши шансы добраться живыми, не попав при этом в рабство, невелики.
– Перспектива не из радужных, – вздохнул Бруно.

Среди немногих вещей, которые Шаул приобрел в пути, был прекрасный атлас, содержащий подробные карты. Сони достал его и уселся изучать.

– Ты прав, – наконец резюмировал он. – Иначе из Аустеррии не выбраться. Так может быть стоит все-таки заглянуть к принцу, мало ли что?

Сони никто не ответил. В комнате воцарилось унылое молчание. Элиза тоже упала духом.

– Сони не так уж и не прав, – наконец заговорил Бруно. – Если с умом разыграть карту: в обмен на поддержку Содружества в войне, он вполне может разбудить принцессу.
– Может быть, он уже воюет. Сомнительно, чтобы военачальник отправился с поля боя заключать политический договор без всяких на то гарантий. А если Содружество откажется?
– А если не воюет? Тогда ему будет весьма выгодно заручиться богатым союзником, к тому же имеющим собственный большой флот и возможность восстановить потерянную флотилию принца, – резонно возразил Бруно.
– Весьма вероятно, – пришлось согласиться Шаулу. – А сможет ли политический интерес в этом случае заменить чистоту помыслов и любовь?
– Их совсем не всегда необходимо противопоставлять. Если бы принцесса Оланда, о которой мне приходилось слышать, как о даме весьма образованной и сведущей в политических проблемах, была бы здесь, она, несомненно, подтвердила бы мою мысль. Да и где ты найдешь принца без политических интересов?

Элиза, если могла, конечно, подтвердила бы слова Бруно. Хотя не испытывала никакой радости от предстоящего союза. И зачем феи так все запутали с этими принцами?!

– Я не уверен, что будет легко разыграть эту политическую карту, – с сомнением произнес Шаул, ему тоже не нравилась эта интрига. – Принцу придется шантажировать Содружество, а он для этого слишком слабый игрок. Чем он может угрожать им? Флотом, которого у него нет? Армией, которую до содружества нужно еще довести? Очень слабая позиция.
– Согласен, позиция не сильна. Но у него козырь – претензии пробудившегося королевского дома, а кроме того хороший дипломат сможет соблазнить твоих купцов подзаработать на выгодных контрактах, став союзниками воюющего принца.
– Вероятно, – без энтузиазма согласился Шаул.

Элиза вернулась к себе расстроенная и утомленная переживаниями, страхами и сомнениями. Единственным утешением было письмо Шаула, которое огорченный и взволнованный юноша написал своей возлюбленной. Она запомнила его слова и повторяла их про себя, словно заклинание, способное отвести от них опасность. И это приносило ей утешение и надежду.

"Элиза, любимая моя! Тоска по тебе острым осколком засела внутри, саднит и терзает всякий раз, как я упираюсь в условие фей. Как я ненавижу его! Оно требует за твое спасение отдать тебя другому. Пытаюсь найти объяснение, чтобы смириться, и не нахожу. Убеждаю себя, что сам обрек себя на это, вмешавшись и нарушив естественный ход вещей. Но не верю.

Я наказан? Но разве может быть такая любовь наказанием?! Нет, Элиза. Нет, любимая, мы не наказаны! Не за преступления или заслуги, но по неисповедимой высшей воле мы обрели ту единственную драгоценную жемчужину, ради которой надо продать все остальное имущество. Не знаю, смогу ли я выдюжить – дар слишком велик. И все же благословляю эту боль и тоску по тебе, любовь моя, ибо они убеждают меня, что я все еще сжимаю в ладони драгоценную жемчужину нашей любви.

Уговаривая Кристиана, я чуть было не пообещал, что перестану любить тебя. Нет, не перестану. Я буду любить тебя еще сильнее, потому что с твоей жизнью и жизнью близких твоих наша встреча там, на границе миров, станет явью и этого мира. Наша любовь с тобой – наша драгоценная жемчужина – станет нашей по праву, потому что мы заплатили за нее все, что у нас было".


Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38033
ссылка на сообщение  Отправлено: 22.02.15 21:01. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Пока по предыдущему фрагменту. Траум настолько хорош, силен и смел , что Провидение не может не отдать ему должное и пойти навстречу. Сцена величественная и красивая, м.быть чуть излишне пафосная, но - с другой стороны - решается не просто их судьба, но сама жизнь. Трепетный момент.
Юлия пишет:
 цитата:
не запутала ли еще больше?

Вот даже не знаю... А если убрать лишние подробности и ориентиры - вроде сторожки садовника на краю парка и т.д. - ? Они - эти подробности - как бы заставляют акцентировать на себе внимание, а из-за того запутывается общая картина.
Ну, как очень грубая схема: выскочила - спросила - побежала в ту сторону, за углом мелькнул подол платья графини - метнулась, уточнила, заметила, застряла в толпе, но выбралась и оказалась у калитки...

Побежала читать продолжение!

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30653
ссылка на сообщение  Отправлено: 22.02.15 21:52. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия
Спасибо за продолжение!

apropos пишет:

 цитата:
Сцена величественная и красивая, м.быть чуть излишне пафосная, но - с другой стороны - решается не просто их судьба, но сама жизнь.



Пафос, мне кажется, очень здесь уместен, момент торжественный и драматичный.

apropos пишет:

 цитата:
А если убрать лишние подробности и ориентиры - вроде сторожки садовника на краю парка и т.д. - ? Они - эти подробности - как бы заставляют акцентировать на себе внимание, а из-за того запутывается общая картина.


Наверное много подробностей, в которых теряется путь, да.



Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38040
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.02.15 23:32. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Интересное совпадение во внешности, что даже перепутали Шаула с неким бароном. Явно не случайное упоминание.

Тапков чет набралось многовато.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30660
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.02.15 23:47. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Радует, что Элиза сумела устроить пути-дорожки к Шаулу. Бедняга Шаул должен решать очередную задачу с очередным принцем. Крепнет и мужает с каждым шагом, но как же все это нелегко.

Тапочки. Прошу прощения, если повторяюсь.


 цитата:
Покинув сумку, и облегчив тем самым участь лошади Шаула, Бруно легко взбирался по леднику, не нуждаясь в помощи проводника.


Оставив сумку и облегчив?


 цитата:
Мальчик ловко отскочил, и Шаул, едва успев подскочить,


Два подскочить.

 цитата:
Сидевший за соседним столом господин и некоторое время безучастно наблюдавший за развитием событий, пришел на выручку вовремя.


Как-то смущает фраза. Может, Сидевший за соседним столом и некоторое время безучастно наблюдавший за развитием событий господин пришел на выручку вовремя?


 цитата:
его стило отчитать за опасные игры


стоило

 цитата:
Привыкай, мыслить и действовать в соответствии со своим званием.


Лишняя зпт

 цитата:
А купец говорит, что хоть о потери флота ему ничего неизвестно,


О потере

 цитата:
Даже если, сведения шулеров


Лишняя зпт?

 цитата:
Война не входила в планы Шаула – никакой принц не отправиться спасать принцессу накануне войны.


Не отправится

 цитата:
станет нашей по праву, потому что мы заплатили за нее все, что у нас было".


Заплатили всем?


 цитата:
Принцу придется шантажировать Содружество, а он для этого слишком слабый игрок. Чем он может угрожать им? Флотом, которого у него нет? Армией, которую до содружества нужно еще довести? Очень слабая позиция.


Не совсем поняла, почему шантажировать? Если предполагается, что принц заключит, как я поняла, договор о военной помощи, то почему через шантаж? Или я что-то упускаю?


Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38041
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.02.15 00:00. Заголовок: Хелга пишет: почему ..


Хелга пишет:
 цитата:
почему через шантаж?

Ну да, непонятно. Принц может отказаться - или, если Содружество не пойдет ему навстречу, потребовать земли Оланда, входящие в приданое принцессы. Но что входит в приданое, тоже неизвестно. Ведь не все королевство - папа-король еще жив (если проснется, конечно). Т.е. это может быть какая-то часть земель, видимо, ну и что-то из движимого имущества. В основном - если королевство оживет - претензии в любом случае будут у папы-короля, чьи земли оказались под властью Содружества, и принц тут никаким боком, в общем.
Торговля с княжеством (королевством) принца сейчас не представляет никаких выгод Содружеству, кроме лишних неприятностей, т.к. их корабли могут оказаться так же беззащитны перед флотом султана, а через перевал слишком сложно перебираться.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30662
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.02.15 00:12. Заголовок: apropos пишет: Прин..


apropos пишет:

 цитата:
Принц может отказаться - или, если Содружество не пойдет ему навстречу, потребовать земли Оланда, входящие в приданое принцессы.



Так ведь еще и неизвестно, что и как будет с теми землями. Да и принц последний так далеко, да еще и за горами - попробуй-как реши территориальные проблемы.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1691
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.02.15 13:09. Заголовок: Хелга ,apropos http..


Хелга ,apropos

Спасибо, дорогие.
Все очень обстоятельно и по делу.

apropos пишет:

 цитата:
выскочила - спросила - побежала в ту сторону, за углом мелькнул подол платья графини - метнулась, уточнила, заметила, застряла в толпе, но выбралась и оказалась у калитки.


Как у тебя славно, а вот у меня никак не выходит. Так я пыталась сделать в первом варианте, но он вышел непонятный. Уточнила географию - вышло слишком громоздко. Беда...

apropos пишет:

 цитата:
Много места, как мне показалось, уделено путешествию через перевал и описанию мошенников.

Мошенников можно сократить. А вот с перевалом затрудняюсь. Не потеряется ли ощущение пути. Конечно, путь как таковой - не самоцель, но без него не будет ли слишком все схематично?

apropos пишет:

 цитата:
зачем-то бросился на мальчика с кинжалом, тем более в присутствии вооруженного Шаула. Если Сони уличил мошенника в шулерстве, то, по идее, с него и должна была начаться ссора.

С ссоры все и началось - крики же и привлекли внимание Шаула. Зачем бросился с ножом? - хотел припугнуть мальца и закончить на этом. А если Шаул только появится в зале к моменту ссоры?

apropos пишет:


 цитата:
Ну и с рыцарством - я выше уже подняла этот вопрос: получается, что Шаул заступился за Сони только потому, что стал рыцарем.


Странно, что ситуация увиделась под таким углом. Вообще-то имелось в виду, что Шаул не просто защищает Сони, а всех играющих. Он, конечно, собирался только спасти Сони, но когда тот разоблачил шулеров, обнаружив кости, ему пришлось принудить их расстаться с выигрышем.
А рыцарство в данном случае состоит в том, чтобы защищать не только себя и своих близких (Сони), но и незнакомцев, попавших в беду. Эту идею озвучивает Сони, и Бруно его поддерживает именно в этом. Шаул недоволен, что Сони нарывается, потому что не чувствует себя уверенным с мечом. А Сони объясняет, что провоцирует конфликт для того, чтобы Шаул выступил рыцарем, защитником всех обиженных. Может быть, это надо уточнить?

apropos пишет:

 цитата:
шаткой предстает интрига с вовлечением Содружества в войну, если честно. Аргументы Бруно выглядят неубедительными


Хелга пишет:

 цитата:
Если предполагается, что принц заключит, как я поняла, договор о военной помощи, то почему через шантаж


apropos пишет:

 цитата:
Торговля с княжеством (королевством) принца сейчас не представляет никаких выгод Содружеству, кроме лишних неприятностей, т.к. их корабли могут оказаться так же беззащитны перед флотом султана


apropos пишет:

 цитата:
Принц может отказаться - или, если Содружество не пойдет ему навстречу, потребовать земли Оланда, входящие в приданое принцессы. Но что входит в приданое, тоже неизвестно. Ведь не все королевство - папа-король еще жив (если проснется, конечно). Т.е. это может быть какая-то часть земель, видимо, ну и что-то из движимого имущества.

Хелга пишет:

 цитата:
Так ведь еще и неизвестно, что и как будет с теми землями. Да и принц последний так далеко, да еще и за горами - попробуй-ка реши территориальные проблемы.


Предполагалось, что доводы и не должны быть весомые, скорее просто шанс - вдруг сыграет?
Они ведь оказались запертыми в этой Аустерии. Что им остается? Искать из нее исход, даже не предложив принцу решить задачу?
Вот они и думают, с чем они могут обратиться к принцу. Бруно говорит не о военной помощи как о таковой, а предоставление кораблей, флота, денежных ссуд - это может быть выгодно Содружеству. Шаул же отвечает, что принцу нечем заинтересовать Содружество. Принцу остается только шантажировать их тем, что разбудит принцессу и устроит им неприятности, поддерживая претензии короля. Но и здесь, говорит Шаул, ему нечем угрожать Содружеству, покуда сам ведет или собирается вести войну: то, что он сможет предоставить королю, например, войско весьма маловероятно. Бруно на это предполагает, что принц может не угрожать, а предложить купцам выгодные контракты. И если купцы захотят подзаработать на войне, они могут согласиться. Не факт что все это сработает. И принц может отказаться, и Содружество его послать. Но что им еще остается делать - лезть обратно через перевал?



Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38042
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.02.15 23:44. Заголовок: Юлия пишет: вот у ме..


Юлия пишет:
 цитата:
вот у меня никак не выходит

Все у тебя выходит, просто выкинь лишние уточнения, чтобы путь принцессы выглядел более четким.
Юлия пишет:
 цитата:
Не потеряется ли ощущение пути.

Не думаю, что потеряется. Ведь буквально несколькими фразами можно описать дорогу через перевал - путь по льду был труден, внезапно настигшая метель заставила их провести несколько дней в пещере, и когда оне - озябшие, голодные и усталые - наконец спустились в долину, то задержались на какое-то время в трактире, дабы отдохнуть.
И все трудности дороги перед глазами, и причина, по которой оне оказались в трактире.
Просто из-за множества подробностей и описаний (на мой взгляд) начинает вязнуть динамика самого повествования. Путь начинает казаться бесконечным, а цель его размывается.
При этом я очень хорошо тебя понимаю, когда много мыслей и образов, и хочется все описать, затронуть, но ради сохранения цельности основного сюжета, как я не раз убеждалась и на собственном опыте, приходится чем-то жертвовать. (Гвоздь в итоге мы сократили на треть, но начало все равно осталось рыхлым, а Водоворот - где-то на четверть, и до сих пор ужасно сожалею, что не успела убрать лишние размышления и всякие сцены-боковушки.)
Юлия пишет:
 цитата:
А если Шаул только появится в зале к моменту ссоры?

Так будет логичнее, думаю. Юлия пишет:
 цитата:
имелось в виду, что Шаул не просто защищает Сони, а всех играющих

Но он того не знает, это выясняется уже постфактум и является не причиной, а следствием, случайным совпадением. И в любом случае, благородство=рыцарство присуще Шаулу само по себе, вне зависимости от того, есть у него рыцарское звание или нет. Если ты на каком-то примере хочешь показать, что внутреннее содержание (душевное благородство), так сказать, совпадает с внешним (титулом), то - как мне кажется - может стоит смоделировать ситуацию не со спасением Сони, а без него, чтобы это не выглядело личным - ? Допустим, какие-то типы пытаются ограбить\обидеть хозяина трактира или (...).
И, если честно, я бы вообще убрала те похвальбы, что Сони высказывает в адрес Шаула. Дела его должны говорить это сами за себя. Ну вот такое мнение.
Юлия пишет:
 цитата:
шантажировать их тем, что разбудит принцессу и устроит им неприятности


А если они согласятся его поддержать, в их интересах не станет будить принцессу?
Ну а если вообще отбросить всю эту политику - и просто поговорить с принцем по-человечески (если он будет к тому располагать, разумеется) - ? Все равно раз уж они перелезли через этот перевал - так стоит рискнуть. А все эти рассуждения о том, как принудить или заинтересовать Содружество... ну выглядят не очень серьезно, на мой взгляд. Выгод никаких, а у Шаула нет никаких полномочий.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30664
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.02.15 23:56. Заголовок: Автор, дорогая, можн..


Автор, дорогая, можно еще пять копеек насчет политики? Политические задумки Шаула изначально смущали. Было бы натуральней, если бы он действовал, как посланник фей, кем он и является по сути. Он ратует за статус проснувшегося королевства, как ответственный и серьезный юноша? А ведь для него главное - найти достойного принца для Элизы. Это чисто мои аполитичные ощущения.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1692
ссылка на сообщение  Отправлено: 02.03.15 20:15. Заголовок: apropos Хелга http:..


apropos Хелга

Спасибо, дорогие.

apropos пишет:

 цитата:
Ведь буквально несколькими фразами можно описать дорогу через перевал -


Уговорила
Мне хотелось не только передать сам путь, но и "соучастие" Элизы. Постараюсь перетрусить текст.

apropos пишет:

 цитата:
Если ты на каком-то примере хочешь показать, что внутреннее содержание (душевное благородство), так сказать, совпадает с внешним (титулом), то - как мне кажется - может стоит смоделировать ситуацию не со спасением Сони, а без него, чтобы это не выглядело личным - ?


Я обязательно еще пересмотрю эту сцену. Но я не просто хотела показать, что Шаул таки благородный. То, что он благородный мы уже знаем. И хоть бесшабашным его не назовешь, но вступился же за Сони на рынке без всякого оружия против целой толпы. Но теперь он получил оружие. Рыцарь – это не просто благородный человек, это - человек с ружьем оружием. Это другое качество и уровень ответственности. Одним прыжком тем более с характером Шаула этот путь не преодолеть. Ему надо сделать шаг от благородного человека без оружия к благородному человеку с оружием.
Шаул только обрел свой меч. Он не привык решать проблемы с его помощью. И потому ему нужен толчок. Таким толчком служит реальная угроза жизни Сони (в данном случае не так важно Сони или нет). До этого он носит его просто для острастки. И ему нужно осознать себя в другом качестве, принять ответственность за оружие, которое он должен теперь носить не просто для вида, а чтобы использовать его. И он справляется – за что подбадривают его Сони и Бруно и хвалят. Потому не так важно, как это начинается, важно, что, получив толчок, он поступает согласно своему призванию (когда Шаул видит, что пострадали и другие (до этого он об этом просто не знает) он защищает их.

apropos пишет:

 цитата:
Ну а если вообще отбросить всю эту политику - и просто поговорить с принцем по-человечески


О чем и сокрушается Шаул: не приходится надеяться на то, что накануне войны принц отправиться совершать отвлеченные подвиги. Потому они и чешут репу, как связать войну с пробуждением принцессы.

apropos пишет:

 цитата:
А если они согласятся его поддержать, в их интересах не станет будить принцессу?


Действительно, гарантий никаких нет. Но на них никто, собственно, и не рассчитывает. Пытаются придумать какие-то резоны, понимая, что они могут быть приняты сторонами, а могут быть и отвергнуты. Иногда удачные, иногда не очень. Но это все, что у них есть. Агата предупреждала об этом еще до того, как Шаул отправился в путь.

Хелга пишет:

 цитата:
Политические задумки Шаула изначально смущали.

:(

Хелга пишет:

 цитата:
Было бы натуральней, если бы он действовал, как посланник фей, кем он и является по сути. Он ратует за статус проснувшегося королевства, как ответственный и серьезный юноша? А ведь для него главное - найти достойного принца для Элизы.


Об этом ему все время толкует Бруно. Еще когда он раздумывал перед походом к первому принцу, Бруно велел ему оставить проблемы Содружества самому Содружеству. Но Шаул такой уж вышел - есть у него чувство долга перед соотечественниками. Он гордится независимостью и самостоятельностью Содружества, для него это не пустой звук. Он считает, что сограждане уже заплатили за это, и сейчас, пробуждая короля, он подкладывает им свинью. Не может он слить эту проблему и носится с ней с ней, путаясь между своей любовью и долгом перед соотечественниками.




Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1693
ссылка на сообщение  Отправлено: 02.03.15 22:09. Заголовок: *** В темноте за ок..


***

В темноте за окном завывала вьюга. Этот тоскливый протяжный вой, напоминал поминальный плач. Словно стервятник, ждущий своей добычи, она кружила и билась в стекло. А, может быть, это слуги могильщика Тодда пытаются добраться до ее сестры, умирающей, или уже умершей – Агата не знала. Она уже не чувствовала в заиндевевших, сведенных судорогой пальцах нити, той невидимой тончайшей связи тела Селины и ее души, что в исступлении удерживала в течение долгих дней и ночей. То ли она потеряла чувствительность, то ли ее магия оказалась бессильна перед неотвратимой смертью. Но Агата не разжимала пальцев.

– Нет, если бы все кончилось, Рев обязательно бы появился здесь, – успокаивала саднившую сердце тревогу Агата. – Просто я устала. Да и кто бы не устал? Даже Гизельда, мудрейшая и сильнейшая из фей, и та сдала.

Постоянные бдения у постели Селины совсем измотали старую наставницу. Агата видела, как осунулась и постарела она. Гизельда держалась мужественно и не позволяла ее жалеть, но Агате все труднее было принимать помощь старой феи.

– Феи не уходят на покой, Агата, – бодро возражала Гизельда. – Мы всегда в строю. И сейчас мы с тобой солдаты на передовой. К оружию! – сверкнула стеклами очков старая фея, отправляясь на очередное дежурство.

Но изо дня в день неизменно повторяющиеся томительные часы беспрерывного волшебства требовали слишком большого напряжения, и Агата опасалась, что тончайшая шелковистая нить в конце концов выскользнет из рук измученной старушки. Да и сама Агата была уже слишком слаба.

– Ну что ж ты, Траум. Поторопись. Не справимся, не удержим мы Селину, – всхлипнула она.

А вьюга все набирала силу. Под ее напором стонал и скрипел дом, испугано дребезжали стекла. И одно из них не выдержало – раздался резкий скрежещущий звук треснувшего стекла, сменившийся звоном осколков, и в комнату влетел порыв холодного ветра, задул свечу у кровати и рассыпал снежинки.

Агата с ужасом смотрела на уносимый порывом ветра дымок от погашенного фитиля. Как в тот раз.

– Нет! – вскричала Агата. – Нет, Тодд! Она не твоя! Убирайтесь вон, стервятники! Я не отдам ее вам!

Ее отчаянный крик никого не испугал. Ветер с тем же неистовством дул в разбитое окно, запорошив снегом подоконник и пол. Ухало в камине пламя, сражаясь с ледяными порывами непрошеного гостя. Вслед за ветром в комнату проник серый рассвет, наполнив ее унылым белесым светом.

Агата боялась взглянуть в лицо сестры. Она не в силах была встретиться с ее смертью – она столько сил отдала для того, чтобы этого избежать! Но на что она надеялась? Поступок Траума если и мог спасти, то только душу Селины. Здесь же им придется утешиться будущей встречей, а истерзанное болезнью тело…

– Я не смогу, – прошептала Агата и уткнулась лбом в руку Селины, продолжая удерживать ее в своих ладонях. – Я не смогу…

Агата плакала, изливая свое отчаяние, свою боль, свою напрасную надежду. Сколько дней она боролась? Сколько ночей лелеяла в душе упование? А взлелеяла пустую иллюзию!

– Селина, – прошептала она, срывающимся от рыданий голосом, – отзовись…

И тотчас почувствовала легкое пожатие пальцев. Агата встрепенулась. Что это было? Ей почудилось? И снова пожатие – прохладные пальчики Селины согнулись, чуть сжимая пальцы сестры. Агата затаив дыхание смотрела на их руки, боясь шевельнуться, чтоб не спугнуть видение.

– Что произошло здесь? – в комнату вошла Гизельда.

Строго оглядев беспорядок, она устранила его в мгновение ока. Шикнув, выпроводила ветер, словно нашкодившего пса, ворвавшегося во внутренние покои. Снежинки, унеслись за ним, рассыпанные осколки вернулись целым стеклом в оконную раму, наметенные сугробики снега растаяли и испарились, не оставив следа.

– Мне показалось, я услышала твой крик, Агата, – закончив наводить порядок, Гизельда подошла к замершей фее и положила руку на ее ссутулившиеся плечи. – Ты совсем озябла, милая.
– Она жива, – просипела Агата.
– Кто? – опешила Гизельда.
– Селина.
– Жива? Но, Агата… – она с болью посмотрела на свою бывшую ученицу, и в глазах у нее промелькнул сомнение. – Этого просто не может быть.
– Она пожала мне только что руку, – не меняя позы, не переводя взгляда, тихо возразила Агата.
– Так бывает, милая, – с сожалением посетовала старушка. – Просто ты очень устала.
– Она жива, – упрямо повторила Агата и попросила: – Подойди, проверь.

Гизельда молча подошла к изголовью кровати. И Агата решилась перевести взгляд на лицо сестры. Селина была так же бледна, как и прежде, и все же что-то изменилось в выражении ее лица, она уже не было таким отстраненным, глаза не казались запавшими – словно за закрытыми веками они устремлены в иной мир, – как у умерших.

– Она холодная, – неуверенно проговорила Гизельда, дотронувшись до щеки Селины.
– Она замерзла из-за разбившегося стекла, – возразила Агата и тихо позвала сестру: – Селина!

Селина медленно приоткрыла глаза.

– Ты жива, – захлебнулась слезами Агата и, уткнувшись в сплетение их рук, зарыдала.
– Чудеса… – ошеломленно прошептала Гизельда и, схватившись за сердце, счастливо всхлипнула. – Девочка ты наша! Чудо-то какое! Ты здесь с нами!
– С вами, – едва шевеля губами, выдохнула Селина.
– Ну-ну, Агата, – попыталась упокоить она старшую сестру, но, махнув рукой, шепнула с улыбкой Селине: – Пусть выплачется. Она так измучилась.
– С возвращением, дорогая фея Селина, – в комнате неожиданно появился магистр оффиций.

Агата подняла заплаканное лицо и судорожно вздохнула, пытаясь справиться с рыданиями. Рев сможет все объяснить.

– Я так счастлив, дорогие мои! Это такое чудо, такая беспримерная милость Провидения! – восторженно воскликнул магистр оффиций, и чуть с меньшим пылом, но с не меньшим чувством добавил: – Жертва владыки была ненапрасной. Как был бы он счастлив видеть это!
– Она спасена? Она будет жить? – перебила излияния магистра, спешившая удостовериться в счастливом исходе, Агата.
– Фея Селина спасена и почти здорова, даже физически, – поспешил успокоить ее Рев. – Несколько дней в постели, и она будет весела и бодра, как прежде. Вам больше не о чем беспокоиться. Отправляйтесь-ка спать, милые дамы.
Он подошел к Агате и подал ей руку, помогая подняться, но, привстав, она снова повернулась к сестре.
– Селина, как ты себя чувствуешь? У тебя болит что-нибудь? Ей нужен настой из трав! – Она поспешила было за ним, но затекшие от долгого сидения ноги подогнулись, и она упала в объятия подхватившего ее Рева.
– Сударыня, вы совсем измученны, поддерживая ее, проговорил Рев. – Не беспокойтесь, – предупредил он движение поддавшейся к ним Гизельды. – Я провожу нашу милую фею Агату в ее комнату. А вы позаботьтесь о младшей сестре и тоже укладывайтесь отдыхать.

Гизельда слегка кивнула, сверкнув стеклами очков: она не привыкла, что бы кто-нибудь указывал ей, но спорить не стала и уже подавала Селине внезапно появившейся у нее в руке опаловый стаканчик с каким-то настоем.

Придерживая за талию и локоть, Рев вывел Агату из комнаты, уговаривая, как маленького ребенка:

– Все ваши тревоги уже позади. С феей Селиной уже ничего дурного не произойдет. А вот вам просто необходим хороший сон. Сон – лучшее лекарство, не уставала повторять моя матушка. О вашем сне я позабочусь. У вас будет самый здоровый долгий целительный сон. А о фее Селине уже побеспокоились. Вам не следует волноваться.

Агата едва могла передвигать ногами, силы совсем оставили ее. Рев, почувствовав это, подхватил ее крепче за талию и уложил голову себе на плечо.

– Вы обе завоевали мое сердце своей нежной и самоотверженной верностью друг другу, – тихо доверительно говорил он, и его дыхание легко ворошило ее волосы. – Вы тяжело поработали, милая, и сейчас вы должны позаботиться о себе. А мой владыка уже позаботился о вашей сестре. Душу за душу – древнее установление… Вы представляете, какова цена? Нет, это невозможно представить! Даже мы, духи, только предчувствуем, только догадываемся какая мощь и какое величие были отданы за жизнь феи Селины.

Рев взволнованно замолчал, погрузившись в свои собственные переживания, но чуть погодя, встрепенувшись, обратился к Агате:

– А теперь, голубушка, вы должны отдохнуть.

Они вошли в комнату, и он уложил ее на кровать, заботливо накрыв, висевшей на вешалке теплой каппой. Присел на краешек кровати и, положив ладонь на ее голову, приговаривал:

– И пусть ваш сон восстановит ваши силы, обновит добрые мысли, омоет чувства. Спите, милая моя. Спите, голубушка…

Его голос обволакивал и наполнял покоем. Агата послушно закрыла глаза и, найдя его вторую, лежащую на колене руку, прикрыла своей ладонью.

– Спасибо вам, милый господин Рев, – прошептала она, погружаясь в сон. – Вы были так добры к нам, друг мой…

***


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30667
ссылка на сообщение  Отправлено: 07.03.15 00:12. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Верила, что с Селиной все будет хорошо. Хотя, как хорошо, если она, придя в себя, будет переживать и корить себя за Траума. Очень волнуюсь о нем. Неужели тот свет был фатальным?
И с облегчением вздохнула, что феи могут отдохнуть.

Чуть тапочков.


 цитата:
Этот тоскливый протяжный вой, напоминал поминальный плач.



Лишняя зпт


 цитата:
Она уже не чувствовала в заиндевевших, сведенных судорогой пальцах нити, той невидимой тончайшей связи тела Селины и ее души, что в исступлении удерживала в течение долгих дней и ночей.



Здесь, может так: Она уже не чувствовала в заиндевевших, сведенных судорогой пальцах нити - той невидимой тончайшей связи тела Селины и ее души, что в исступлении удерживала в течение долгих дней и ночей.



 цитата:
– Ну-ну, Агата, – попыталась упокоить она старшую сестру,



Буковка выпала. Успокоить


 цитата:
перебила излияния магистра, спешившая удостовериться в счастливом исходе, Агата.


А здесь нужны зпт, нет?


 цитата:
– Сударыня, вы совсем измученны, поддерживая ее, проговорил Рев.



– Сударыня, вы совсем измучены, – поддерживая ее, проговорил Рев.


 цитата:
но спорить не стала и уже подавала Селине внезапно появившейся у нее в руке опаловый стаканчик с каким-то настоем.



Может, но спорить не стала и подала Селине внезапно появившийся у нее в руке опаловый стаканчик с каким-то настоем.


 цитата:
тихо доверительно говорил он, и его дыхание легко ворошило ее волосы.


Здесь, может, зпт между тихо, доверительно?


 цитата:
заботливо накрыв, висевшей на вешалке теплой каппой.


Лишняя зпт






Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1694
ссылка на сообщение  Отправлено: 09.03.15 18:28. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга
Спасибо, дорогая.

Хелга пишет:

 цитата:
Хотя, как хорошо, если она, придя в себя, будет переживать и корить себя за Траума


Все-таки хорошо. Ведь никто не обещал, что она останется жить, а она жива-здорова. Эта упрямица, как очнется, так всем еще заморочит голову.

Хелга пишет:

 цитата:
Неужели тот свет был фатальным

Это тот Свет, что просвещает всех. Он не фатальный, он творит все новое.

Хелга пишет:

 цитата:
И с облегчением вздохнула, что феи могут отдохнуть.

Это ты зря надеешься


Наисправляла я предыдущие отрывки, покромсавши то и это, но уж не решаюсь вам морочить голову, выкладывая их в который раз.

Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30677
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.03.15 00:38. Заголовок: Юлия пишет: Наиспра..


Юлия пишет:

 цитата:
Наисправляла я предыдущие отрывки, покромсавши то и это, но уж не решаюсь вам морочить голову, выкладывая их в который раз.


Пожалуйста, морочь! Как же не почитать, что получилось!

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1697
ссылка на сообщение  Отправлено: 12.03.15 17:53. Заголовок: Хелга пишет: Пожал..



Хелга пишет:

 цитата:
Пожалуйста, морочь


Спасибо. Морочу

Постылая погоня за Кулемброк:

Элиза не нашла Кулемброк ни в свите королевы, ни среди других придворных. Она проходила по западной галерее, когда в окно увидела покидающую дворец графиню. Что могло понадобиться той сегодня за его пределами? Элиза не намерена была отступать. Проследив глазами за фрейлиной, она поспешила следом. Графиня не прошла к главным воротам, а, свернув к дворцовому саду, пропала за хозяйственными постройками. Легко сбежав со ступенек, Элиза быстро пересекла сад, выбравшись в узкий проулок за конюшней, но графини там не увидела.

- Здесь появлялась графиня Куленброк? – спросила она выскочившего ей навстречу мальчишку-конюха. – Она брала карету или, может быть, велела оседлать лошадь?
- Не-а, - покачал он головой. - Она пешком пошла, - махнул он в сторону боковой калитки конюшенного двора.

Элиза вышла за калитку и оказалась на узкой, зажатой высокими каменными стенами улочке. Графини здесь не оказалось, но в одну сторону улица поднималась обратно к дворцовому саду, значит, Кулемброк должна была отправиться в противоположную. Спустившись по улочке к кузнице, принцесса столкнулась там с внучкой садовника, и девочка направила ее к мостику у мельницы. Горбатый каменный мостик, перекинутый через ручей, вывел Элизу прямиком к площади. С его высоты она попыталась отыскать среди праздничного многолюдья, заполнившего площадь, Куленброк. Вот и богатое платье графини – фрейлина нырнула в увитую вьющимся розовым кустом калитку в небольшом переулке. И принцесса устремилась за ней.

Но едва она спустилась на площадь, ее закружила многоголосная толпа. Увлеченная шумным праздничным весельем, Элиза потеряла направление. Ей казалось, что она сделала не один круг по площади пока наконец не выскочила в тенистый переулок, где увидела уже знакомую калитку с вьющимися розами. Элиза толкнула ее и оказалась в тихом садике у крепостной стены.

Хелга пишет:

 цитата:
у Шаула это очень эмоциональное общение с Элизой, и, кажется, что в начала отрывка это стоит как-то сильнее подчеркнуть.


Я там еще по тексту всего отрывка кое-где добавила реакцию Шаула, чтобы не получалось, что он только в конце очнулся. Если я тебя правильно поняла…

Ну и отрывок про рыцарство. Описание игроков и разговор с Бенито выкинула совсем. Попыталась собрать воедино все мнения, и вот что за солянка вышла:


Шаул спускался в зал, чтобы расплатиться с Бенито, когда услышал громкие крики за игровым столом. Соскочив с последних ступеней, он увидел, как один из игроков выхватил кинжал и бросился через стол. Едва успев, он выбил из рук не ожидающего нападения игрока кинжал и прижал того к стене – его длинный рейтшверт уткнулся в шею нападавшему.

– Дьявол! – прохрипел тот, боясь пошевелиться – одно движение и без всяких усилий сталь сама войдет в мягкие ткани под нижней скулой.

"О, Шаул!" – выдохнула Элиза, обмерев от внезапности и опасности стычки.

– Прошу прощения, господа, – обратился Шаул к оторопевшим и притихшим игрокам. – Мне казалось, что ваша игра не подразумевает оружия.
– Ваш малец – шулер, – прохрипел нападавший.
– Вранье, – упрямо возразил Сони и, в мгновенье ока оказавшись рядом, вытащил из-за манжеты боявшегося шелохнуться обидчика два костяных кубика с закругленными углами.

– Он подменил кости, – Сони протянул раскрытую ладонь остальным игрокам.

И тут один из них, огненно рыжий, чуть заметным движением двинулся в сторону, быстро подхватил упавший кинжал и подскочи к Сони.
- Если ты навредишь, мальчику, - начал Шаул, и Элиза почувствовала, как набатом в висках пульсирует кровь, – я разделаюсь сначала с твоим дружком, а потом возьмусь за тебя. Как думаешь, у кого из нас больше шансов?

Глаза рыжего беспокойно забегали, но руку с кинжалом от шеи Сони он не убрал.

– Брось! – прозвучал приказ, и боковым взглядом Элиза увидела, как острие короткого одноручного меча коснулось спины рыжего, и тот послушно отпустил руку, бросив клинок.

Сидевший за соседним столом и некоторое время безучастно наблюдавший за развитием событий господин пришел на выручку вовремя. Если бы негодяй схватил Сони, Шаул бы оказался в весьма затруднительном положении. Незнакомец коротким кивком приветствовал Шаула.

– Игра закончена, господа, – проговорил тот, ответив на приветствие. – Выигрыши аннулируются.

Оставшихся за столом игроки – похожий на купца постоялец и двое местных крестьян – стали быстро разбирать проигранные монеты, стоявшие стопочками около каждого из шулеров.

– Никто не в обиде, господа? – спросил Шаул.
– Не в обиде, – прохрипел за обоих рыжий.

Шаул и незнакомец вложили мечи в ножны.

– Благодарю вас, – протянул руку Шаул незнакомцу.
– Я рад быть вам полезным, – проговорил тот, отвечая рукопожатием и, вглядываясь в лицо Шаула, спросил: – Вы не узнаете меня, господин барон?
– Боюсь, вы обознались, – удивленно протянул Шаул.
– Перед вами граф Клаверден, – влез Сони.
– Прошу простить великодушно, обознался. Сентре, негоциант, к вашим услугам, господин граф, – поклонился он и, покачав головой, продолжил: – Я был уверен, что вы это он – тот же рост, фигура, цвет волос, а голос! Но сейчас я вижу: черты лица другие, – он кивнул, – и вы моложе. И все же – очень, очень похожи! Может быть, вы родственники? Барон Маллой?
– Не имею чести быть знакомым с бароном, и, уверен, мы не состоим в родстве, – пожал плечами Шаул.
– Признаюсь, если бы ни спутал вас, вряд ли ввязался, – в голосе Сентре почувствовалось напряжение, – стараюсь избегать неприятностей по мере возможности. Но господин барон спас мне жизнь и состояние. Я в большом долгу у него.

– Интересно, что это за барон Маллой такой? – полюбопытствовал Сони, когда они поднимались к себе в комнаты.
– Да мало ли, – пожал плечом Шаул.
– Я хочу рассказать тебе кое-что, - сообщил Сони.

Не дожидаясь приглашения, мальчик вошел к Шаулу и плюхнулся на кровать рядом с Бруно.

– Жаль, что ты не видел сейчас Шаула, - посетовал он, почесывая кота за ухом. - Будь я принцессой, я б влюбился в него с первого взгляда.
– Помолчи, – отчитал его Шаул. – Знал же ведь, что эти два прохвоста опасны. Зачем связывался с ними?
– Я не связывался, – огрызнулся мальчишка. – Меня такими трюками не проведешь. Но старичье жалко. Особенно купца. Они же его выпотрошат – нечего делать. Он тут застрял из-за непогоды, а там у него жена, дети, он мне рассказывал… А ты рыцарь, как раз работа по тебе, – пожал плечами Сони.
– Прекрати! Если бы не Сентре, неизвестно, чем все кончилось.
– Сони, в чем-то прав, Шаул, – вступил в разговор молчавший до селе Бруно. – Рыцарство тебя обязывает. И если уж говорить о женских сердцах, то здесь мальчик тоже прав. Но я сейчас не о том. Тебе следует привыкать. Рыцарство – вещь весьма неудобная в дороге, но тебе никуда не деться от него. Ты не привык действовать силой, учись – если у тебя есть меч, ты должен пользоваться им. Привыкай мыслить, как человек, в руке которого стальной клинок.

Шаул не хуже кота понимал, что должен из обычного школяра в одночасье превратиться в рыцаря. Еще вчера ему бы и в голову не пришло поднять на человека настоящий, а не деревянный меч, угрожая расправиться силой, а сегодня этот настоящий меч был у него в руках. Что случилось бы сегодня, не вмешайся Сентре? Ему бы пришлось ранить, а, возможно, и убить человека. Шаул был не готов к этому.

– Что ты хотел мне сказать? – не отвечая Бруно, спросил он Сони.



Ну и постылая политика. Я ее сократила, но не убрала. Если уж речь идет о принцах и войнах, совсем игнорировать ее просто невозможно, вопросы, которые возникают волей не волей, повисают в воздухе, и рушится контекст.



– Ты прав, – наконец резюмировал он. – Иначе из Аустеррии не выбраться. Так, может быть, стоит все-таки заглянуть к принцу, мало ли что?

Сони никто не ответил. В комнате воцарилось унылое молчание. Элиза тоже упала духом.

– Сони прав, – наконец заговорил Бруно. – Если дорога привела тебя к принцу, используй шанс.
– Ни один принц не отправится с поля боя спасать принцессу, - недовольно возразил Шаул.
– А если он еще не воюет? Тогда богатый союзник, способный восстановить потерянную флотилию принца будет весьма кстати, – резонно возразил Бруно.
– Только как ему заполучить этого союзника? – не согласился Шаул. – Содружеству нет смысла ввязываться в войну с султаном, даже если речь идет только о финансовой помощи. А если так, принцу придется шантажировать Содружество поддержкой амбиций проснувшегося короля. Но он для этого слишком слабый игрок. Чем он может угрожать им? Флотом, которого у него нет? Армией, которую надо провести через территории нескольких королевств?
– Согласен, позиция несильна, - согласился кот, прищурив глаза. - Но хороший дипломат сможет соблазнить твоих купцов подзаработать на выгодных контрактах, став союзниками воюющего принца.
– Ты предлагаешь мне заявиться во дворец и озвучить все эти сомнительные предположения? – недовольно скривился Шаул.
– Отнюдь. Во дворце без тебя хватает способных делать сомнительные предположения. Твоя задача сообщить принцу о принцессе. И предоставь его высочеству решать самому. Все наши рассуждения – не более чем рекомендации тебе для поддержания разговора. Поверь, если принцу суждено разбудить принцессу, он найдет резоны сам, – заявил Бруно и принялся сосредоточенно вылизывать лапу.


Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38045
ссылка на сообщение  Отправлено: 12.03.15 21:27. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Ужасно рада за Селину! Теперь бы еще с Траумом определиться, ну, чтобы все у них сложилось нам на радость.
А господин Рев как-то к Агате проникся, не?
Малюсенькая пинеточка:
 цитата:
Снежинки, унеслись за ним

Лишняя зпт.

Изменения в тексте, на мой взгляд, пошли ему на пользу - сценки стали четче и динамичнее.
Юлия пишет:
 цитата:
вопросы, которые возникают волей не волей, повисают в воздухе, и рушится контекст.

Ну, если вот так, как стало, - с более выраженными сомнениями - очень даже неплохо.
Вообще твои разъяснения (ответы на тапки) сами по себе очень хороши - и, кстати, почему бы их иногда не вставлять в мысли Шаула - ?
А если чуть подправить:
 цитата:
Соскочив с последних ступеней, он увидел, как один из игроков выхватил кинжал и бросился через стол (на Сони - ?). Едва успев, он (Шаул - ?) выбил из рук не ожидающего нападения игрока кинжал и прижал того (его) к стене



______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1698
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.03.15 14:46. Заголовок: apropos http://jpe...


apropos

apropos пишет:

 цитата:
А господин Рев как-то к Агате проникся, нет?

К кому он только не проникся? Такой любвеобильный и чувствительный господин.

apropos пишет:

 цитата:
Изменения в тексте, на мой взгляд, пошли ему на пользу

Уф *смахивая со лба пот*

apropos пишет:

 цитата:
Вообще твои разъяснения (ответы на тапки) сами по себе очень хороши - и, кстати, почему бы их иногда не вставлять в мысли Шаула


С вашей помощью, дорогие мои. Вот потому-то так и ценны ваши тапки, они позволяют не просто исправить ошибки, но и выловить из авторского бульона самую суть, придать ей форму и отточить, где надо. Обсуждение со всеми возражениями, спорами, разными точками и углами зрения – это же на вес золота!
Спасибо вам, дорогие мои!



Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30683
ссылка на сообщение  Отправлено: 14.03.15 12:44. Заголовок: Юлия пишет: Я там е..


Юлия пишет:

 цитата:
Я там еще по тексту всего отрывка кое-где добавила реакцию Шаула, чтобы не получалось, что он только в конце очнулся. Если я тебя правильно поняла…


Да, это и имела в виду.

И мне кажется, исправленные варианты лучше, и погоня за графиней, и рыцарство, и политика. Более четко и емко.


Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1699
ссылка на сообщение  Отправлено: 14.03.15 22:23. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга

Хелга пишет:

 цитата:
мне кажется, исправленные варианты лучше

Вашими стараниями

Встретимся со следующим принцем?

***
Аустеррия поразила Шаула мягким климатом, лишь изредка омрачаемым проливными дождями. Как только дожди, напитав мягкую черную землю, прекращались, улыбчивое южное солнце расцвечивало яркими красками дивный пейзаж, где зелень склонов холмов, соперничала с разноцветьем не облетевшей листвы и белизной деревенских строений. Аккуратно побеленные домики с темной соломенной крышей, словно грибы, лепились друг к другу на пологих холмах. Крепости и замки из серого камня радовали глаз черепичными терракотовыми крышами.

Таковы же были и жители Аустеррии: радушные, веселые, одетые в яркие наряды. Они были счастливы и беспечны. Из таверн и дворов лились песни. На площадях, улочках и в тавернах под незатейливую игру музыкантов танцевали люди. Тут и там встречались влюбленные парочки, без стеснения демонстрирующие свою нежность.

А между тем приметы войны были повсюду. Гвардейцы короля, королевская пехота, аркебузиры, пикинеры, отряды вастадоров, лучники заполонили столицу. В гавани строились дополнительные укрепления на случай нападения. В порту стояли на приколе немногочисленные уцелевшие, но сильно поврежденные корабли военного королевского флота. То и дело слышались рассказы о нападениях кораблей султана на торговые суда и пленение в рабство.

Великолепный дворец властителя Аустеррии из розового мрамора стоял на берегу бухты залива, который образовывала свернувшаяся улиткой суша южной оконечности полуострова, отражаясь в голубых водах. Соседствующий с дворцом собор соперничал с ним великолепием каменной резьбы и лепнины. Но внимание Шаула привлекло другое, куда менее пышное здание. "Публичная Библиотека" – гласила надпись на нем. Чуть ниже были помещены слова ее основателя, одного из правителей Аустеррии Убальдо Второго: "Я воздвиг это здание и собрал мудрость древних для просвещения моего народа". Возможно ли более достойная цель? Шаул не мог остаться равнодушным и тотчас устремился внутрь.

Просторный вытянутый зал библиотеки был прекрасно освящен благодаря двум рядам высоких окон. До самого потолка высились стеллажи и шкафы со свитками. Между стеллажами под окнами стояли массивные деревянные пульты, на которых лежали драгоценные древние рукописные фолианты, прикрепленные к ним крепкими цепями. В центре зала стоял огромный глобус. В зале было несколько человек, и его торжественную тишину нарушал лишь шелест переворачиваемых страниц.

Пока Сони рассматривал глобус, Шаул подошел к одному из таких пультов. "Полития", – прочел Шаул. Ему никогда не приходилось держать в руках древний трактат об идеальном государственном устройстве, но отрывки из него широко цитируемые другими авторами, были известны каждому студенту.

– Уму непостижимо, – заворожено проговорил Шаул, благоговейно перелистывая рукописные страницы древней мудрости. – "Государство создается не для того, чтобы жить вообще, а чтобы жить счастливо", – прочел Шаул изречение древнего мудреца, и улыбнулся: похоже, жители Аустеррии буквально восприняли эту мудрость.

– Правители часто забывают об этом, – услышал он у себя за спиной тихий голос.

Шаул обернулся. Немолодой господин в маленькой квадратной шапочке и черной сутане, препоясанной малиновым широким поясом, внимательно смотрел на него, чуть склонив голову к правому плечу.

– Ваше святейшество? – Шаул почтительно поклонился.
– Хранитель библиотеки монсеньер Аббатини, – не меняя птичьего наклона головы кивнул тот.
– Для меня большая честь, – снова поклонился Шаул и представился: – Шаул Ворт из Бонка к вашим услугам.
– Не знал, что в ваших краях до сих пор в почете рыцарство, – удивленно проговорил монсеньор Аббатини, поглаживая небольшую с сединой бороду.
– Это долгая история, – улыбнулся Шаул.
– Без сомнения, – качнул головой библиотекарь. – Интересуетесь политикой? – он кивнул в сторону древнего фолианта.
– Скорее отдаю должное редкостному экземпляру рукописи великого мудреца.
– В таком случае вас может заинтересовать другой его трактат. "Божественная сущность" – не только самый древний из известных списков, но и, на мой взгляд, самый интересный.
– У вас прекрасная библиотека. А есть ли у вас трактат "О душе"? Я читал его только в пересказе монаха из Лидье. Человек – вот что вызывает мой живейший интерес.
– О, да, – скептически улыбнувшись, кивнул Аббатини. – Познание твари без познания Творца. Не умоляет ли это объект вашего исследования?
– Но как познать Творца, пренебрегая познанием его образа и подобия?

Аббатини покачал головой, словно соглашался с какими-то своими мыслями и после, глянув на Шаула, спросил:

– Вас ведь никогда не удовлетворит тайна?
– Тайна – это приглашение к познанию, а не запрет.
– Тайна – это покров на том, что человек еще не в состоянии вместить и за что не готов взять ответственность.
– Запретив познание, вы откроете ему черный ход. И тогда, действительно, не обойтись без водружения твари на пьедестал Творца.

Монсеньор Аббатини, вновь склонив к правому плечу голову, смотрел на Шаула. В его бороде где-то пряталась улыбка, которую выдавали веселые лучики морщин у близоруких глаз. Он вытащил из глубокого кармана сутаны очки и, водрузив их на нос, проговорил:

– Моя должность никак не позволяет мне выступать в той роли, которую вы мне отвели. Более того, я вполне разделяю вашу убежденность, что стремление к познанию – это сущностное свойство человеческой души. И запрет его так же бесполезен, как и опасен. Скажите, мой ученый друг Шаул Ворт из Бонка…
– Перед вами граф Клаверден, ваше святейшество, – почтительно склонившись, перебил его, внезапно вынырнувший из-за спины Шаула мальчишка.
– Помолчи, Сони, – сердито одернул его Шаул.
– Ах, вот как? – приподняв бровь, протянул монсеньор библиотекарь, рассматривая ничуть не смутившегося мальчика. – Премного благодарен, сын мой. А ты кто же будешь?
– Для него, – он кивнул в сторону Шаула, – друг и помощник. Для вас, монсеньор, смиренный послушник Сони.
– Сони?
– Совершенно верно, монсеньор, Сони, – с достоинством склонил он голову.

Казалось, вздорного мальчишку невозможно было ничем смутить.

– Сони, подожди меня, – попросил Шаул.

Сони, гордо вскинув подбородок, недовольно скривил бровь, но отошел, снова вернувшись к большому глобусу в центре зала.

– Занятный у вас друг, граф, – проговорил библиотекарь, смотря вслед мальчику, веселые лучики снова появились у его глаз.

Шаул смущенно кашлянул, но промолчал – он никак не мог привыкнуть к титулу.

– Так если не секрет, с чем вы пожаловали в наши края? Да еще в такое тревожное время? Неужели тяга к знаниям завела вас так далеко от дома?

Впервые Шаул услышал от жителя Аустеррии серьезное опасение о будущем.

– Не совсем. Хотя и ее можно считать одной из причин моего путешествия.

Шаул тянул с ответом, прикидывая в уме, насколько он может быть откровенным с монсеньором Аббатини. К расположению, которое он испытывал к библиотекарю, следовало прибавить его высокое духовное звание и службу в прямом соседстве с правителем Аустеррии.

– У меня послание к принцу Дамону, – решился Шаул.
– К принцу Дамону? – брови библиотекаря удивленно поползли вверх. – И какого же рода сие послание, позвольте полюбопытствовать?
– Отчасти политического, отчасти – нет.
– А говорили, что не интересуетесь политикой, – разочарованно протянул монсеньор Аббатини.
– Не интересуюсь, – кивнул Шаул. – Но странным образом, стоит только озаботиться судьбой более чем десятка человек, как ты тотчас сталкиваешься с политикой.

Библиотекарь снова с интересом смотрел на Шаула.

– Только вот принц Дамон довольно молод для политики, – снимая очки, проговорил монсеньор.
– Да может ли наследник престола быть слишком молод для политики? И, насколько мне известно, его высочество на днях отметил свое семнадцатилетие, – пожал плечами Шаул.
– Я не имел в виду возраст, – тихо возразил монсеньор Аббатини.
– Вы хотите сказать, что разум принца не... – Шаул в нерешительности замялся, и еще тише закончил: – не соответствует его возрасту?
– О, нет, – поспешно возразил библиотекарь. – Разумом его высочество не обделен ни в коей мере, как раз наоборот. Я говорил о другой зрелости – зрелости чувств, быть может. А так он весьма умен и образован. Кстати, тоже любит философствовать о призвании человека. Вы найдете в нем интересного собеседника, – и прибавил: – К тому же он очень хорош собой.

Шаула вполне удовлетворила эта характеристика.

– Вас уже представили ко двору?
– Нет, мы только вчера прибыли в город. Не будет ли с моей стороны дерзостью просить вас поспособствовать этому?
– Отчего же? При дворе королевы Изабеллы вам будут рады. Вы не слагаете сентиментальных баллад? Или, может быть, вы проявили себя в каком-нибудь ином виде искусств?
– Никоим образом, – усмехнулся Шаул, не смея свои юношеские стихи выдавать за достойный похвалы образчик поэзии.
– Ну что ж, философия тоже подойдет.

Благодаря протекции монсеньора Аббатини Шаул попал ко двору ее величества Изабеллы в тот же вечер. Как и говорил библиотекарь, при дворе собиралась не только придворная аристократия, но и люди искусства, которым покровительствовала королева – молодые музыканты и художники находили теплый прием при дворе ее величества. Королева Изабелла напомнила Шаулу Аделину задорным благодушием, утонченностью восприятия и острым языком. Королева могла заинтересованно слушать рассуждение скульптора о текстуре мрамора и несколькими точными замечаниями отметить достоинство произведений, которые ей представляли. Кроме того, ее величество Изабелла была необыкновенно хороша. Не холодной северной красотой, а яркой неправильной красотой южного края. Высокая, полная, она в свои годы сохраняла матовую белизну плеч и гладкость кожи. Зеленые глаза сияли юношеским огнем, небольшой нос с горбинкой и сильно вырезанными ноздрями мог бы придавать королеве несколько хищный вид, если бы не нежные полные губы и мягкий овал пополневшего лица. Золотистые с легкой рыжиной вьющиеся волосы, блестели светлой медью через крупную сетку бальцо, в узлах которой блестели изумрудные бусины.

– Я рада вас приветствовать, граф, – улыбнулась Шаулу королева. – Мой сын, его величество принц Дамон тоже весьма увлечен философией. Последнее, чем он поразил нас, – "Дифирамбы невежеству", ответ вашему северному мудрецу! – похвасталась королева сыном.
– Мама, вы так добры ко мне, – склонился к ее руке, молодой человек. – На самом деле это безделица, написанием которой я скоротал пару дождливых дней.

Наконец Шаулу представился случай разглядеть принца Дамона. Принц был очень похож на мать: те же волнистые густые волосы, только светлее, без рыжины, те же широко расставленные зленные глаза, тот же нос с горбинкой, только губы у него были тонкими и постоянно кривились в насмешливой улыбке. Он был высок и строен. Его бледно-голубой кафтан, надетый на жемчужно-серый камзол, в тон цвета панталон являл собой превосходный образчик изысканной простоты. Тонкое кружево манжет и воротника было превосходным и в то же время без излишней пышности. Белоснежные шелковые чулки обхватывали стройные сильные икры, на мягких светло серых туфлях играли бликами серебряные пряжки весьма тонкой работы. Сдержанное изящество сквозило в каждой складке его платья. Рядом с ним темный простой наряд Шаула, который накануне вычищал Сони, прилаживая чистый воротник и манжеты, казался грубым монашеским одеянием.

– Так вы граф, тоже не чужды философским занятиям? – подняв бровь, обратился к нему принц.
– Боюсь, не с таким блеском, как вы, ваше высочество, – чуть поклонился Шаул принцу, – но я хотел бы посвятить этому занятию свою жизнь.
– Как я вам завидую, граф! – воскликнул принц. – Мне никогда не выпадет столь счастливая участь. Дела государственные, – картинно воздел он руки к небу.
– Мудрый правитель, милый, – мать нежно коснулась рукава сына, – философ не меньший, чем кабинетный ученный. Я права, граф? – обратилась она с улыбкой к Шаулу.
– И даже более того, ваше величество, – галантно поклонился тот королеве. – Если философ испытывает своей мудростью бумагу, то монархи имеют дело с гораздо более ценным и чувствиельным материалом. Книги монарха – это жизнь его народа.
– О, как вы прекрасно сформулировали, – милостиво улыбнулась королева Изабелла. – Философия – это гармония мыслей. Я же предпочитаю гармонию чувств. Искусство ближе мне. Но вы должны рассказать мне о своей философии.
– Мадам, я не посмею тревожить ваш слух столь мало поэтичной материей. Тем более что, как я слышал, вас сейчас гораздо более интересует военное искусство, нежели искусство мыслей, - решился Шаул повернуть разговор в иное русло.
– О, – выдохнула королева. – Мой супруг, его величество Дерелье, занимается всей этой грубой силой. Но скажите, разве искусство, вдохновляющее людей на смелые и возвышенные чувства, на подвиг, на самопожертвование, менее важно, чем создание фортификационных сооружений или формирование армии из жестоких, но равнодушных к нашей земле наемников?!
– Не смею спорить, ваше величество. Да и возможно ли возразить столь пламенной защите человеческого духа.

Сердце Шаула колотилось, как барабан, бухая в грудную клетку.

– Согласились ли бы вы выслушать историю о прекрасной принцессе, которая в это самое время ожидает спасения от прекрасного принца?

Напряженные взгляды королевы и принца, буквально впились в него, но ни насмешки, ни возмущения в них не было.

– Что это значит, Клаверден? – прервал принц затянувшуюся паузу.
– Именно то, что я сказал, ваше высочество.
– Вы полагаете, что благородство может быть вознаграждено? – поднял бровь принц.
– Благородство так или иначе всегда вознаграждается, – ответил Шаул.
– Завтра утром, граф, – обратилась к нему королева, подавая руку, – мы ждем вас.




Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30689
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.03.15 12:06. Заголовок: Юлия пишет: Встрети..


Юлия пишет:

 цитата:
Встретимся со следующим принцем?


Спасибо! Пошла читать.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30690
ссылка на сообщение  Отправлено: 18.03.15 13:27. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Нравится Аустеррия, только бы воевать не принялась. Следующий принц утончен и ироничен. Что-то имел в виду библиотекарь, удивляясь, когда Шаул заговорил о принце? Матушка-королева, вроде, обнадеживает, хотя от этих женщин в политике чего угодно можно ожидать.

Юлия пишет:

 цитата:
– Завтра утром, граф, – обратилась к нему королева, подавая руку, – мы ждем вас.


Что-то будет?

Тапочки попозже.



Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1700
ссылка на сообщение  Отправлено: 18.03.15 21:49. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга

Хелга пишет:

 цитата:
Что-то имел в виду библиотекарь, удивляясь, когда Шаул заговорил о принце?


Привередливый дедуля. Что ему еще надо: умен, красив да еще с хорошим вкусом?
Посмотрим, стреляет ли это ружье

Хелга пишет:

 цитата:
Матушка-королева, вроде, обнадеживает

В каком аспекте?

Хелга пишет:

 цитата:
Что-то будет?

Обязательно


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30696
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.03.15 22:18. Заголовок: Юлия пишет: В каком..


Юлия пишет:

 цитата:
В каком аспекте?



Умная и не надменная? Ну так показалось.

Тапочки...


 цитата:
где зелень склонов холмов, соперничала с разноцветьем



Лишняя зпт


 цитата:
Аккуратно побеленные домики с темной соломенной крышей, словно грибы, лепились друг к другу на пологих холмах.


Крышами? И вот думаю, может, не нужно «словно грибы» выделять зпт? Хотя, не уверена.


 цитата:
То и дело слышались рассказы о нападениях кораблей султана на торговые суда и пленение в рабство.


Пленениях


 цитата:
Просторный вытянутый зал библиотеки был прекрасно освящен благодаря двум рядам высоких окон.


Освещен


 цитата:
В центре зала стоял огромный глобус.


Может, возвышался? Чтобы не повторять «стоял».


 цитата:
не меняя птичьего наклона головы кивнул тот.



Зпт после головы?


 цитата:
– Отчасти политического, отчасти – нет.


После первого отчасти тоже тире?


 цитата:
те же широко расставленные зленные глаза,


Очепятка – зеленые




Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1702
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.03.15 16:13. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга

Спасибо, дорогая. Тапки уволокла.

Хелга пишет:

 цитата:
Умная и не надменная

И красивая...

Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38048
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.03.15 21:34. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Маман такая активная, сынок у ней, похоже, под пятой. Опять же странные намеки библиотекаря... Ну не знаю, как-то ненадежно это все выглядит. Впрочем, мы же и не предполагаем, что очередной принц нам подойдет? Выращиваем своего в собственных рядах, так сказать.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1703
ссылка на сообщение  Отправлено: 27.03.15 14:39. Заголовок: apropos http://jpe...


apropos
apropos пишет:

 цитата:
ненадежно это все

Да уж какая надежность?
apropos пишет:

 цитата:
мы же и не предполагаем, что очередной принц нам подойдет?

А кто ж спасать-то принцессу будет?!
apropos пишет:

 цитата:
Выращиваем своего в собственных рядах

Самосад? Так дичок-с выйдет без всякой примеси королевской крови.


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1704
ссылка на сообщение  Отправлено: 27.03.15 15:07. Заголовок: *** Молодой месяц,..


***

Молодой месяц, сияя от любопытства, заглядывал в окно, наполняя комнату серебристым светом.

– Как во сне, – прошептала Селина, проведя рукой по шелковистой поверхности одеяла.

Которую ночь ей снился один и тот же сон: залитая лунным светом гористая пустыня. Сияющий волшебный свет, звенящий дивным колокольным звоном. Как таяла, сливаясь с этим светом, как ширилась, воспаряя в высь с перезвоном ее душа!

Память Селины не запечатлела ни единого события с тех пор как она погрузилась смертельный сон до ее чудесного пробуждения. У нее не осталось ничего от мгновений проведенных с любимым в неведомых простраствах бытия – только краткий дивный сон, возвращающийся к ней каждую ночь. Селина была уверена, что это не сон, не совсем сон, а обрывки воспоминаний о их с Траумом любви.

– Любимый, – прошептала Селина, и глаза ее наполнились слезами. – Мой Траум, где ты?

Селина была уверена, что он не погиб.

– Если я жива, значит, жив и он, – заявила она накануне Агате и гостившей у них Гизельде.
– Селина, – нахмурилась сестра, – тебе придется смириться с его смертью. Если ты жива, значит, его уже нет. Душа за душу – древнее установление.
– Если бы речь шла только о моей душе – я бы с тобой согласилась. Но Провидение не только душу воскресило, Оно вернуло меня.
– Оставь, Селина, не мучь ни себя, ни нас! – в сердцах воскликнула Агата. – Будь благодарна Трауму и, если тебе угодно, храни свою любовь. Но не выдумывай того, чего не может быть.
– Девочка, – рукой остановив старшую сестру, мягко начла Гизельда, но Селина уже знала, что и старая фея не согласна с ней. – Чудо твоего воскресения – это тайна. Тайна, которая, возможно, со временем откроется тебе хотя бы частично. Но чтобы это случилось, в твоем сердце должна быть абсолютная тишина, не потревоженная ни шумом твоих страстных желаний, ни звоном несбыточных надежд – только готовность принять волю Провидения. Тогда ты сможешь услышать Его голос. И только так ты сможешь обрести мир и покой.
– Но я уверена, что наша любовь с Траумом и есть воля Провидения! – не могла смириться Селина.
– Не решай за Провидение, а слушай Его, – наставительно проговорила Гизельда.
– Ну почему, почему мы были столько времени вместе, а я ничего не помню?! – в отчаянии схватилась Селина за голову.
– Вот и подумай почему, – мягко посоветовала Гизельда, вновь подав знак Агате попридержать язык. – Не для того ли, чтобы ты не цеплялась за прошлое? Не упрямься, девочка, оборотись к настоящему.

Селина молчала. Что толку ломать копья? А в сердце такая неизбывная боль, с которой не сравниться и боль ожога, полученного от прикосновения Траума. Тогда боль была знаком их единения, сейчас – разлуки.

– В царстве снов теперь новый владыка Шлаф, – сообщила Агата. – Магистр Рев заходил утром. Селина, – окликнула она погрузившуюся в невеселые думы сестру.
– Я слышу, – угрюмо ответила та.
– Новый владыка может отнестись к нашей идеей с Элизой не столь благосклонно, как Траум. Элиза в опасности.
– Ах, так теперь ты уверена, в том, что Траум был благосклонен к нашей идее? Что он помогал нам? Что он не был коварным злодеем? – не смогла сдержать раздражения Селина.
– Да, теперь я уверена. Потому что он спас тебя, пожертвовав собой. Но я надеюсь, ты не думаешь, что следующий владыка снов подобно Трауму будет сейчас же сражен твоими прелестями?
– Может быть, он пленится твоими?
– Прекратите! – Гизельда стукнула ладонью по ручке кресла.

Перебранка умолкла, но напряжение все также звенело в воздухе.

– Удивительно! Вы обе готовы были пожертвовать друг за друга жизнью, а сейчас ссоритесь, как две глупые девчонки, – пристыдила сестер Гизельда. – Вы обе едва не потеряли друг друга. Будьте благоразумны. Научитесь радоваться тому, что имеете. Помните: то, что вас соединяет, не соразмерно больше того, что разделяет.

Старая фея помолчала и продолжила.

– Никто не знал каков он, великий владыка Траум. И нам всем посчастливилось узнать, что он был действительно великим. Я думаю, что твое воскресение, Селина, – это признание самим Провидением величия сердца владыки снов. И нет смысла говорить о том, как мы ему благодарны, и как высоко ценим его. Наша любовь и память о нем, не должна омрачаться нашими ссорами о том, кто знал его лучше. Действительно, владыка снов, как оказалось, был добр к вам и помогал в вашей затее. Так не дайте вашим глупым раздорам обратить свидетельства его сердечности в прах. Спасение Элизы – это тоже память о великом сердце Траума. Займитесь этим. А это – вам ли не знать! – непростая задача. Действуйте, как прежде, вместе и сообща, доверяя и помогая друг другу. Тогда у вас все получится.

Селина понимала, Гизельда права – ей надо заняться делами. Она оправилась и чувствовала себя вполне здоровой. А слабость, которая порой накрывала ее тяжелым покрывалом, была не от болезни, а от тоски. Разлука была невыносима. Отчаяние подкрадывалось, опутывая волю темной паутиной, и присасывалось к сердцу, словно вампир, по капли цедящий кровь.

– Как мне жить без тебя? – прошептала Селина.

Только чудные сны приносили ей покой.

– Я не помню событий, произошедших с нами, но я помню счастье нашей любви, Траум.

В посветлевшем небе, видимое через незашторенное окно, медленно гасли звезды, таял тонкий серебряный серп молодого месяца.

– Разве этого мало?– пристыдила саму себя Селина. – Траум, я люблю тебя, где бы ты сейчас ни находиться…



Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30700
ссылка на сообщение  Отправлено: 29.03.15 12:33. Заголовок: Юлия пишет: Юлия h..


Юлия

Эх, готова даже смириться с "уходом" Траума. Воспарением или не знаю, как лучше назвать. Готова, но не хочется.
Да еще и его преемник личность смутная, и неизвестно, как он отнесется к Элизе. Да, нити судьбы и событий...

Юлия пишет:

 цитата:
Так дичок-с выйдет без всякой примеси королевской крови.



Свежая кровь необходима королевской династии.

Чуть тапочков:


 цитата:
Память Селины не запечатлела ни единого события с тех пор как она погрузилась смертельный сон до ее чудесного пробуждения.


Зпт перед "с тех пор как"? И, может, "до своего чудесного пробуждения"?

Юлия пишет:

 цитата:
– В царстве снов теперь новый владыка Шлаф, – сообщила Агата. – Магистр Рев заходил утром. Селина, – окликнула она погрузившуюся в невеселые думы сестру.


Может, как-то так?

– Магистр Рев заходил утром и сказал, что в царстве снов теперь новый владыка, Шлаф, – сообщила Агата.
- Селина! – окликнула она погрузившуюся в невеселые думы сестру.

Юлия пишет:

 цитата:
и присасывалось к сердцу, словно вампир, по капли цедящий кровь.


по капле



Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38050
ссылка на сообщение  Отправлено: 29.03.15 22:48. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия
Хелга пишет:
 цитата:
Эх, готова даже смириться с "уходом" Траума.

Вот совсем не готова! Он должен появиться - без него никак, и он еще не сыграл свою основную роль в этой пиесе (с).

Тапков чуток поднабралось.

 цитата:
как ширилась, воспаряя в высь с перезвоном(,) ее душа!

Ввысь - вместе, ну и запятая там по интонации и контексту - или после выси, или после перезвона.
 цитата:
как она погрузилась (в) смертельный сон

Предлог пропущен.
 цитата:
ничего от мгновений(,) проведенных с любимым в неведомых простра(н)ствах бытия

Запятая, и буква пропущена.

 цитата:
обрывки воспоминаний о(б) их с Траумом любви.

Перед гласной добавляется "б" - об их.

 цитата:
мягко нач(а)ла Гизельда

Буква пропущена.
 цитата:
Но(,) чтобы это случилось,

Запятая.
 цитата:
– Вот и подумай(,) почему,

Запятая нужна, кмк.
 цитата:
к нашей идеей с Элизой

К нашей идее.
 цитата:
что следующий владыка снов(,) подобно Трауму(,) будет сейчас же сражен

Кажется, запятые все же нужны.
 цитата:
напряжение все также звенело в воздухе.

Здесь раздельно, нет?
 цитата:
то, что вас соединяет, не соразмерно больше того, что разделяет.

Слитно - ?
 цитата:
– Никто не знал(,) каков он, великий владыка Траум.

Запятая.
 цитата:
Наша любовь и память о нем, не должна омрачаться

Лишняя запятая.
 цитата:
В посветлевшем небе, видимое через незашторенное окно,

Небе, видимом (...)
 цитата:
где бы ты сейчас ни находиться

ни находился (...)

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30706
ссылка на сообщение  Отправлено: 29.03.15 23:36. Заголовок: apropos пишет: Он д..


apropos пишет:

 цитата:
Он должен появиться - без него никак, и он еще не сыграл свою основную роль в этой пиесе (с).


А, может, сыграл? Благодаря ему возникла такая параллельная история, повторяющая отношения главных героев, но с драматичным финалом. Да еще и преемник у него в результате оказался. Автор, прости, если получились у меня инсинуации.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38054
ссылка на сообщение  Отправлено: 29.03.15 23:47. Заголовок: Хелга пишет: А, може..


Хелга пишет:
 цитата:
А, может, сыграл? Благодаря ему возникла такая параллельная история, повторяющая отношения главных героев, но с драматичным финалом.

Вот поспорю (тоже прошу прощения у автора за инсинуации, но не могу молчать! )
Это не просто параллельная история любви каких-то второстепенных персонажей. Селина и Траум - в том числе - непосредственные участники и в определенной степени вершители судьбы главных героев. И, на мой взгляд, то, как сложится их жизнь, это повлияет - и уже влияет - и на развитие событий основной интриги. Их история не может быть простой случайностью, как и не может вдруг закончиться, едва начавшись.


______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1705
ссылка на сообщение  Отправлено: 30.03.15 17:34. Заголовок: Хелга , apropos htt..


Хелга , apropos

Спасибо, дорогие, и за тапки, и за чудную дискуссию.

apropos пишет:

 цитата:
прошу прощения у автора за инсинуации


Инсинуации невозможны - текст уже написан.

А ваши мнения как всегда мне очень дороги. Но не знаю уж, угодит ли история Селины и Траума моим драгоценным читателям. Можно вернуться к обсуждению позже, когда Селина наконец перестанет мутить воду, и конец истории обозначится более четко.

Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1706
ссылка на сообщение  Отправлено: 30.03.15 20:18. Заголовок: Снова политика... ..



Снова политика...

***

– Эта черт знает какая ерунда! – прогремел король Дерелье, услышав о предложении Шаула из уст своей супруги. – Мальчишка должен сражаться, а не жениться! Хватит держать его у своей юбки! Ему уже семнадцать. В его возрасте я уже не раз участвовал в битвах.

Королева Изабелла, изогнув бровь, молча взирала на разбушевавшегося супруга.

– Вы не устаете твердить об отсутствии патриотизма у моих солдат, – не унимался король. – Но ваши хваленные возвышенные искусства, как видно, не родили патриотизма даже в сердце вашего собственного сына!

Король и королева не испытывали приязни друг ко другу и не старались скрыть этого. Шаул будучи свидетелем этой громкой ссоры чувствовал себя отвратительно. Тем более что именно его предложение послужило причиной для гневной вспышки короля.

Королева же с принцем, приняв его утром, были на удивление весьма благосклонны. Романтическую историю о спящей принцессе, бывшей наследнице Оланда, тонко чувствующие поэтику мать и сын выслушали, не усомнившись в ее подлинности. И, конечно, у них не было никакого сомнения в том, что Дамон с избытком обладал всем превосходными качествами души, чтобы разбудить принцессу.

Принц сразу же начал строить планы, уверенный, что сумеет заручиться помощью городов в войне против султана. Однако здесь мнения матери и сына разошлись. Королева, как показалось Шаулу, была не прочь отправить сына подальше от султана и военных планов мужа, но не верила в успех переговоров. А принц же оказался горячим сторонником блефа.

– Мама, это – игра. Мне только надо взять с собой хорошего дипломата, например Блуффо, он с легкостью сможет сторговаться с купцами.
– Но как, дорогой мой? – подняла высокие брови королева, изящно поведя белоснежными плечами. – Предложить нам нечего, а угрожать глупо.
– Дело не в том, какие карты ты держишь на руках, мама, – возражал принц. – Главное – что ты сможешь внушить другому игроку. Поверь мне, я смогу. Игра стоит свеч. У них есть огромный флот, мама, а мы без флота задохнемся. Султан нас раздавит как мошку. Достаточно одного сражения, чтобы наемники, которых набрал отец, были разбиты. Если я приду вместе с флотом, то даже не поспев к началу военных действий, я смогу ударить султану в тыл. И мы сможем прогнать его в тартарары!
– А как ты попадешь в Оланд?
– На одном из кораблей, что сейчас патрулируют берег, доберусь до острова Рыцарей. А там уже до Оланда рукой подать. За месяц-два будем на месте.

«По крайней мере решительности принцу не занимать», – без особого восторга отметил Шаул. Он отчего-то не испытал радости по поводу своего успеха. Возможно, из-за того, что спонтанно родившийся план принца мог оказаться нереальным для практического осуществления. А, может быть, из-за сомнений принятия этого плана королем.

– Вы считаете это возможным, граф? – обратила к нему взволнованный взор королева.
– Мне трудно судить, не зная деталей, ваше величество, – ответил Шаул. – Но если положение Аустеррии столь отчаянно, как говорит принц, то не стоит ли рискнуть?
– Это так опасно, милый, – грустно проговорила королева, обращаясь к сыну.
– Не опасней, чем участвовать в отцовских сражениях, – парировал юноша.

Глаза королевы наполнились слезами.

– О, мама! – воскликнул принц и бросился к матери, опустившись перед ней, он взял ее руку бессильно упавшую на колени, и покрыл поцелуями. – Мама, не разрывайте мне сердца.

Королева наклонилась к золотистой макушке сына и прижалась к ней щекой.

– Прости меня, милый, – сквозь слезы прошептала она. – Ты уже вырос, а я все никак не привыкну.

Король отреагировал иначе.

– Ты трусливый щенок, – набросился на него тот, – если вздумал бежать и прятаться под юбку какой-то принцессы! Мужчина встречает врага мечом, а не спущенными штанами.

Манеры короля не многим отличались от манер его солдат.

– Ну причем тут это? – досадливо поморщился принц Дамон. – У нас появилась прекрасная возможность восстановить флот. Не мне вам говорить, как он важен для нас. На острове нет, кроме портовой крепости, ни одного фортификационного сооружения. Султан пройдет по нашей земле, как по вымощенной дороге, не преткнувшись.
– Преткнется! – прогремел король. – Армия, которую я возглавлю, станет неприступной крепостью для султана. И ты должен быть рядом со мной.
– А если султан высадится не в порту, где вы его ждете, а по всей береговой линии? Людей у него хватает. Сколько мы продержимся, запертые с одной стороны непроходимым перевалом, а с другой – флотом султана? Чтобы выжить, нам необходимо море.

Король в бешенстве уставился на сына, не находя быстрого ответа.

– Отец, нам нужен флот! – воспользовался тот возникшей паузой и, сменив тон, заговорил скороговоркой: – Вы сами всегда утверждали, что флот для нашего королевства – основное средство защиты и нападения. Мы побьем султана на море, прогоним его с близлежащих островов и запрем его самого на южном побережье, вернув себе власть в акватории.

Смелые планы принца, казалось, поколебали уверенность короля. И действительно, его величество, не преставая хмуриться, все же созвал своих министров и советников, чтобы обсудить появившуюся возможность. Они собрались в роскошно убранном зале. Роспись богато украшенного позолотой потолка, на которой красовались пышнотелые аллегории мудрости, справедливости и прочих добродетелей благого правления, была призвана, вероятно, вдохновить на благие деяния собравшихся под ним государственных мужей.

Советники во главе с королем и принцем по правую его руку расположились вокруг длинного стола красного дерева. За их спинами на стульях у стен сидели начальник дворцовой стражи, дипломат, о котором упоминал принц, у противоположной стены Шаул увидел своего знакомого, монсеньора Аббатини, рядом с ним Шаул, любезно приглашенный на совет, и присел.

Еще в доверительной беседе с королевой принц Дамон предложил о колдовстве и столетнем сне не упоминать ни скептически настроенному королю, ни его советникам, ограничившись сообщением о наследнице Оланда, брак с которой позволит принцу претендовать на земли Содружества независимых городов. И сейчас, на совете, речь об Элизе совсем не шла. Кому интересна далекая принцесса, обладающая лишь правом, но не действительной властью? К Шаулу почти не обращались. Обсуждали военную угрозу со стороны султаната в свете открывшейся возможности обретения нового союзника. Мнения советников короля разделились на сторонников и противников вступления в переговоры Содружеством, и они битый час ломали копья, опровергая противоположную точку зрения.

Поначалу Шаул слушал их, пытаясь разобраться в настоящем положении дел, но аргументы спорящих, казалось, диктовались их политическими амбициями, а не пользой королевства, и, потеряв интерес, Шаул углубился в размышления. Тяжкие сомнения не давали ему покоя. Не поспешил ли он доверить принцу Элизу? Какое будущее он готовит бедняжке? И что сам принц представляет собой? Шаул не симпатизировал принцу. Впрочем, он не был уверен, что неприязненные чувства не рождены его ревностью. И план принца вызывал у него тревогу. Шаул не был посвящен в частные подробности, а сроки, заявленные принцем, были излишне оптимистическими. На его возражения принц недовольно ответил:

– Оставьте, Клаверден. Если признаю, что речь идет о полугоде или даже более того, отец меня не отпустит. В конце концов, вы сами уверяли меня, что время принцессы истекает через пару месяцев. Если вы хотите, чтобы я отправился за вашей принцессой, прикусите язык.
– Если быть точным, ваше высочество, я заинтересован в том, чтобы вы спасли принцессу, а не просто выбрались из Аустеррии, – едва сдерживая раздражение, ответил Шаул. – Меня волнует реальность исполнения вашего плана. Хорошо ли продуманы его детали. И каковы запасные варианты, на случай если что-то сорвется.
– Запасные варианты есть, не беспокойтесь, – усмехнулся принц. – Но вам придется положиться на меня. Подробности я вам не намерен сообщать. Вы все равно не сможете помочь, а осторожность лишней не бывает. И, кстати, перестаньте морочить голову моей матушке.
– Что вы имеете в виду, ваше высочество? – вскинулся Шаул, чувствуя, как краска разливается у него по ушам.
– Не стройте из себя святую невинность, Клаверден. Моя матушка слишком добра к вам.

Это было правдой. Всего день Шаул провел во дворце, а королева Изабелла была с ним доверчива и мила, словно с давним другом.

- Если бы не вы, я бы ни за что не дала своего согласия на поездку Дамона. Но вам я верю. Если спящая принцесса существует на самом деле, то известие о ней мог привезти только рыцарь Ланселот, – заглянула королева ему в глаза, смутив Шаула проникновенным взглядом и двусмысленностью сравнения.

Вместе с искренней признательностью он не мог не испытывать замешательства от знаков внимая прекрасной королевы. Заливаясь краской, Шаул разглядывал собственные пальцы, на которых до сих пор ощущал доверительное пожатие ее величества, когда получил толчок под локоть от монсеньора Аббатини. Подняв глаза, он увидел, что на него пристально смотрит начальник дворцовой стражи. Он стоял около своего стула, с противоположной стороны стола прямо напротив Шаула.

– Мы почти уверены, ваше величество, что столица наполнена шпионами султана, – медленно произнес он, переведя взгляд на короля. – Так как же мы можем вверять судьбу принца и всего королевства никому не известному человеку? – он поднял руку, указывая на Шаула. – И предложение морского пути – не свидетельствует ли о возможном сговоре с флотом султана?

Все взоры обратились к Шаулу. Он поднялся.

– Я понимаю и, более того, вполне разделяю вашу осторожность, – осторожно начал Шаул. – Как свидетельство о своей персоне у меня имеется рыцарская грамота, полученная от герольда принца Кристиана властителя Адхельма, действующего от его имени, а также перстень епископа Эльтюда, которые я уже имел честь показывать их величествам и его высочеству. Честью моего суверена и духовного князя заверены и мои честные намерения, – он слегка поклонился королю и всем присутствующим и продолжил: – Что же касается способа передвижения, он выбран не мною, а самим его высочеством принцем Дамоном, и у меня нет оснований ставить под сомнение резонность его доводов в пользу морского путешествия. С другой стороны, моя миссия ни в коей мере не зависит ни от вида транспорта, ни от способа передвижения его высочества в Оланд, и у меня нет никаких пожеланий, кроме безопасности и по возможности скорейшего возвращения на родину.

– Не будет ли дерзостью с моей стороны, ваше величество, – начальник стражи почтительно склонился в сторону короля, – посоветовать вам оказать гостеприимство графу Клавердену и оставить его в вашем дворце до отъезда принца, если таковой будет разрешен вами.

– Действительно, – кивнул головой король. – Так будет спокойней. Милости просим, Клаверден, – повернулся он к Шаулу без тени радушия.

Шаул понял, что угодил под арест, но спорить не стал, а лишь почтительно склонился в коротком поклоне.

– Почту за честь, ваше величество, – произнес он и опустился на свое место.


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30709
ссылка на сообщение  Отправлено: 02.04.15 21:34. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Политика - политикой, но именно в политике стал проявляться, словно фотография, характер принца. И куда девался тонкий ценитель искусств?

Чуть тапочков:


 цитата:
Но ваши хваленные возвышенные искусства, как видно, не родили патриотизма даже в сердце вашего собственного сына!


Хваленые


 цитата:
Шаул будучи свидетелем этой громкой ссоры чувствовал себя отвратительно.


Здесь, наверное, зпт.
Шаул, будучи свидетелем этой громкой ссоры, чувствовал себя отвратительно.


 цитата:
И действительно, его величество, не преставая хмуриться,


Переставая?


 цитата:
Мнения советников короля разделились на сторонников и противников вступления в переговоры Содружеством,


с Содружеством.




Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38056
ссылка на сообщение  Отправлено: 02.04.15 23:08. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Странноватая семейка - принц мутный и глуповатый (мягко говоря), мамаша - нимфоманка, папаша - солдафон. Вдруг спохватились и арестовали Шаула, после того, как пригласили на совещание и все ему рассказали.
Ну, дело, похоже, не выгорит (да и не должно).

Из тапков:
 цитата:
Король отреагировал иначе.
– Ты трусливый щенок, – набросился на него тот, – если вздумал бежать и прятаться под юбку какой-то принцессы!

А если чуть изменить (?):
– Трусливый щенок! – набросился на принца король. – Вздумал бежать и прятаться под юбку какой-то принцессы?!

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1708
ссылка на сообщение  Отправлено: 05.04.15 15:13. Заголовок: Хелга , apropos htt..


Хелга , apropos

Спасибо, дорогие.
Все тапки уволокла.

apropos пишет:

 цитата:
мамаша - нимфоманка, папаша - солдафон



Папаша - да, грубый, недалекий. Уступает под давлением сына, потому что и сам не уверен в успехе его собственного плана. Говорит сыну:

 цитата:
Армия, которую я возглавлю, станет неприступной крепостью для султана. И ты должен быть рядом со мной.

Ситуация последнего боя: сделаем все, что сможем, и погибнем. И в этом последнем бою сын, конечно же, должен быть рядом.

А мамаша предполагается более расширенной версии, чем просто озабоченная сексом дама средних лет. Ее увлеченность Шаулом, с одной стороны, объясняется впечатлительной натурой любительницы искусств, не оставшейся равнодушной к романтической истории спящей принцессы и ее герольда. С другой стороны, именно эта романтическая увлеченность помогает ей согласиться с самой идеей, весьма, как уже обсуждалось, спорной.

Хелга пишет:

 цитата:
в политике стал проявляться, словно фотография, характер принца

Вот только каков он? Тонкий ценитель наверняка отступил на второй план. Этот образ скорее для утешения нежной матушки.

apropos пишет:

 цитата:
принц мутный и глуповатый (мягко говоря)


Это автор подкачал. Принц чрезмерно самоуверенный, надменный - он считает себя гораздо умнее всех, непревзойденным стратегом. Ни мать, к которой искренне привязан, ни тем более отца, которого наверняка презирает, не принимает всерьез. У него есть собственный план спасения королевства, и он уверен, что успешный. Он не боится рисковать, не боится неудачи, легко соглашается на дополнительные опции (такие как попутное спасение принцессы), и на все это у него есть запасной план.
Но он не должен был показаться глупым
Что же поправить? Может быть, не хватает намека, что принца есть свой план, а план Шаула - это лишь дополнительный вариант? Это открывается позже, но…

apropos пишет:

 цитата:
Вдруг спохватились и арестовали Шаула, после того, как пригласили на совещание и все ему рассказали.


Вообще-то ему ничего неизвестно, кроме того, что его предложение может быть принято. А арестовали они его, чтобы он не сообщил, если вдруг у него есть сообщники, и это. Шаул не знает, каким образом и когда будет осуществлен побег принца из-под носа султана, кроме того, что произойдет это морем. Но других вариантов все равно и не могло быть.


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30718
ссылка на сообщение  Отправлено: 05.04.15 18:02. Заголовок: Юлия пишет: Может б..


Юлия пишет:

 цитата:
Может быть, не хватает намека, что принца есть свой план, а план Шаула - это лишь дополнительный вариант? Это открывается позже, но…


Если позже открывается, то, наверное, намек и не нужен. Просто показалось резковатым изменение характеров и поведения. С другой стороны, в каждой ситуации человек проявляется по-разному.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1712
ссылка на сообщение  Отправлено: 05.04.15 19:10. Заголовок: Хелга пишет: резков..


Хелга пишет:

 цитата:
резковатым изменение характеров и поведения


Разве?
Ведь до этого он их впервые увидел и заметил, что королева весьма хорошо чувствует себя в артистической среде, мила, незаносчива, благоволит к сыну. Сын красив, как и было обещано, элегантен, готов к неожиданным поворотам. И считает уместным вопрос:
 цитата:
– Вы полагаете, что благородство может быть вознаграждено?


Мне казалось, королева вполне могла оказаться увлекающейся натурой. А ее сын, наоборот, холодным типом, авантюристом или макиавеллевским правителем...

Я немного конкретизировала реакцию Шаула. Может быть, так будет лучше?

«По крайней мере решительности принцу не занимать», – без особого восторга отметил Шаул. Он не испытал радости по поводу своего успеха. Возможно, из-за того, что спонтанно родившийся план принца мог оказаться нереальным для практического осуществления. А может быть, его смутила уверенность принца в успехе переговоров с Содружеством, походившая на пустое бахвальство. Хотя Дамон не выглядел глупцом и, будучи правителем Аустеррии, где сословие купцов было очень влиятельно, весьма вероятно, не только знал, с чем ему придется столкнуться, но и имел ключ к решению этой задачи. В любом случае оставался вопрос о принятии этого плана королем.

– Вы считаете это возможным, граф?


И еще в другом месте:
Тяжкие сомнения не давали ему покоя. Не поспешил ли он доверить принцу Элизу? Какое будущее он готовит бедняжке? И что сам принц представляет собой? Шаул не симпатизировал принцу. Впрочем, он не был уверен, что неприязненные чувства не рождены его ревностью. А если отбросить сантименты, Шаул опасался, что план принца обернется чудовищной авантюрой. В частные подробности плана он не был посвящен, но сроки, заявленные Дамоном, были невероятными. На его возражения принц недовольно ответил:

– Оставьте, Клаверден. Если признаю, что речь идет о полугоде или даже более того, отец меня не отпустит. В конце концов, вы сами уверяли меня, что время принцессы истекает через пару месяцев. Если вы хотите, чтобы я отправился за вашей принцессой, прикусите язык.
– Если быть точным, ваше высочество, я заинтересован в том, чтобы вы спасли принцессу, а не просто выбрались из Аустеррии, – едва сдерживая раздражение, ответил Шаул. – Меня волнует реальность исполнения вашего плана. Хорошо ли продуманы его детали. И каковы запасные варианты, на случай если что-то сорвется.
– Запасные варианты есть, не беспокойтесь


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30724
ссылка на сообщение  Отправлено: 05.04.15 21:47. Заголовок: Юлия пишет: королев..


Юлия пишет:

 цитата:
королева вполне могла оказаться увлекающейся натурой. А ее сын, наоборот, холодным типом, авантюристом или макиавеллевским правителем...


Вполне могли. Возможно, впечатление было от чтения по частям.

Юлия пишет:

 цитата:
Я немного конкретизировала реакцию Шаула. Может быть, так будет лучше?


Наверное, да, больше ощущений и мыслей Шаула.



Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38060
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.04.15 19:36. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/g..


Юлия

А можно еще раз выложить последний фрагмент - уже с новыми правками?
Хотелось бы его целиком перечитать и более обстоятельно вникнуть, так сказать.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1713
ссылка на сообщение  Отправлено: 07.04.15 14:05. Заголовок: Хелга apropos http:..


Хелга apropos

apropos пишет:

 цитата:
А можно еще раз выложить последний фрагмент



Не читатели, а ангелы...

***

– Эта черт знает какая ерунда! – прогремел король Дерелье, услышав о предложении Шаула из уст своей супруги. – Мальчишка должен сражаться, а не жениться! Хватит держать его у своей юбки! Ему уже семнадцать! В его возрасте я уже не раз участвовал в битвах!

Королева Изабелла, изогнув бровь, молча взирала на разбушевавшегося супруга.

– Вы не устаете твердить об отсутствии патриотизма у моих солдат, – не унимался король. – Но ваши хваленые возвышенные искусства, как видно, не родили патриотизма даже в сердце вашего собственного сына!

Король и королева не испытывали приязни друг ко другу и не старались скрыть этого. Шаул, будучи свидетелем этой громкой ссоры, чувствовал себя отвратительно. Тем более что именно его предложение послужило причиной для гневной вспышки короля.

Королева же с принцем, приняв его утром, были на удивление весьма благосклонны. Романтическую историю о спящей принцессе, бывшей наследнице Оланда, тонко чувствующие поэтику мать и сын выслушали, не усомнившись в ее подлинности. И, конечно, у них не было никакого сомнения в том, что Дамон с избытком обладал всеми превосходными качествами души, чтобы разбудить принцессу.

Принц, воодушевившись, тут же начал строить планы, уверенный, что сумеет заручиться помощью городов в войне против султана. Однако здесь мнения матери и сына разошлись. Королева, как показалось Шаулу, была не прочь отправить сына подальше от султана и военных планов мужа, но не верила в успех переговоров. А принц же оказался горячим сторонником блефа.

– Мама, это – игра. Мне только надо взять с собой хорошего дипломата, например Блуффо, он с легкостью сможет сторговаться с купцами.
– Но как, дорогой мой? – подняла высокие брови королева, изящно поведя белоснежными плечами. – Предложить нам нечего, а угрожать им глупо.
– Дело не в том, какие карты ты держишь на руках, мама, – возражал принц. – Главное – что ты сможешь внушить другому игроку. Поверь мне, я смогу. Игра стоит свеч. У них есть огромный флот, мама, а мы без флота задохнемся. Султан нас раздавит как мошку. Достаточно одного сражения, чтобы наемники, которых набрал отец, были разбиты. Если я приду вместе с флотом, то даже не поспев к началу военных действий, я смогу ударить султану в тыл. И мы прогоним его в тартарары!
– А как ты попадешь в Оланд?
– На одном из кораблей, что сейчас патрулируют берег, доберусь до острова Рыцарей. А там уже до Оланда рукой подать. За месяц-два будем на месте.

«По крайней мере решительности принцу не занимать», – без особого восторга отметил Шаул. Он не испытал радости по поводу своей удачи. Возможно, из-за того, что спонтанно родившийся план принца мог оказаться нереальным для практического осуществления. А, может быть, его смутила уверенность принца в успехе переговоров с Содружеством, походившая на пустое бахвальство. Хотя Дамон не выглядел глупцом и, будучи правителем Аустеррии, где сословие купцов было очень влиятельно, весьма вероятно, не только знал, с чем ему придется столкнуться, но и имел ключ к решению этой задачи. В любом случае оставался вопрос о принятии этого плана королем.

– Вы считаете это возможным, граф? – обратила к нему взволнованный взор королева.
– Мне трудно судить, не зная деталей, ваше величество, – ответил Шаул. – Но если положение Аустеррии столь отчаянно, как говорит принц, то не стоит ли рискнуть?
– Это так опасно, милый, – грустно проговорила королева, обращаясь к сыну.
– Не опасней, чем участвовать в отцовских сражениях, – парировал юноша.

Глаза королевы наполнились слезами.

– О, мама! – воскликнул принц и бросился к матери, опустившись перед ней, он взял ее руку бессильно упавшую на колени, и покрыл поцелуями. – Мама, не разрывайте мне сердца.

Королева наклонилась к золотистой макушке сына и прижалась к ней щекой.

– Прости меня, милый, – сквозь слезы прошептала она. – Ты уже вырос, а я все никак не привыкну.

Король отреагировал иначе.

– Трусливый щенок! – набросился на него тот. – Вздумал бежать и прятаться под юбку какой-то принцессы?! Мужчина встречает врага мечом, а не спущенными штанами.

Манеры короля не многим отличались от манер его солдат.

– Ну причем тут это? – досадливо поморщился принц Дамон. – У нас появилась прекрасная возможность восстановить флот. Не мне вам говорить, как он важен для нас. На острове нет, кроме портовой крепости, ни одного фортификационного сооружения. Султан пройдет по нашей земле, как по вымощенной дороге, не преткнувшись.
– Преткнется! – прогремел король. – Армия, которую я возглавлю, станет неприступной крепостью для султана. И ты должен быть рядом со мной.
– А если султан высадится не в порту, где вы его ждете, а по всей береговой линии? Людей у него хватает. Сколько мы продержимся, запертые с одной стороны непроходимым перевалом, а с другой – флотом султана? Чтобы выжить, нам необходимо море.

Король в бешенстве уставился на сына, не находя быстрого ответа.

– Отец, нам нужен флот! – воспользовался тот возникшей паузой и, сменив тон, заговорил скороговоркой: – Вы сами всегда утверждали, что флот для нашего королевства – основное средство защиты и нападения. Мы побьем султана на море, прогоним его с близлежащих островов и запрем его самого на южном побережье, вернув себе власть в акватории.

Смелые планы принца, несмотря на их кажущуюся феерическую эфемерность, все-таки поколебали уверенность короля. И его величество, не переставая хмуриться, созвал своих министров и советников, чтобы обсудить появившуюся возможность. Они собрались в роскошно убранном зале. Роспись богато украшенного позолотой потолка, на которой красовались пышнотелые аллегории мудрости, справедливости и прочих добродетелей благого правления, была призвана, вероятно, вдохновить на благие деяния собравшихся под ним государственных мужей.

Советники во главе с королем и принцем по правую его руку расположились вокруг длинного стола красного дерева. За их спинами на стульях у стен сидели начальник дворцовой стражи, дипломат, о котором упоминал принц, у противоположной стены Шаул увидел своего знакомого, монсеньора Аббатини, рядом с ним Шаул, любезно приглашенный на совет, и присел.

Еще в доверительной беседе с королевой принц Дамон предложил о колдовстве и столетнем сне не упоминать ни скептически настроенному королю, ни его советникам, ограничившись сообщением о наследнице Оланда, брак с которой позволит принцу претендовать на земли Содружества независимых городов. И сейчас, на совете, речь об Элизе совсем не шла. Кому интересна далекая принцесса, обладающая лишь правом, но не действительной властью? К Шаулу почти не обращались. Обсуждали военную угрозу со стороны султаната в свете открывшейся возможности обретения нового союзника. Мнения советников короля разделились на сторонников и противников вступления в переговоры с Содружеством, и они битый час ломали копья, опровергая противоположную точку зрения.

Поначалу Шаул слушал их, пытаясь разобраться в настоящем положении дел, но аргументы спорящих, казалось, диктовались их политическими амбициями, а не пользой королевства, и, потеряв интерес, Шаул углубился в размышления. Тяжкие сомнения не давали ему покоя. Не поспешил ли он доверить принцу Элизу? Какое будущее он готовит бедняжке? Он не разделял убежденности принца в успехе военной кампании против султана даже с обретением нового флота. Да и что этот Дамон представляет собой? Самого Шаула принц раздражал. Впрочем, он не был уверен, что неприязненные чувства не рождены ревностью. А если отбросить сантименты, гораздо более Шаул опасался, что путешествие в Оланд обернется чудовищной авантюрой. В частные подробности плана принца он не был посвящен, но сроки, заявленные Дамоном, были невероятными. На его возражения тот недовольно ответил:

– Оставьте, Клаверден. Если признаю, что речь идет о полугоде и даже более того, отец меня не отпустит. В конце концов, вы сами уверяли меня, что время принцессы истекает через пару месяцев. Если вы хотите, чтобы я отправился за вашей принцессой, прикусите язык.
– Если быть точным, ваше высочество, я заинтересован в том, чтобы вы спасли принцессу, а не просто выбрались из Аустеррии, – едва сдерживая раздражение, ответил Шаул. – Меня волнует реальность исполнения вашего плана. Хорошо ли продуманы его детали. И каковы запасные варианты, на случай если что-то сорвется.
– Запасные варианты есть, не беспокойтесь, – усмехнулся принц. – Но вам придется положиться на меня. Подробности я вам не намерен сообщать. Вы все равно не сможете помочь, а осторожность лишней не бывает. И, кстати, перестаньте морочить голову моей матушке.
– Что вы имеете в виду, ваше высочество? – вскинулся Шаул, чувствуя, как краска разливается у него по ушам.
– Не стройте из себя святую невинность, Клаверден. Моя матушка слишком добра к вам.

Это было правдой. Всего день Шаул провел во дворце, а королева Изабелла была с ним доверчива и мила, словно с давним другом. «Если бы не вы, я бы ни за что не дала своего согласия на поездку Дамона. Но вам я верю. Если спящая принцесса существует на самом деле, то известие о ней мог привезти только рыцарь Ланселот», – заглянула королева ему в глаза, смутив Шаула проникновенным взглядом и двусмысленностью сравнения. Вместе с искренней признательностью он не мог не испытывать замешательства от знаков внимая прекрасной королевы.

Заливаясь краской, Шаул разглядывал собственные пальцы, на которых до сих пор ощущал доверительное пожатие ее величества, когда получил толчок под локоть от монсеньора Аббатини. Подняв глаза, он увидел, что на него пристально смотрит начальник дворцовой стражи. Он стоял около своего стула, с противоположной стороны стола прямо напротив Шаула.

– Мы почти уверены, ваше величество, что столица наполнена шпионами султана, – медленно произнес он, переведя взгляд на короля. – Так как же мы можем вверять судьбу принца и всего королевства никому не известному человеку? – он поднял руку, указывая на Шаула. – И предложение морского пути – не свидетельствует ли о возможном сговоре с флотом султана?

Все взоры обратились к Шаулу. Он поднялся.

– Я понимаю и, более того, вполне разделяю вашу осторожность, – осторожно начал Шаул. – Как свидетельство о своей персоне у меня имеется рыцарская грамота, полученная от герольда принца Кристиана властителя Адхельма, действующего от его имени, а также перстень епископа Эльтюда, которые я уже имел честь показывать их величествам и его высочеству. Честью моего суверена и духовного князя заверены и мои честные намерения, – он слегка поклонился королю и всем присутствующим и продолжил: – Что же касается способа передвижения, он выбран не мною, а самим его высочеством принцем Дамоном, и у меня нет оснований ставить под сомнение резонность его доводов в пользу морского путешествия. С другой стороны, моя миссия ни в коей мере не зависит ни от вида транспорта, ни от способа передвижения его высочества в Оланд, и у меня нет никаких пожеланий, кроме безопасности и по возможности скорейшего возвращения на родину.

– Не будет ли дерзостью с моей стороны, ваше величество, – начальник стражи почтительно склонился в сторону короля, – посоветовать вам оказать гостеприимство графу Клавердену и оставить его в вашем дворце до отъезда принца, если таковой будет разрешен вами.

– Действительно, – кивнул головой король. – Так будет спокойней. Милости просим, Клаверден, – повернулся он к Шаулу без тени радушия.

Шаул понял, что угодил под арест, но спорить не стал, а лишь почтительно склонился в коротком поклоне.

– Почту за честь, ваше величество, – произнес он и опустился на свое место.


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1714
ссылка на сообщение  Отправлено: 07.04.15 14:57. Заголовок: Следующий отрывок - ..


Следующий отрывок - оценка событий Элизой. Там тоже о Дамоне...

Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30731
ссылка на сообщение  Отправлено: 07.04.15 23:21. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Замечательно, что повторила отрывок! Пошла читать.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30735
ссылка на сообщение  Отправлено: 09.04.15 22:37. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Собранный вариант, как мне кажется, точнее и понятнее. Юный принц загорелся идеей показать свои возможности и показать на что способен своему родителю. Но там, где играют в политику, нет места простым нормальным чувствам.

Юлия пишет:

 цитата:
Тем более что именно его предложение послужило причиной для гневной вспышки короля.



Зпт после тем более?



Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38066
ссылка на сообщение  Отправлено: 12.04.15 21:27. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Соглашусь с Хелгой, что уточнения к месту, принц вырисовывается более четко.
Юлия пишет:
 цитата:
А мамаша предполагается более расширенной версии, чем просто озабоченная сексом дама средних лет.

Более расширенной, соглашусь, но ручки она жмет и намеки делает, что, собственно и вызывает определенное впечатление:
 цитата:
смутив Шаула проникновенным взглядом и двусмысленностью сравнения. Вместе с искренней признательностью он не мог не испытывать замешательства от знаков внимая прекрасной королевы.

Сие смущает вместе с Шаулом.
О сроках. Честно говоря, я уже тоже запуталась, сколько времени (речь ведь идет о месяцах) путешествует Шаул - и сколько осталось до пробуждения\непробуждения принцессы.
Юлия пишет:
 цитата:
Если признаю, что речь идет о полугоде и даже более того, отец меня не отпустит. В конце концов, вы сами уверяли меня, что время принцессы истекает через пару месяцев.

Т.е. здесь вот непонятно: если принц тотчас же отправится к принцессе, успеет ли ее разбудить, - ведь ему предстоит длительное путешествие. И сколько на самом деле времени осталось Элизе - полгода или пара месяцев? Как бы в тексте это уточнить (?).
И совсем непонятна ситуация с войной, если честно. У нас есть султан, который напал на Аустеррию, и, как я понимаю, довольно слабое войско короля. А если султан не будет ждать возвращения принца и нападет сегодня к вечеру - или завтра с утра? Или через месяц? Аустеррия окажется под властью султана, король погибнет или попадет в плен, то же с королевой и т.д.
Если принц, предполагая это, хочет "слинять" подальше и обзавестись хоть какими землями (из приданого принцессы), - то, может, есть смысл намекнуть о том в мыслях Шаула, например (или сие будет видно из дальнейшего повествования - ?) В любом случае, в свете уже имеющейся ситуации с войной, все выглядят как-то слишком беззаботно, как представляется, даже король.
Принц, кстати, прав насчет флота, но какое дело до того Шаулу - имею в виду, его опасения по поводу несбыточности планов принца и сроков, о которых тот говорит отцу. Переговоры будут вести (и принимать решение) представители правящей верхушки Содружества, захотят они ввязываться в войну или нет, останется к тому времени еще Аустеррия или окажется порабощенной султаном - все это Шаула, по большому счету, не касается, для него главное, чтобы принц успел разбудить Элизу, нет?

Тапочек:
 цитата:
Шаул увидел своего знакомого, монсеньора Аббатини, рядом с ним Шаул, любезно приглашенный на совет, и присел.

А если чуть переделать: Шаул, любезно приглашенный на совет, увидел своего знакомого, монсеньера Аббатини, и присел возле него\рядом с ним.

А, и еще по поводу обращения принца к матери. Чет смутило "мама" при посторонних, обычно (у Дюма, например ) короли\принцы обращались к матерям\женам - мадам или ваше величество.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30744
ссылка на сообщение  Отправлено: 12.04.15 23:40. Заголовок: apropos пишет: Пере..


apropos пишет:

 цитата:
Переговоры будут вести (и принимать решение) представители правящей верхушки Содружества, захотят они ввязываться в войну или нет, останется к тому времени еще Аустеррия или окажется порабощенной султаном - все это Шаула, по большому счету, не касается, для него главное, чтобы принц успел разбудить Элизу, нет?



Шаул такой получается излишне ответственный. Из тех, кто болеет за судьбы мира и все такое. Ему бы за Элизу больше побеспокоиться, а он все о Содружестве радеет.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1716
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.04.15 21:01. Заголовок: Хелга apropos http:..


Хелга apropos

Спасибо, мои дорогие.

Хелга пишет:

 цитата:
Шаул такой получается излишне ответственный. Из тех, кто болеет за судьбы мира и все такое. Ему бы за Элизу больше побеспокоиться, а он все о Содружестве радеет.


Хелга пишет:

 цитата:
Принц, кстати, прав насчет флота, но какое дело до того Шаулу - имею в виду, его опасения по поводу несбыточности планов принца и сроков, о которых тот говорит отцу.


Это была попытка явить мужскую логику оценки соперника. Высказывание Шаула о переговорах с Содружеством является его первой реакцией на положительный ответ на его предложение о принцессе. И сам факт этого положительного ответа его не устраивает эмоционально. Понятно почему. Налицо когнитивный диссонанс. И как всякий среднестатистический мужчина (как он мнится автору), Шаул свое негативное восприятие (которое, конечно, ассоциируется с принцем) объясняет логическими причинами. Не то, что он переживает за судьбу переговоров, он винит принца в бахвальстве. Потом пытается быть объективным (он справедливый юноша), приводя контраргумент (ну это и для читателя, чтобы он не думал, что принц абсолютный болван).
Когда Шаул уже сидит на совете, то беспокоится об Элизе. Его переживания о способе, которым они с принцем попадут в заколдованный замок объясняется тем же – если они не попадут в Замок во время, Элиза погибнет. План принца, о котором ему толком ничего неизвестно, вызывает у него сомнения, тем более то, что ему известно - сроки надуманы. Значит, и все остальное может оказаться блефом. И это не может его не волновать.

apropos пишет:

 цитата:
если принц тотчас же отправится к принцессе, успеет ли ее разбудить, - ведь ему предстоит длительное путешествие. И сколько на самом деле времени осталось Элизе - полгода или пара месяцев?


Шаул отправился в свое путешествие осенью. В Аустеррию они прибыли к началу зимы (успели перейти перевал). А разбудить принцессу принц должен весной.
Если до Замка они будут добираться 2-3 месяца. То принцу, чтобы разбудить принцессу (да еще договориться с Содружеством) и вернуться домой, понадобиться 4-6 месяцев. Мне казалось, что это понятно. Какой именно момент надо уточнить в тексте?

apropos пишет:

 цитата:
И совсем непонятна ситуация с войной, если честно. У нас есть султан, который напал на Аустеррию, и, как я понимаю, довольно слабое войско короля. А если султан не будет ждать возвращения принца и нападет сегодня к вечеру - или завтра с утра?


Султан-то есть. Но войны нет. Султан серьезно потрепал флот Аустеррии и теперь на море он хозяин. Для Аустеррии это проблема, потому что он нападает на их торговые суда. Сухопутное войско у короля наемное и нет фортификационных сооружений, а на море контроль утерян (хотя какая-то часть военного флота еще в наличии). Речь шла и о шпионах султана в столице. Вероятно, у них тоже есть свои шпионы. Потому они ждут, что султан не ограничится морем и нападет на них. Они хотят восстановить флот, чтобы сместить противостояние с суши на море. Когда решит султан напасть, наверное, никто точно не знает. Но без флота их шансы ничтожны, потому даже король склоняется к решению рискнуть и привести себе флот.

apropos пишет:

 цитата:
Более расширенной, соглашусь, но ручки она жмет и намеки делает... Сие смущает вместе с Шаулом.


Такая уж она впечатлительная - разбередила ей сердце романтическая история. Зато не спустила Шаула с лестницы и отпустила сына за принцессой...

apropos пишет:

 цитата:
Аустеррия окажется под властью султана, король погибнет или попадет в плен, то же с королевой и т.д.

Все это принц предполагает, но утверждает, что с помощью флота сможет его выбить из Аустеррии.
Но вот про маму… О ней он не может не волноваться, но мы ничего не знаем об этом... Ты считаешь, это надо оговорить?

Дело в том, что история с планами принца еще не разрешилась, и трудно сейчас понять чего действительно недостает, что надо уточнить, а что найдет свое объяснение в конце.

apropos пишет:

 цитата:
А, и еще по поводу обращения принца к матери. Чет смутило "мама" при посторонних, обычно

Там только Шаул. Хотелось подчеркнуть неформальные отношения сына и матери. Но, пожалуй, следует, немного разбавить эту неформальность формальностью.




Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38069
ссылка на сообщение  Отправлено: 14.04.15 21:54. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Дык вот по поводу ревности Шаула, желания найти слабины у "соперника" и т.д. - вот это все бы в тексте не помешало, на мой взгляд. Т.е. привнести побольше личностного отношения Шаула в его мыслях, когда он спорит с принцем, сомневается в нем, подчеркнуть, что именно им движет и почему. И сроки с принцессой - туда же, повторить лишний раз не помешает, дабы читатель в очередной раз это себе уяснил.
Юлия пишет:
 цитата:
Но войны нет. (...) Потому они ждут, что султан не ограничится морем и нападет на них.

И это тоже (вот так, как ты сейчас сделала) более четко описать. Иначе складывается впечатление, что уже идет война, а не только опасения в ее возможном начале.
Юлия пишет:
 цитата:
Но вот про маму… О ней он не может не волноваться, но мы ничего не знаем об этом... Ты считаешь, это надо оговорить?

Ну, вряд ли принц о том будет говорить матери, тем более в присутствии постороннего. Но Шаул, например, может подумать, с каким сердцем принц оставлять мать - кстати, еще один повод усомниться в моральных качествах избранника для принцессы. С другой стороны - если что-то прояснится потом, то, вероятно, можно оставить пока так, как есть, - для развития воображения читателей. Хотя, если война как таковая еще под большим вопросом, и опасности для королевы нет, тогда нет смысла о том и говорить.
Юлия пишет:
 цитата:
история с планами принца еще не разрешилась, и трудно сейчас понять чего действительно недостает, что надо уточнить, а что найдет свое объяснение в конце.

Это я понимаю, поэтому просто высказала - на данный момент - возникающие вопросы, ответы на часть которых можно, вероятно, дать уже сейчас. Впрочем, автору, как всегда, виднее.
Юлия пишет:
 цитата:
Хотелось подчеркнуть неформальные отношения сына и матери.

Не, ну смотри, теплые отношения можно подчеркнуть там теплыми, понимающими взглядами, нежностью, с которой сын с ней обращается. Допустим, разок он, забывшись, может воскликнуть "матушка" (как вариант), что создаст необходимую атмосферу, но венценосные особы на то и венценосные, что, как правило, всегда строго следуют этикету, как мне кажется.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30746
ссылка на сообщение  Отправлено: 16.04.15 09:01. Заголовок: Добавлю свои пять ко..


Добавлю свои пять коп.

apropos пишет:

 цитата:
Иначе складывается впечатление, что уже идет война, а не только опасения в ее возможном начале.


Вот и у меня тоже. Объяснения авторы понятны , но в тексте как-то не совсем ясно с войной и султаном.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1718
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.04.15 10:15. Заголовок: apropos Хелга http:..


apropos Хелга

Спасибо огромное.

apropos пишет:

 цитата:
Не, ну смотри, теплые отношения можно подчеркнуть там теплыми, понимающими взглядами, нежностью... но венценосные особы на то и венценосные, что, как правило, всегда строго следуют этикету, как мне кажется.


Видишь ли, они как-то выпрыгивают из этих правил то и дело. И я не могу их туда втиснуть. Все-таки они неформалы по сути своей, потому так и поступают во всем прочем.

На все остальные возражение отвечу терзающим смиренных читателей очередным исправленным повторением отрывка ( ) и его продолжением.


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1719
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.04.15 10:57. Заголовок: Повторение сокращу н..


Повторение сокращу насколько возможно, чтобы понятны были изменения, но без излишнего мучения читателей.

***
(...)
«По крайней мере решительности принцу не занимать», – без особого восторга отметил Шаул. Он не испытал радости по поводу своей удачи, скорее наоборот. Сердце обожгли неожиданное разочарование и боль. Он пытался найти этому причину и не находил. Возможно, его неудовольствие вызвало опасение, что спонтанно родившийся план принца мог оказаться нереальным для практического осуществления. А, может быть, его смутила уверенность принца в успехе переговоров с Содружеством, походившая на пустое бахвальство. Хотя Дамон не выглядел глупцом и, будучи правителем Аустеррии, где сословие купцов было очень влиятельно, весьма вероятно, не только знал, с чем ему придется столкнуться, но и имел ключ к решению этой задачи. В любом случае оставался вопрос о принятии этого плана королем.

– Вы считаете это возможным, граф? – обратила к нему взволнованный взор королева.
– Мне трудно судить, не зная деталей, ваше величество, – ответил Шаул. – Но если положение Аустеррии столь отчаянно, как говорит принц, то не стоит ли рискнуть?
– Это так опасно, милый, – грустно проговорила королева, обращаясь к сыну.
– Не опасней, чем участвовать в отцовских сражениях, – парировал юноша.

Глаза королевы наполнились слезами.

– О, мама! – воскликнул принц и бросился к матери, опустившись перед ней, он взял ее руку бессильно упавшую на колени, и покрыл поцелуями. – Не разрывайте мне сердца.

Королева наклонилась к золотистой макушке сына и прижалась к ней щекой.

– Прости меня, милый, – сквозь слезы прошептала она. – Ты уже вырос, а я все никак не привыкну.

Король отреагировал иначе.

– Трусливый щенок! – набросился на него тот. – Вздумал бежать и прятаться под юбку какой-то принцессы?! Мужчина встречает врага мечом, а не спущенными штанами.

Манеры короля не многим отличались от манер его солдат.

– Ну причем тут это? – досадливо поморщился принц Дамон. – У нас появилась прекрасная возможность восстановить флот. Не мне вам говорить, как он важен для нас. На острове нет, кроме портовой крепости, ни одного фортификационного сооружения. Султан пройдет по нашей земле, как по вымощенной дороге, не преткнувшись.
– Преткнется! – прогремел король. – Армия, которую я возглавлю, станет неприступной крепостью для султана. И ты должен быть рядом со мной.
– А если султан высадится не в порту, где вы его ждете, а по всей береговой линии? Людей у него хватает. Сколько мы продержимся, запертые с одной стороны непроходимым перевалом, а с другой – флотом султана? Чтобы выжить, нам необходимо море.

Король в бешенстве уставился на сына, не находя быстрого ответа.

– Отец, нам нужен флот! – воспользовался тот возникшей паузой и, сменив тон, заговорил скороговоркой: – Вы сами всегда утверждали, что флот для нашего королевства – основное средство защиты и нападения. Мы побьем султана на море, прогоним его с близлежащих островов и запрем его самого на южном побережье, вернув себе власть в акватории.

Смелые планы принца, несмотря на их кажущуюся феерическую эфемерность, все-таки поколебали уверенность короля. И его величество, не переставая хмуриться, созвал своих министров и советников, чтобы обсудить появившуюся возможность. Они собрались в роскошно убранном зале. Роспись богато украшенного позолотой потолка, на которой красовались пышнотелые аллегории мудрости, справедливости и прочих добродетелей благого правления, была призвана, вероятно, вдохновить на благие деяния собравшихся под ним государственных мужей.

Советники во главе с королем и принцем по правую его руку расположились вокруг длинного стола красного дерева. За их спинами на стульях у стен сидели начальник дворцовой стражи, дипломат, о котором упоминал принц, у противоположной стены Шаул увидел своего знакомого, монсеньора Аббатини, рядом с ним Шаул, любезно приглашенный на совет, и присел.

Еще в доверительной беседе с королевой принц Дамон предложил о колдовстве и столетнем сне не упоминать ни скептически настроенному королю, ни его советникам, ограничившись сообщением о наследнице Оланда, брак с которой позволит принцу претендовать на земли Содружества независимых городов. И сейчас, на совете, речь об Элизе совсем не шла. Кому интересна далекая принцесса, обладающая лишь правом, но не действительной властью? И потому к Шаулу почти не обращались.

Несмотря на тревожные ожидания, противостояние Аустеррии с султанатом пока еще не обрело форм настоящей войны, по крайней мере на суше. Посол султана находился в столице Аустеррии, как и посланник короля Дерелье не покидал султаната, и отпускные грамоты до сих пор не были посланы ни тому, ни другому. Правда, как понял Шаул, с обеих сторон это было уловкой, позволяющей выведывать тайны друг за друга, увеличивая армии шпионов. Две державы продолжали соперничать на море, где флибустьеры, ходившее под обоими флагами, грабили торговые суда, а отдельные эскадры нередко сталкивались в жестоких боях.

Но недавно чаша весов в этом неустойчивом равновесии стала склоняться в пользу султаната. Захватив несколько островов, султан приблизил свои границы к территории королевства. Пиратские нападения султановских галер на корабли короля Дерелье стали происходить все чаще. И теперь значительная часть боевых кораблей некогда сильнейшего флота во всем Южном море была потоплена или приведена в негодность. Султан смог практически запереть флот Аустеррии в ее акватории.

В оценках дальнейших стратегических планов султана мнения королевских советников разделились. Одни из них утверждали, что султан не упустит шанс напасть на Аустеррию этой же зимой, не дожидаясь, когда открывшийся перевал позволит тем послать за помощью. Другие же возражали, ссылаясь на донесения шпионов о том, что потери султана при завоевании островных государств были весьма велики, и на восстановление сил и средств ему понадобится не меньше года.

И сейчас, обсуждая возможность обретения выгодного союзника, советники снова разделились на сторонников и противников поездки принца. Они уже битый час ломали копья, опровергая противоположные точки зрения, и Шаул, поначалу внимательно слушавший их, потеряв интерес, углубился в собственные переживания. Тягостные сомнения не давали ему покоя. Не поспешил ли он доверить принцу Элизу? Какое будущее он готовит бедняжке? Он не разделял убежденности принца в успехе военной кампании против султана даже с обретением нового флота. Да и что сам Дамон представляет собой? Шаула принц раздражал. Его жгла ревность. С трудом стараясь сохранить хоть какую-то объективность, он то и дело соскальзывал от придирчивого недоверия к острой неприязни. А если отбросить сантименты, Шаул опасался, что путешествие в Оланд обернется чудовищной авантюрой, и они не смогут к весне добраться до Заколдованного замка. И для подобных сомнений у него были все основания. Хотя в частные подробности плана принца он не был посвящен, но сроки, заявленные Дамоном, были совершенно невероятными. Как полагал Шаул, при самых благоприятных условиях на их путешествие до земель Содружества понадобится не меньше двух месяцев, а то и больше. Принц же заявил, что на дорогу туда и обратно потратит не больше трех и на возражения Шаула недовольно ответил:

– Оставьте, Клаверден. Если признаю, что речь идет о полугоде, отец меня не отпустит. В конце концов, вы сами уверяли меня, что время принцессы истекает через пару месяцев. Если вы хотите, чтобы я отправился за вашей принцессой, прикусите язык.
– Если быть точным, ваше высочество, я заинтересован в том, чтобы вы спасли принцессу, а не просто выбрались из Аустеррии, – едва сдерживая раздражение, ответил Шаул. – Меня волнует реальность исполнения вашего плана. Хорошо ли продуманы его детали. И каковы запасные варианты, на случай если что-то сорвется.
– Запасные варианты есть, не беспокойтесь, – усмехнулся принц. – Но вам придется положиться на меня. Подробности я вам не намерен сообщать. Вы все равно не сможете помочь, а осторожность лишней не бывает. И, кстати, перестаньте морочить голову моей матушке.
– Что вы имеете в виду, ваше высочество? – вскинулся Шаул, чувствуя, как краска разливается у него по ушам.
– Не стройте из себя святую невинность, Клаверден. Моя матушка слишком добра к вам.

(...)

***

Мир снов встрепенулся, сменив изнуряющую тоску на звенящую напряженность. Он подтянулся и встал по стойке смирно, словно королевская гвардия при появлении государя. Все связи и невидимые нити, разорванные или расслабленные еще накануне, были воссозданы и натянуты, подобно тетиве готового к выстрелу лука. В этом напряженном ожидании чувствовалось что-то совсем новое, непривычное, и потому пугало.

Элиза тревожно оглянулась и повела плечами. Она сидела на невысокой сложенной из плоских камней стене на задворках чьего-то сна. Краски почти покинули его, скоро он растает, и на его месте возникнет другой.

Элиза застряла где-то на границе снов и воспоминаний. Какая-то сила не пускала ее обратно в ее пустынное убежище. И она вынуждена была бродить из одного сна в другой в ожидании открытия неведомых и невидимых ворот в воспоминания Шаула. И тогда она ненадолго могла оказаться вместе с ним, но затем, словно в сказке – с двенадцатым ударом часов вынуждена была расстаться с любимым и возвратиться к постылой мачехе, – в очередное чужое сновидение.

Она поднялась с тающего вместе со всем остальным сном камня, и не успела сделать и нескольких шагов, как из сизой дымки появился новый сон, разгоравшийся багровым закатом. "Таким же жгучим, как ревность Шаула", - подумалось ей.

"Как глупо было полагать, что я смогу отказаться от тебя, отдав твою руку принцу, – обращаясь к ней, писал в своем дневнике Шаул. – Элиза, страшная ревность разрывает мне сердце, дикое желание снедает меня изнутри. Благородство рыцаря, в почтительном отдалении бесстрастно взирающего на прекрасную даму, и не ночевало в сердце горожанина. Я не могу смириться с тем, что он – а не я! – будет держать тебя в объятиях, он – а не я! – будет целовать тебя".

Шаул ревновал ее к принцу Дамону, а сам едва справлялся с волнением, которое вызывали в нем знаки внимания чувственной королевы. Изабелла Аустеррийская, то ли в пику нелюбимому мужу, то ли по собственному легкомыслию, кокетничала с молодым человеком, самым любезным образом посвящая свое время посаженному под арест гостю.

– Кто бы мог подумать, что я буду когда-нибудь благодарна недоверчивой натуре короля? – восклицала королева. – Вы мой пленник, милый граф, и я приказываю вам сейчас же изложить свою философию. Повинуйтесь, – она шутливо указала ему веером место у ее ног.
– Боюсь, в таком случае, ваше величество, мы поменяемся ролями, – улыбнувшись, поклонился Шаул.

Королева засмеялась нежным переливчатым смехом:

– О, я не верею, не может быть все так ужасно!
– Уверяю вас, даже видавшие виды профессора университета теряют терпение, выслушивая многословные объяснения своих коллег по цеху.
– Разве я похожа на профессора? – кокетливо вскинула тонкие брови королева, легким движением длинных пальцев коснувшись пышной белой груди, открытой глубоким декольте.
– О нет, мадам. Такой блистательной красоты не найдешь в университетских стенах, – смутился Шаул.
– Профессора университетов – старые бобыли, зануды, склонные к обильному потреблению вина, – заявил внезапно возникший в покоях королевы принц.
– Дамон! – удивленно воскликнула та. – Ты меня разыгрываешь.
– Боже упаси, ваше величество, - улыбнулся принц, целуя протянутую руку. - Да спросите хоть графа. Вы же учились в университете, Клаверден?
– Я закончил артистический факультет, – скромно ответствовал Шаул.
– Так разве я не прав?
– Целибат действительно является обязательным для преподавателей университетов, но что касается их характеров…
– Они отвратительны, – со смехом прервал его принц. – Мужи, лишенные женского общества, заперты друг с другом в поиске истины. Кто может их винить за несносный характер?
– Нонсенс! – воскликнула королева. – Мужчина не может найти истину без женщины.
– Полностью согласен с вами, мадам, – поклонился принц матери и непринужденно устроился у ее ног.
– А вы, граф? – она капризно подняла бровь. – Может быть, вы считаете женщин исчадьями ада, виновными в погибели мужчин?
– Разве не за подобные утверждения человек был выдворен из Эдема? – улыбнулся Шаул.
– Браво, Клаверден! – хлопнул в ладоши принц.

Королева звонко засмеялась, демонстрируя прекрасный жемчуг мелких зубов.

– Какой вы милый, – нежно проворковала она. – Так что же вы думаете о женщинах?
– Мадам, вы смущаете графа. В вашем обществе невозможно думать о других дамах.
– Неужели? – удивленно проговорила королева, заглядывая в глаза горе-кавалеру.

Такой откровенный пассаж совершенно смутил Шаула, и, покраснев как рак, тот просипел:

– Не смею спорить, ваше величество. Что же касается антропологии, – свернув на безопасную тему, он совладал с голосом. – Мужчина и женщина – два противоположных полюса, но эти полюсы принадлежат единому целому. И рассуждать о сути наших различий можно только в контексте нашего единства.
– Изумительно сказано! – воскликнула королева и, завладев его кистью, мягко пожала ее.

Шаул снова залился краской, и Элиза почувствовала, как заколотилось его сердце, выбивая из головы мысли.

– Какая метафизика, Клаверден, – усмехнулся принц. – Где вы видели это единство? Уж не в браке ли?
– В любви, мой милый, – поддержала Шаула королева, нежно потрепав макушку сына.
– Наше единство – это исходная точка творения и потенция, заложенная в человеке, – серьезно ответил принцу Шаул. – Оно уже есть, потому что каждый из нас – лишь часть целого, но полноту человек призван осуществить в своей жизни. В том числе в любви и браке.
– Нет, мадам, оставьте его! – картинно взмахнул рукой принц. – Клаверден – рыцарь поневоле. В конце концов он станет бобылем-профессором в каком-нибудь университете.

Дамон подтрунивал над Шаулом, выводя того из себя, но Элиза была благодарна принцу, который таким образом ни разу не позволил чувственному тет-а-тет перерасти в нечто более серьезное. Принц был очень привязан к матери. Это чувствовалось в той нежной доверительности их обращения друг с другом, в котором они не придерживались даже обычной приличной случаю чинности. Хотя и в общении с королевой у принца то и дело проскальзывал ироничный или снисходительный тон. Элиза сожалела, что ей ни разу не пришлось увидеть Дамона в обществе других дам – королева не отпускала Шаула от себя, – а она была уверена, что так смогла бы лучше понять натуру принца. Элиза отчего-то была уверена: красавец принц, умело пользуясь своим обаянием, разбил не одно сердце, но его собственное оставалось нетронутым.

Но во всем остальном, кажется, Дамон не мог вызвать нареканий. Он был умен, присущая ему властность уравновешивалась остроумием и отсутствием напыщенности. Принц обещал стать успешным правителем. Несмотря на скептические оценки Шаула, Элизе чувствовалось за самоуверенностью принца нечто большее, чем банальная незрелость. Уже сейчас Дамон хорошо понимал людскую природу и создавал впечатление человека, способного составить искусную стратегию достижения поставленной цели. Ко всему прочему и решимости принцу было не занимать. Такой не остановится на полпути, пока не заберется на самую вершину.

– Дамон, Дамон, – пробормотала Элиза, разворошив носком туфли листву, под которой спрятался выросший в чьем-то сне гриб.

А неприязнь Шаула к принцу все росла. Ничего и близкого своей симпатии к Кристиану к Дамону он не испытывал. Но даже Шаулу нечего было поставить в вину принцу, кроме изрядной доли цинизма. И этот цинизм выводил его из себя.

– Откуда у вас этот мальчик, Клаверден? – спросил однажды принц Шаула, указывая на Сони.
– Мы встретились с ним в Эльтюде, – уклончиво ответил тот.
– Как вы его назвали? Сони? Что за странное имя?

Элиза заметила, как насторожился мальчик и потихоньку двинулся к выходу.

– Кто твои родители, Сони? – остановил его принц.
– Я сирота, ваше высочество.
– Печально. Но кто они были и из каких мест? – не отставал тот.
– Не смущайте мальчика, ваше высочество, – холодно попросил Шаул.
– Да бросьте, Клаверден, чем же я его смущаю? Вопросом о его родных местах?
– Вы буравите его взглядом весь вечер.
– О, прошу прощения, – усмехнулся принц. – Но он весьма занятный, ваш Сони. И что же за имя у него? Сони, скажи мне. Сделай милость, я чувствую, здесь какая-то тайна. Никогда не слышал такого имени. Тебя не могли наречь таким прозвищем. Ну же, Сони!
– Я бы сказал, ваше высочество, да сирота я – спросить не с кого, – развел руками мальчик и снова попытался ретироваться.
– Ну да, – качнул головой принц, но огонек в его глазах не потух. – Кто же тебя вырастил?
– Ваше высочество, оставьте мальчика, – попросил Шаул. – Он для вас не опасен. К султану он не имеет никакого отношения.
– Помилуйте, Клаверден, да кто ж говорит о султане? Но вы же тоже ничего о нем не знаете, неужели вас это устраивает?
– Сони спас мне жизнь и много раз выручал меня, ваше высочество. Мне этого достаточно.
– Не сомневаюсь, что у вас были основания посчитать его достойным вашего доверия. Но неужели вы можете удовлетворяться его недомолвками?
– Человек – не бочонок с пивом, который надо вскрыть для услаждения собственных желаний.
– Нет-нет, Клаверден, он не бочонок с пивом, – усмехнулся принц. – Он тайник с диковинным замком. И к нему надо подобрать ключ.
– Не проще ли предоставить человеку самому решать открывать свои тайны или оставить их при себе?
– Вы предлагаете мне соблазнить его? Если бы он был дамой… А так – нет, Клаверден, увольте. Это не по моей части, – насмешливо скривился Дамон.
– Трудно представить, ваше высочество, что вас могут смутить такие нюансы, – фыркнул Шаул, отвечая ему той же монетой. – Вам никогда не приходило в голову, что доверие завоевывается доверием?
– Нет, Клаверден. Это опасно, но не интересно.
– Тогда оставьте мальчика в покое, – раздраженно посоветовал Шаул.
– Клаверден, вы скучный тип, – поморщился Дамон.

Цинизм принца не вписывался в понятие Шаула о чести. Но Элиза сомневалась, что можно вырасти в королевском дворце, не заразившись этим недугом.


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30754
ссылка на сообщение  Отправлено: 22.04.15 00:22. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Теперь все понятно стало с султаном и Аустеррией, не висит вопросом, отчего нужен флот, и почему ожидается война.

Принц, вероятно, совсем неплох, если бы не являлся в свете ревности Шаула, что вполне закономерно.
Сони сразу стал загадкой, такое ружьецо, что готово в любой момент бабахнуть.

Чуть тапочков на вскидку.

Юлия пишет:

 цитата:
В этом напряженном ожидании чувствовалось что-то совсем новое, непривычное, и потому пугало.


Что-то хочется изменить в этой фразе.

В этом напряженном ожидании чувствовалось что-то совсем новое, непривычное, и оттого пугающее. ?
Это напряженное ожидание стало совсем новым, непривычным и потому пугало. ?

Юлия пишет:

 цитата:
– О, я не верею, не может быть все так ужасно!


Очепятка.

Юлия пишет:

 цитата:
Такой откровенный пассаж совершенно смутил Шаула, и, покраснев как рак, тот просипел:



Мне кажется, здесь "тот" не совсем к месту, лучше "он".

Юлия пишет:

 цитата:
Это опасно, но не интересно.



неинтересно?



Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1721
ссылка на сообщение  Отправлено: 22.04.15 19:03. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга
Спасибо, дорогая.
Хелга пишет:

 цитата:
Теперь все понятно стало с султаном и Аустеррией

Вот ведь, как важен взгляд со стороны. Я все опасаюсь завязнуть в излишнем разжевывании и не улавливаю, когда необходимо отдельные факты, разбросанные по тексту и подсознанию автора, суммировать в одном месте.
Хелга пишет:

 цитата:
Принц, вероятно, совсем неплох

Он сомнителен (с)...
Хелга пишет:

 цитата:
Сони сразу стал загадкой, такое ружьецо




Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30756
ссылка на сообщение  Отправлено: 22.04.15 22:33. Заголовок: Юлия пишет: Я все о..


Юлия пишет:

 цитата:
Я все опасаюсь завязнуть в излишнем разжевывании и не улавливаю, когда необходимо отдельные факты, разбросанные по тексту и подсознанию автора, суммировать в одном месте.


Это, мне кажется, проблема многих пишущих - опасения слишком много раскрыть читателю и уверенность в его проницательности. Вполне справедливые, но часто ошибочные.

Юлия пишет:

 цитата:
Он сомнителен (с)



Я бы ему не доверял (с)

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38073
ссылка на сообщение  Отправлено: 30.04.15 21:57. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Отстала - бегу наверстывать!

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38074
ссылка на сообщение  Отправлено: 08.05.15 23:24. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

С войной теперь, да, намного понятнее (что ее еще нет), хотя захваченные территории - это серьезно, и намерения султана выглядят достаточно устрашающе (а посла отозвать ведь можно в любой момент, в общем, на то времени много не требуется). А если - как вариант - оставить только пиратские разборки? Только из-за них у короля уже есть веские основания позаботиться об укреплении береговой охраны и усилении армии, а дополнительный флот будет весьма кстати, дабы отбить охоту у султанских кораблей нападать на моряков Аустеррии. Как мне кажется.
Хелга пишет:
 цитата:
Принц, вероятно, совсем неплох

Авантюрист прямо какой-то. И хитрец. А его отношения с матерью и его ревность к ней тоже как-то заставляют задуматься, нет ли тут комплекса Эдипа.
Юлия пишет:
 цитата:
разворошив носком туфли листву, под которой спрятался выросший в чьем-то сне гриб.

Очаровательная картинка!

Из тапков только один - и тот условный.
 цитата:
Повинуйтесь, – она шутливо указала ему веером место у ее ног.

У своих ног - ?

Жду продолжения! Очень интересно, что там принц замышляет.
Кстати, еще подумалось (и забеспокоило): ведь это, получается, последний шанс Шаула (и Элизы). Больше принцев нет - или чего их искать, если Дамон, вроде как, уже собирается в путь.
С другой стороны, Шаулу надо было бы подстраховаться и подыскать еще парочку принцев, готовых разбудить принцессу. Ведь если Дамон по каким-то причинам не сможет выполнить свою миссию (не доберется вовремя или не полюбит ее, а последнее вообще представляется сомнительным, исходя из характера Дамона), то другие рядом не помешали бы, так сказать. Как запасной вариант.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1722
ссылка на сообщение  Отправлено: 10.05.15 17:33. Заголовок: apropos http://jpe...


apropos
Спасибо, дорогая.

apropos пишет:

 цитата:
хотя захваченные территории - это серьезно, и намерения султана выглядят достаточно устрашающе


Имелось в виду, что эти острова не принадлежали Аустеррии. Я пока уточнила так:

"Но недавно чаша весов в этом неустойчивом равновесии стала склоняться в пользу султаната. Захватив несколько островных королевств, султан весьма опасно приблизился к границам Аустеррии. Пиратские нападения султановских галер на корабли короля Дерелье стали происходить все чаще. И теперь значительная часть боевых кораблей некогда сильнейшего флота во всем Южном море была потоплена или приведена в негодность. Султан смог практически запереть флот Аустеррии в ее акватории".

А после следующего отрывка с принцем можно будет вернуться к этому моменту, если все-таки не уравновесятся резоны.

apropos пишет:

 цитата:
Авантюрист прямо какой-то. И хитрец. А его отношения с матерью и его ревность к ней тоже как-то заставляют задуматься, нет ли тут комплекса Эдипа.



apropos пишет:

 цитата:
Больше принцев нет - или чего их искать, если Дамон, вроде как, уже собирается в путь.

Так Шаул вроде и не ищет, хоть и недоволен приобретением.
apropos пишет:

 цитата:
Шаулу надо было бы подстраховаться и подыскать еще парочку принцев

А потом бросать жребий. Или всех забрать в гарем

Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1723
ссылка на сообщение  Отправлено: 10.05.15 18:11. Заголовок: *** Короткий зимний..


***

Короткий зимний день клонился к вечеру, заливая все синевой. Агата щелкнула пальцами и в подсвечниках затеплились свечи, тяжелые шторы на окнах сомкнулись, отгораживая комнату от неприютной зимней ночи. Но озабоченность не сошла с ее лица, и брови еще больше сошлись к переносице.

– Не стоит так терзаться, милая фея Агата, – мягко попенял магистр оффиций.

Он сидел напротив в таком же кресле у камина. И яркий огонь делал его румяное лицо еще румяней.

– Агата переживает от бездействия, – объяснила Реву Селина. – Она не привыкла сидеть сложа руки. А вы утверждаете, что сейчас мы ничем не можем помочь Элизе.
– Уверен, что у вас и в этом мире достаточно забот, – сочувственно проговорил Рев. – Владыка Шлаф пока не обратил внимания на нашу принцессу. В противном случае у меня есть распоряжение владыки Траума. Вот тогда ваша помощь и понадобиться. А сейчас нет смысла волноваться понапрасну.
– Вы считаете возможным, что владыка Шлаф не знает об Элизе? – удивилась Селина.
– Нет, нет, – возразил Рев. – В нашем мире это исключено. Просто ему не до нее. Сейчас владыка наводит порядок на границах царства – там произошли тяжелые разрушения. Но все таки я отправил вашу крестницу погостить в долину снов. Там она никого не побеспокоит. Бедняжка немного растеряна, но прекрасно справляется. Не переживайте о ней, – ободряюще улыбнулся и поднялся. – А теперь, милые дамы, я вынужден покинуть вас. Владыка Шлаф чрезвычайно пунктуален и не потерпит долгих отлучек.

Он поднялся, и Агата подала ему руку.

– Не забывайте нас, господин Рев, – улыбнулась она ему.
– Я провожу вас, – поспешила Селина за гостем.
– Скажите, магистр, вы ничего не слышали о Трауме? – заглядывая в глаза Реву, прошептала Селина, когда они оказались в холле.

Тот недоуменно уставился на нее.

– Но позвольте, милая, ведь он отдал за вас свою жизнь. Что еще я могу услышать о владыке?
– Поверьте мне, – убежденно проговорила Селина, – он жив.
– Вам бы очень этого хотелось, – вздохнув, кивнул Рев. – Вы не представляете, как я сам желал бы того же. Но, моя милая фея Селина, его больше нет. Правитель мира снов теперь – владыка Шлаф, и, уверяю вас, это не наш дорогой Траум.
– Конечно, нет, – нахмурилась Селина. – Я и не думала, что он снова станет правителем мира снов.
– Вы просто не понимаете, моя дорогая, как все обстоит у нас, – Рев ласково дотронулся до ее плеча. – Когда владыка Траум снял с себя венец, он отказался от самого себя. У него осталось только имя.
– Как так?! – растерялась Селина. – Вы сами говорили о величии его жертвы, а теперь утверждаете, что от него осталось только имя?
– Нет, нет, - поспешил ответить магистр. - Я просто вынужден был упростить, моя дорогая, чтобы вы поняли. Мы, фея Селина, неотделимы от своего призвания. Нельзя быть духом без назначения. Каждый из нас появляется на свет для решения конкретной задачи. Нет задачи – нет и духа. Сняв с себя венец, владыка Траум отказался от своего призвания, оставил свою миссию и взял на себя совершенно не свойственное духам назначение – спасение человеческой души, то есть вас, моя дорогая. А значит, он уже тогда, строго говоря, перестал быть духом. Нет, милая фея Селина, владыки Траума нет не только в царстве снов. Его вообще нет среди духов.
– Нет? – оторопело переспросила Селина, не веря в приговор Рева.
– Нет, – сокрушенно покачав головой, твердо ответил магистр.
– Значит, он стал человеком, – едва справляясь с рыданиями, дрожащими губами проговорила Селина.
– Человеком?! – всплеснул руками Траум. – Но, милая моя, это невозможно! Мы скроены совсем по иным лекалам. Здесь, в вашем мире, я могу казаться таким же, как вы, но не обольщайтесь, это – только видимость. На самом же деле… – Рев безнадежно махнул рукой и, нахмурившись, попросил: – Не мучьте ни себя, ни меня, фея Селина. Мы оба с вами любили его, и теперь нам остается только смириться перед его волей и волей Провидения. Прощайте.

Магистр поднял руку, словно защищаясь от нее, и исчез.

Селина устало сжала ладонями виски. Слезы накатились на ресницы и тяжелыми каплями побежали по щекам. Слова магистра не убедили ее. Чтобы он ни говорил, Селина знала: Траум жив. Но как ей без Рева отыскать его?!

– Зачем ты мучаешь магистра? – раздался из гостиной сердитый голос сестры.

Селина сжалась: ей хотелось избежать ссоры. Ничего не ответив, она стала тихо подниматься по лестнице, чтобы запереться у себя в комнате.

– В твоем распоряжении есть зеркало.

Селина замерла на ступеньках, не в силах поверить услышанному.

– Я уже пыталась, – сокрушенно призналась она. – Но я не знаю, кто он теперь, а без этого ничего не получается…

– Если бы ты дала себе труд изучать магию, ты бы не говорила таких глупостей, – проворчала Агата. – Когда между волшебником и другим человеком образовывается тесная связь, зеркало может использовать ее. И если не найдет, то хотя бы укажет направление к потерянному.
– Направление? – неуверенно переспросила Селина и поспешила обратно в гостиную.
– Зеркало способно показать связь между двумя существами – это и будет направлением, – объяснила Агата, словно нерадивому ученику давно пройденный урок. – Если ты права, он жив, значит, зеркало может указать путь к нему.
– Но как заставить его работать? – воззрилась она на нее.
– Задача непростая, – кивнула Агата. – Но не думаю, что у нее совсем нет решения.

В ее глазах зажегся знакомый Селине огонек – сестра обожала решать головоломки.

– Надо покопаться в книгах, но думаю, что принцип все тот же – зеркалу нужны факты. Что ты помнишь из вашего путешествия?
– Ничего, – сокрушенно проговорила Селина.
– Совсем ничего? Ты поражаешь меня, – раздраженно проговорила Агата. – Если ты ничего не помнишь, зачем ты всем морочишь голову тем, что он жив?!
– Я знаю это! – отчаянно воскликнула Селина.
– Так потрудись припомнить что-нибудь конкретное, – наставительно порекомендовала сестра и, поднявшись с кресла, направилась в библиотеку.

Селина осталась одна. Опустившись на покинутое Агатой кресло, она уставилась на пламя камина. "Почему говорят "огонь любви"?" – вздохнула она. В ее представлении любовь – это нежная прохлада и бархатная бесконечность звездного неба.

***

По прошествии полутора недель заключение Шаула и Сони в королевском дворце подошло к концу. Под покровом ночи в строжайшем секрете они вместе с немногочисленнойя свитой принца взошли на корабль. Это была, как успел заметить Шаул, маленькая трехмачтовая шебека, маневренная и быстроходная. Пассажиры вынуждены были находиться в крохотных каютах до восхода, когда судно снялось с якоря и вышло в очередной каботажный рейд, как один из тех кораблей, что охраняли берега Аустеррии, и так же, как и те, направилось к ее северо-западной границе. Все это было проделано в страшной тайне, чтобы ни шпионы султана, ни его корсары, бороздящие воды Южного моря, не помешали исполнению задуманного плана. Весь последующий день путешественники провели взаперти, и лишь когда, стремительно изменив курс, корабль вышел в открытое море, они смогли покинуть свои каюты.

Им предстояло в течение недели пересечь залив, омывающий западный берег полуострова - да так, чтобы не встретиться с кораблями султана, - направляясь к островам Рыцарей, где те уже не чувствовали себя в безопасности. А оттуда они, не опасаясь нападения, смогут добраться до материка и высадиться в ближайшем порту.

Едва рассвело, но пассажиры шебеки были уже на ногах, сильная качка не дала ночью сомкнуть никому глаз. Усталость усиливала напряжение. Шаул поспешно покинул каюту и поднялся на палубу, чтобы хоть немного остыть. Он только что схватился с Бруно. Было глупо и несправедливо обвинять кота в собственных злоключениях, но благоразумие всезнайки выводило из себя. Сони поднялся вслед за Шаулом и молча встал рядом, облокотившись на фальшборт. Волны, только что игравшие шебекой, словно ореховой скорлупкой, как будто услышали сердитый окрик и стихли, расстелившись перед шебекой спокойной гладью. Стрельнувшее ярким лучом из-за укутавших горизонт облаков солнце зажгло алую дорожку на поверхности присмиревшего моря и наполнило воздух розовым сиянием.

– Знаешь, а у меня такое чувство, – склонившись головой к плечу Шаула, проговорил Сони, – что нас ожидает какая-то опасная заварушка. И Элиза не достанется Дамону.
– Тогда она умрет, – хмуро возразил он.
– Ты не позволишь этому произойти.

Тоска о любимой стиснула грудь, и острая боль, пронзив сердце, выстрелила в висок. Сони, сочувственно глядя на него, взял за пальцы и нежно пожал их.

– Не спится, Клаверден? – услышали они голос Дамона.

Шаул с трудом развернулся, и снова получил удар невидимого клинка. Нырнув под леер, к ним подходил принц. Сони нахмурился и, чуть склонившись в поклоне, поспешил отойти. Принц проводил его долгим взглядом.

– Он не тот за кого себя выдает, да? – развернувшись к Шаулу, вдруг насмешливо спросил Дамон.
– Простите, ваше высочество? – с трудом переводя дух, переспросил его Шаул.
– Ваш слуга, Клаверден, – пояснил Дамон. – Он не тот, за кого себя выдает?
– Он никогда и не выдавал себя за моего слугу, – холодно ответил тот. – Он мой друг.

Чуть склонив голову на бок, принц недоверчиво всматривался в его лицо, словно пытаясь отгадать, о чем тот умалчивает. Шаул, справляясь с накатившей после отступившей боли слабостью, оперся о фальшборт, но взгляда не отвел.

– Так вы любовники! – воскликнул принц, стукнув себя пол лбу. – А я не пойму, что вы скрываете. То-то вы прыгали от матушки, как ужаленный, – рассмеялся принц. – А она, бедняжка, была в недоумении.

Шаул онемел от подобной откровенности.

– Не разделяю ваших пристрастий, Клаверден, но мальчишка хорош, – снова повернувшись к Сони, проговорил принц. – Есть в нем какая-то изюмина. Жаль, что он – не девица. Была бы моей, – усмехнулся Дамон. – Да что вы, Клаверден?! Не заберу я у вас пассию. И не скажу вашим духовным патронам, – заговорщицки добавил он.
– Вам не хватает собственных тайн, принц? Вы выдумываете чужие? – холодно поинтересовался Шаул.
– Выдумываю? – насмешливо поднял бровь принц. – Нет, я не выдумываю, я подмечаю, и запоминаю. Чужие тайны – это прекрасное оружие, которым в совершенстве должен владеть правитель.

После этой нелепой выходки принца Шаул еще больше ополчился против Дамона и всячески избегал его. И когда после недельного плавания они наконец миновали самый опасный участок пути вблизи острова Илиас, Шаул совсем приуныл, близость спасительных вод западной части Южного моря только подхлестывала его ревнивое отчаяние.

– У этого человека нет чести. И он, не скрывая, признается в этом, - в который раз обрушился он на принца.
– Брось, Шаул. Пусть тешится нашей тайной, – подшучивал над ним Сони. – По крайней мере отстанет от нас.
– Мне не до смеха, Сони, – досадливо поморщился он.
– Шаул, успокойся и перестань метаться, – выговорил ему Бруно. – Ангелов с крыльями ты не найдешь на земле. Власть – тяжкое бремя, и никто не сможет нести его, не замарав рук, тем более в такие трудные времена ситуации, какие выпали сейчас правителям Аустеррии.
– Бруно, причем тут трудности? Он открыто признался, что считает шантаж приемлемым средством!
– Хорошо. Что ты предлагаешь? – скептически сощурился Бруно.
– Не знаю, – безнадежно проговорил Шаул, проведя рукой по волосам.

Он гонится за призраком: никакого прекрасного принца не существует. «Да кто же, ради всего святого, должен разбудить Элизу? Облеченный властью или рожденный на королевском ложе?»

– Да сможет ли этот шантажист Дамон разрушить колдовские чары?
– Принц должен полюбить принцессу, насколько мне известно, – протянул Бруно. – А любовь совсем не связана с какими-то высочайшими достоинствами, любят и негодяи, и преступники, и лжецы.
– Любовь не зависит от достоинств, – кивнул Шаул. – Так почему она должна зависеть от крови?
– Ну это уж не ко мне вопрос, – вздохнул Бруно. – Феи романтичны, как все женщины. Возможно всему виной романтика…
– Мы ищем того, кого и быть не может, – с досадой прервал его Шаул.

Раздавшийся грохот поглотил его последние слова.

– Что это? – испугано воскликнул Сони.

Они услышали топот ног по верхней палубе, зычный свист боцманской трубки и крик вахтенного офицера.

– Надо узнать, что случилось, – прислушиваясь, проговорил Сони и выскользнул из каюты.

Шаул поспешил за ним.

На палубе царило возбуждение. Матросы суетились у парусов, меняя направление хода шебеки. Шаул слышал, как внизу хлопают, открываясь, крышки оружейных портов, и грохочут по батарейной палубе, выкатываясь, тяжелые пушки. На баке и полуюте возле орудий возились бомбардиры.

– По левому борту корабль султана, – подбежал к Шаулу Сони. – Я знал, что что-нибудь случится!

Вглядываясь вдаль, Шаул заметил большую трехмачтовую галеру с зеленым флагом. Она неслась с поднятыми веслами на всех парусах им наперерез. Шебека легла на левый глас, круто меняя курс. Быстрое маневренное судно принца имело все шансы уйти от тяжелой галеры. Но тут прозвучал резкий хлопок, у правого борта вражеской галеры появился дым, и через мгновенье дикий свист и грохот раздался над их головами. Шаула и Сони окатило деревянными щепами и водой.
– Вниз, Сони, – присев от неожиданного удара, Шаул схватил за рукав остолбеневшего мальчика и потащил к тамбуру.
Прежде чем спуститься он оглянулся: пролетевшее над их головами ядро задело бизань-мачту и разорвало нижнюю шкаторину паруса и несколько шпрюйтов.

Морской бой между судном принца и настигающим его кораблем султана длился недолго. Противный ветер мешал легким бортовым пушкам шебеки наносить сколько-нибудь серьезный ущерб вражескому судну. В то время как ядра, выпускаемые из тяжелых пушек батареи полубака галеры, поддерживаемые тем же зюйд-остом, снесли грот-мачту шебеки, привели в негодность снасти, пробили борт. Ход судна был замедлен. Галера догоняла шебеку, не переставая обстреливать ее. Но не все еще было потеряно, подпустив вражеское судно ближе, шебека могла дать залп из своих двендцати-фунтовых пушек с кормы. Но когда корабль противника оказался под ударом, принц приказал поднять белый флаг.

– Почему он сделал это?! – вытаращив на Шаула глаза, воскликнул Сони.
– Откуда я знаю! – огрызнулся тот, недобрые предчувствия завязали внутренности тугим узлом.

Взяв шебеку на абордаж, янычары султана, словно саранча, в мгновение ока заполонили ее. Принц приказал не оказывать сопротивления. И команда вместе с пассажирами с недоумением взирали на диковинных солдат, бесшумно заполняющих палубу. Издавая короткие гортанные звуки, один из них, по-видимому, старший, отдавал приказания. Их яркая одежда, войлочные белые шапки с длинными хвостами и перьями на макушке, смешной каркающий говор – все это выглядело карнавальным представлением, пока заартачившийся молодой моряк не отказался выполнять приказ опуститься на колени, и тут же острая кривая сабля янычара скользнула по его шее. Матрос упал, захлебываясь собственной кровью.

– Ох! – вырвался стон у пораженного Сони, и мальчик уткнулся в плечо Шаула, словно тот мог защитить его от этого кошмара.

Глава янычар что-то опять крикнул и погибшего тут же выкинули за борт. Больше никто не спорил с иноземцами. И уже за четверть часа корабль был в полной власти этих людей. Матросы были связаны и усажены на баке. Офицеры с капитаном – разоружены и оставались на шканцах. Шаул и Сони вместе со свитой принца, окруженные шестью янычарами, – на небольшом свободном пространстве у сломанной грот-мачты. Никого из них не тронули.

– Зачем вы это сделали? – оказавшись около принца, не удержался Шаул.
– Не все сразу, Клаверден, – не глядя на него, сухо ответил Дамон, ухмылка сошла с его лица, он был бледен, но спокоен.

Над палубой снова раздался зычный гортанный вскрик командира янычар, и воинственные иноземцы склонились в земном поклоне. По деревянным мосткам, выложенным между кораблями, на борт шебеки поднялся какой-то господин. Перед ним шествовал слуга, в руках которого была странного вида булава, украшенная выкрашенными в синий цвет копной конских волос. Движения сановника были неспешными и плавными, сообразно пышному наряду. Широкие шелковые шаровары, собранные у щиколотки тяжелыми складками, закрывали голенища сапог из тонкой кожи, делающим шаги его совсем тихими. Богато расшитый серебряной нитью селадоновый кафтан с покрытыми лазурью пуговицами препоясывался широким пурпурным кушаком, свободные концы которого, украшенные кистями, почти касались сапог. Поверх кафтана на нем было надета длинная сапфировая кашемировая долма, подбитая серебристым мехом, с длинными распахнутыми крыльями рукавов. На голове возвышался белоснежной горой шелковый тюрбан, украшенный золотой брошью с изумрудами. Тонкие пальцы сулатновского визиря, как окрестил его про себя Шаул, были унизаны перстнями.

Сановник приблизился к принцу, стоявшему впереди своей свиты, и оказался даже несмотря на свой тюрбан, не многим выше. "Агырмадагэ", – прошептал на ухо Шаула Сони, коверкая непонятную речь иноземцев. Но вопреки ожиданиям, султанов сановник заговорил совершенно ясно и четко на понятном пленникам языке:

– Я рад приветствовать вас, принц Дамон, – слегка качнул он чалмой.
– Юсуф-паша, – с обычной своей улыбкой ответил принц. – Как мило с вашей стороны встретить меня.

Шаул не мог поверить своим ушам: принц Дамон был в сговоре с султаном, врагом Аустеррии?!

Они перекинулись еще несколькими фразами, и сановник пригласил принца и его свиту к себе на галеру.

Огромная двухпалубная галера была словно плавучий дворец. На верхушке грот-мачты полоскался зеленый с золотыми звездами флаг султана. Белоснежные паруса были затканы серебряным полумесяцем в хороводе звезд. Позолота, яркий затейливый орнамент росписей, мягкие ковры, атласные подушки, переливающиеся муаром драпировки шелковых портьер... Богатство убранства галеры не шло ни в какое сравнение с военной простотой шебеки. Но Шаула не волновало искусство восточных мастеров, он был подавлен безвыходностью их отчаянного положения. Все раздражало его: и незнакомая гортанная речь, и холодные презрительные взгляды янычар, и бьющая в глаза роскошь, и высокомерная вежливость Юсуф-паши. Дамон с треском провалил его план, оказавшись в сговоре с султаном. Шаула лихорадило. И злость, и страх, и отчаяние мешались в горячечный коктейль, отравляли кровь и не позволяли трезво осмыслить положение.

Наконец пленников оставили в покое, разместив в каютах. Сони и Шаулу досталась небольшое помещение, застланное коврами и подушками. Один низенький широкий столик – был единственным предметом мебели. Их дорожные сумки были свалены здесь же в углу среди подушек. Бруно нигде не было видно.

– Где наш кот? – спросил Сони сопровождавшего их янычара.

Но тот, ответив равнодушным пустым взглядом, развернулся и покинул каюту, скрывшись за тяжелой занавеской, заменяющей дверь.
– Они рылись в наших вещах! – возмущенно воскликнул Сони, раскрыв сумки.
– Стоит ли удивляться? Мы их пленники, – раздраженно ответил Шаул.

Его перебило тихое короткое мяуканье, и среди подушек показалась серая плюшевая морда.

– Бруно, какой ты молодец! – воскликнул Сони и подхватил невесть откуда появившегося кота на руки. – Как ты нас нашел? Ты понимаешь, что говорят эти злодеи в перьях?
– К сожалению, мне не знакомо их наречие, – мурлыкнул Бруно, растаяв от нежных поглаживаний Сони.
– Стоило попасть в плен к янычарам султана, чтобы услышать от тебя признание в собственном невежестве, – по привычке поддел кота Шаул. – Что будем делать?
– Непростой вопрос, – проговорил тот, игнорируя неуместную остроту.
– Яснее ясного – принц в сговоре с людьми султана, – зло процедил Шаул. – Интересно, какую роль отвели нам в этом милом спектакле?
– Ничего хорошего от них не дождешься, – брезгливо проговорил мальчик, спустив с колен Бруно. – По горлу саблей – и в море!
– Ты слишком впечатлителен, мой молодой друг, – мурлыкнул Бруно, подставляя голову под ладонь Сони.
– Бруно, мы в плену, и стремительно удаляемся от нашей цели! – раздраженно возразил Шаул.
– Ты не предполагаешь, что это только видимость?
– Бруно! – взревел Шаул. – Сейчас не до твоих экивоков.
– В той земле, в которую мы направляемся, тоже есть принцы, – терпеливо объяснил Бруно.
– Ты хочешь отдать принцессу султану? – уставился на кота Сони.
– Принцу, - ответил Бруно
– Ты невыносим! – набросился на него Шаул.
– Тише! – шикнул на них Сони. – Нас подслушивают…

Быстро обернувшись, Шаул заметил, как качнулась занавеска, отделяющая вход в их каюту. Он выскочил следом, но никого не увидел, и вышел на палубу. Там деловито сновали матросы, подбирая рифы. Галера изменила курс и теперь при встречном ветре шла на юг, надо полагать, к северным рубежам султаната. Слажено работали гребцы на нижней палубе, синхронно взмахивая и опуская весла. На баке у батареи сидели янычары, греясь на солнце. На полуюте под балдахином он увидел Юсуф-пашу и заметил мелькнувший острый заинтересованный взгляд, как будто бы обращенный на него. Шаула обернулся – у грот-мачты стоял Дамон.

– Клаверден! – окликнул его принц. – Чудесная погода, не правда ли? Нам стоит пройтись. Боюсь, наша свобода передвижений будет слегка ограничена в ближайшее время. Так что не будем упускать возможность, пока она существует.

Принц взял его под руку и повел в сторону бака. Шаул не противился, ему необходимо было поговорить с принцем, хотя один вид того вызывал у него раздражение и злость.

– Подумать только, – не удержался он, – мне всегда казалось, что обладание собственным судном значительно расширяет свободу передвижений. Или прогулка по палубе вражеского корабля вполне удовлетворяет границам вашего понимания свободы?

Шаул оглянулся на плененную шебеку принца, шедшую в фарватере корабля султана.

– На сегодняшний момент, – невесело усмехнувшись, ответил Дамон.

Не доходя до бака, они развернулись и пошли в обратную сторону. Оторвав взгляд от расположившегося на полуюте Юсуф-паши, принц насмешливо взглянул на Шаула.

– Клаверден, сотрите чистоплюйское выражение со своего лица. Оно не идет вам.
– Мне жаль расстраивать ваше высочество своим видом, но, боюсь, мое преображение потребует некоторых объяснений.

Шаул ждал ответа, но принц, словно забыв о нем, был увлечен разыгравшейся на полуюте сценой: перед Юсуф-пашой размахивая руками упал на колени, а затем простерся ниц один из его слуг. Достаточно было одного ленивого взмаха руки вельможи, и участь бедолаги была решена. Шаул с отвращением развернулся, чтобы не вдеть отвратительной расправы. Чуть задержавшись, принц последовал за ним и снова взял его под руку.

– Советую не устраивать в каюте любовных утех с вашим маленьким другом, – едва различил Шаул в шуме ветра и плеске воды тихий голос принца. – За такие пристрастия в султанате запросто можно лишиться головы.

Шаул молчал, и принц продолжил:

– Как вы догадались, Клаверден, у меня была договоренность с султаном. Конечно, я бы предпочел ваш план, но, к сожалению, в последний момент оказалось, что времени на его осуществления у меня скорее не будет. Хотя, если бы нам удалось разминуться с галерой Юсуф паши, я бы все-таки рискнул, но от судьбы не уйдешь…
– Разве не вы приказали сдаться вашей команде?
– Не будьте наивным, Клаверден. У нас не было шансов уйти живыми. А гибель не входила в мои планы. Так же, как полагаю, и в ваши.
– Представьте себе, ваше высочество, в них не входил и плен, – огрызнулся Шаул.
– Плен – это шанс, – убежденно возразил принц. – Неужели вы думаете, что мертвый вы справились бы лучше?
– И каков ж результат вашего тактического хода? – ответил вопросом на вопрос Шаул, не желая вступать в бесплодный спор.
– Сейчас я союзник султана, хоть и против собственного отца, – беспечно пожал плечами Дамон.
– Прекрасная фабула для трагедии, – обозлился Шаул, убедившись, что принц не задумываясь отказался от своего обещания спасти Элизу ради достижения собственных целей. – Без сомнения ваша матушка по достоинству оценит ее.

Принц резко остановился и взбешенный уставился на Шаула.

– Заткнитесь, Клаверден! – прохрипел он, но, быстро овладев собой, снова взял его под руку и продолжил: – Заткнитесь и слушайте. Я не обязан откровенничать с вами и делаю это просто из любезности. План отца совершенно провальный. Когда султан нападет на Аустеррию – а это вопрос нескольких недель – оборона не устоит, королевство будет разграблено и уничтожено в течение нескольких дней. Но если я встану во главе войска султана, как его будущий наместник, то смогу ограничить количество этих кровожадных головорезов, убедив султана и его советников в доскональном знании оборонительных мер. И тем самым предотвращу насилие и грабеж. А став наместником, я разгромлю его с помощью флота, который, уверен, подоспеет к следующему году.
– У вас есть флот? – удивленно воззрился на него Шаул.
– Я отправил несколько человек через перевал с щедрыми предложениями на север. Так или иначе, но у меня будет флот с новыми кораблями и новыми пушками. Я заключу союз с рыцарским флотом и флотами других прибрежных королевств. Все вместе мы сможем противостать султану. Я выкину его из Аустеррии и соседних островов.
– Смелый план. Жаль его исполнение зависит от слишком многих неизвестных, - скептически усмехнулся Шаул. – Вы считаете султана настолько наивным, чтобы тот предоставил своему наместнику описанную вами свободу действий? Я бы на вашем месте серьезно призадумался о том, сдержит ли вообще султан свое слово назначить вас тем самым наместником, когда Аустеррия вашими стараниями будет лежать у его ног.
– Вы правы, они хитры и лживы, но у меня тоже есть шпионы, и я знаю слабые места султана. И мой Блуффо знает толк в их восточной хитрости. К тому же вы поможете мне, взяв на себя наследного принца.
– Каким это образом? – неприязненно поинтересовался Шаул, не желающий участвовать в аферах принца.
– Вы отвлечете мнительного Фаруха своей историей о спящей принцессе.
– Вы с ума сошли?! – не мог поверить Шаул собственным ушам.
– Отнюдь, Клаверден, – покачал головой, улыбнувшись Дамон. – Фарух чертовски подозрителен, фанатично религиозен и настроен против всяческого сотрудничества. Он желает превратить нас всех рабов. И может смешать мне карты. Но вам он подходит. Фарух – самый настоящий принц. Он старший сын султана. Я уже рассказал Юсуфу о вашей принцессе.
– О, небеса, – простонал Шаул. – Зачем?!
– Затем, чтобы у вас появился шанс выполнить то, что ждут от вас ваши патроны. Юсуф – главный советник принца Фаруха. Не скажу, что пожелал бы такого мужа своей сестре. К тому же, насколько я знаю, принц уже имеет немалый гарем. Но он не ограничен в количестве жен, и может разбудить еще десяток принцесс. Вам решать, как воспользоваться этим шансом.

Шаул потерял дар речи. Похоже Дамон и сам не понимал, куда завел его собственный цинизм. Но стоило ли удивляться его плану в отношении далекой принцессы, когда тот не моргнув глазом предал собственного отца?

– Вы чрезвычайно дальновидны, ваше высочество, – наконец процедил Шаул. – Но не кажется ли вам, что ваш отказ спасти принцессу, никоим образом не предоставляет вам полномочий решать ее судьбу, тем паче распоряжаться независимостью Содружества!
– Не будьте идиотом, Клаверден. Принцу нечем угрожать вашему Содружеству. Я оказал вам любезность, представив вас как посланника с чрезвычайно выгодным предложением. К тому же вам не из чего выбирать. Для достижения поставленной цели надо использовать те средства, которые у вас есть.
– Вы, ваше высочество, по всему, большой мастер в этом, – зло процедил Шаул.
– Да, – ничуть не смутившись подобным выпадом, улыбаясь, ответил Дамон. – И я добьюсь своей цели.
– Желаю удачи, – стиснув зубы в бессильной злости, поклонился Шаул.
– Чтобы вы обо мне не думали, Клаверден, я тоже желаю вам удачи. И хочу предостеречь вас. Вы наивный романтик, сиятельный граф. А это свидетельствует либо о глупости, либо о нежелании видеть очевидное, что сродни все той же глупости. Очнитесь и взгляните жизни в лицо. Она не прекрасная благородная дама, а хитрая, жадная куртизанка. Заплатите ей и вы получите все ее прелести.
– Боюсь, ваше высочество, мне не по карману такая расточительность, – холодно проговорил Шаул.


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30760
ссылка на сообщение  Отправлено: 12.05.15 23:20. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Вот так поворот с принцем! Ожидала от него какой-либо пакости, но такой... Мерзавец! Куда же уведет беднягу романтика Шаула это путешествие? Грустное такое зрелище - эти принцы, куда не кинь - всюду клин.
И чем этому Дамону Сони не угодил? Угнетает направленность мыслей принца.

Но ужасно нравится мысль Селины о том, что Траум мог стать человеком. А действительно - куда может уйти дух? В плоть и кровь грешные.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1724
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.05.15 19:06. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга

Какой сюрприз! Я думала, ты еще отдыхаешь вдали от ужасов цивилизации

Хелга пишет:

 цитата:
Вот так поворот с принцем!

Надеюсь, он (поворот) выглядит органично (с точки зрения характера принца) и не слишком легковесно (в смысле самой идеи предательства ради спасения).

Хелга пишет:

 цитата:
Куда же уведет беднягу романтика Шаула это путешествие? Грустное такое зрелище - эти принцы


Следующий принц особенно хорош в описании Дамона

Хелга пишет:

 цитата:
И чем этому Дамону Сони не угодил?


Наоборот, он ему симпатизирует в каком-то смысле. Хотя Сони его занимает в самой малой степени - у него своих забот хватает. Но когда тот попадается ему на глаза, то его цепляет непонимание. Этот отрок явно не на своем месте, а чем это обусловлено, Дамон понять не может – он-то привык контролировать и моделировать ситуации, и какие-то тайны его не устраивают, как принцип. И свобода (не называть себя и хранить свои тайны), которую Сони предоставил Шаул, для него просто - слабость и глупость, да и не очень-то он и верит в эту свободу. И когда он видит, как Сони с нежностью пожимает руку Шаулу, он наконец находит объяснение всему их поведению.

Хелга пишет:

 цитата:
Угнетает направленность мыслей принца

Какое именно?

Хелга пишет:

 цитата:
А действительно - куда может уйти дух? В плоть и кровь грешные.

В смысле если уж Провидение наказует, то так, что мало никому не покажется?


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30761
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.05.15 19:42. Заголовок: Юлия пишет: Следующ..


Юлия пишет:

 цитата:
Следующий принц особенно хорош в описании Дамона



Да уж... так хорош, что дух захватывает. Бедная Элиза.

Юлия пишет:

 цитата:
И когда он видит, как Сони с нежностью пожимает руку Шаулу, он наконец находит объяснение всему их поведению.


Юлия пишет:

 цитата:
Какое именно?


Так вот это именно и угнетает - найденное прекрасным Дамоном объяснение.
Юлия пишет:

 цитата:
Надеюсь, он (поворот) выглядит органично (с точки зрения характера принца) и не слишком легковесно (в смысле самой идеи предательства ради спасения).


Поскольку мы знакомы с принцем поверхностно плюс его уже проявившаяся непомерная самоуверенность, то действия его не слишком меня удивили - ждала от него пакости.

Юлия пишет:

 цитата:
В смысле если уж Провидение наказует, то так, что мало никому не покажется?


Как-то так.

Юлия пишет:

 цитата:
Я думала, ты еще отдыхаешь вдали от ужасов цивилизации


Вернулась. Хотя отдыхала в ужасах цивилизации, но с ограниченным доступом в ужасы всемирной сети.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38078
ссылка на сообщение  Отправлено: 16.05.15 22:35. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Понятное дело, что Траум не может просто так исчезнуть - слишком яркая личность, Провидение не будет такими разбрасываться. А Селина должна его найти, если он сам этого не сделает.
С принцем сложнее - как бы он сам себя не перехитрил.
Юлия пишет:
 цитата:
Надеюсь, он (поворот) выглядит органично (с точки зрения характера принца) и не слишком легковесно (в смысле самой идеи предательства ради спасения).

Вот даже не знаю, если честно. С одной стороны - от Дамона не ждешь ничего хорошего, и этот поворот\предательство вполне вписывается в его характер. С другой - как-то он наивен для своего цинизма. У него же нет никаких гарантий, что султан сдержит слово, и полагаться на обещания - верх легкомыслия, на мой взгляд. Хотя в силу собственной юности и неопытности, он, конечно, может думать, что всех хитрее и умнее, но, боюсь, сам в эту ловушку и попадет.
Насчет Сони и Шаула - принц вполне мог так подумать, в принципе. Единственное что немного смутило, что Сони "нежно" пожимает руку Шаула. По идее, с нежностью мужчины могут относиться к женщинам, к детям, ну там еще к лошадям, допустим. Друг к другу же - ну, скорее, с пониманием, с поддержкой, ободрением. Другое дело, что Дамон мог принять подобный жест за нежность особых отношений. Гм.
Юлия пишет:
 цитата:
Имелось в виду, что эти острова не принадлежали Аустеррии. Я пока уточнила так:

Ага, вот, мне кажется, так лучше всего. Тем будут более оправданны мотивы отъезда Дамона, а история с его предательством предстанет совсем неожиданно.

Из тапков, что заметила:
 цитата:
Он желает превратить нас всех (в) рабов

Предлог пропущен.
 цитата:
когда тот не моргнув глазом предал собственного отца?

Он - ?
 цитата:
Чтобы вы обо мне не думали, Клаверден

Что бы - раздельно, ни думали ("и").
 цитата:
времени на его осуществления у меня скорее не будет

Времени на осуществление плана (ед.число).

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1725
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.05.15 18:46. Заголовок: Хелга apropos http:..


Хелга apropos
Спасибо, дорогие.

apropos пишет:

 цитата:
Хотя в силу собственной юности и неопытности, он, конечно, может думать, что всех хитрее и умнее, но, боюсь, сам в эту ловушку и попадет.


Хелга пишет:

 цитата:
действия его не слишком меня удивили


Вот и славно. Теперь мы с ним расстаемся, и как там у него сложится - Бог его знает. Обожжется, конечно, но, может быть, пойдет ему на пользу.

Хелга пишет:

 цитата:
Так вот это именно и угнетает - найденное прекрасным Дамоном объяснение.


apropos пишет:

 цитата:
немного смутило, что Сони "нежно" пожимает руку Шаула. По идее, с нежностью мужчины могут относиться к женщинам, к детям, ну там еще к лошадям, допустим



Сони же - еще не мужчина, и не брутальный подросток. Тихий, понимающий, нежный - все время Бруно ласкает. А друг-то в страданьях, что ж его не пожалеть?

apropos пишет:

 цитата:
Селина должна его найти

Она настроена решительно. А Рев-то лучше знает, все-таки дух, как ни как.

Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1726
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.05.15 20:40. Заголовок: *** Агата протерла ..


***
Агата протерла утомленные глаза, поднялась из-за стола, и подошла к окну. На белоснежном поле выпавшего ночью снега виднелись четкие следы – Селина кормила птиц. Чуть позже она увидела ее саму, он подходила к дому со стороны деревни и, заметив в окне сестру, приветливо махнула ей рукой - не иначе возвращалась от своих маленьких подопечных.

Жизнь Селины постепенно входило в прежнее русло. Она снова хлопотала, опекая своих крестников, которых набирала без разбору – всех, кто требовал сочувствия, нежности, утешения в бедах, даже если это была разбитая коленка или пустячная обида на старшего брата. Сама Агата не очень-то привечала учеников и выбирала подопечных с особым тщанием. Ей абсолютно чужда была теория Селины, что любой достоин участия. Пусть любому любые и помогают, а помощь феи особенная, она налагает обязательства не только на саму фею, но и на ее крестника. В духовной жизни расчет не меньше, чем за банковской стойкой – каждый вложенный грош, должен принести прибыль. Иначе благословение обернется проклятием. И в первую очередь для самого одаренного.

Но сейчас Агата и не подумала бы обвинять сестру в благодушии и наивности. Сочувствие и забота о маленьких шалопаях отвлекали Селину от грустных мыслей и бесконечных слез по Трауму.

– Траум, Траум, – прошептала Агата, возвращаясь к своим книгам.

Агата не верила в то, что бывший владыка мира снов жив. Рев довольно убедительно доказал ей, что этого не может быть. Но Селина зациклилась на своей идее найти Траума, и Агата была намерена избавить ее от этого наваждения. Пусть в своих поисках сестра сама убедится в смерти владыки. Это было горькое лекарство, но иначе Селину не вытянуть из болота, в котором та добровольно погрязла.

Чтобы найти с помощью зеркала связанное с Траумом событие, которое произошло не так давно или может произойти в будущем, Агата должна заставить Селину вспомнить хоть что-нибудь из их путешествия. Все книги сходились на том, что поиск не может быть абстрактным. Зеркалу необходимо предъявить некий факт, а лучше несколько. Выстроив по прядку свершившиеся события, оно сможет устремить их луч в будущее. Этот луч укажет, что уже произошло или, возможно, ожидается. Это была сложная магия, требующая от волшебника точности расчетов и ясности изложения.

Агата не сомневалась, что ей удастся сделать верные рассчеты и помочь Селине выловить из ее сумбурных чувств хоть что-то из ушедших на дно воспоминаний. Гораздо больше ее волновало само зеркало, что-то случилось с ним несколько лет назад, когда двое неугомонных мальчишек ворвались в Заколдованный замок. Как не старалась Агата, ей так и не удалось избавиться от проклятых искр, которые покрывали зеркальную поверхность, при любой попытке отыскать Шаула. Селина считала, что это проявление воли Провидения, отчего-то не желавшего вмешательства фей в судьбу юноши. Эту же теорию поддерживал и Рев. Но Агату не могли удовлетворить столь умозрительные доводы. Она была уверена, что это влияние колдовства. В первый же свой приход Шаул разбудил его, прочитав свиток. Во второй – он, вообще, попытался отделаться от него – пепел сгоревшего свитка до сих пор лежал в камине спальни Элизы.

Магические предметы имеют свойство впитывать магию, они чувствительны как светлому волшебству, так и к темной магии, противоположные потоки схлестываются и образуют вихри, изменяющие свойства и закономерности магии самого предмета. Нечто подобное скорее всего случилось и в старом зеркале, впитавшим магию не одного поколения сменивших друг друга фей и колдуний. Если злая магия Кольфинны, враждовавшей с обеими сестрами, каким-то образом плеснулась в зеркало, она может помешать Селине найти ее любимого Траума.

– И угораздило же ее, – пробормотала Агата и, обернувшись, увидела сестру на пороге комнаты.
– Это ты про мою любовь, – недовольно поджала та губы.
– Про нее самую, – вздохнула Агата. – Я могу заставить зеркало искать Траума, но ты должна предложить ему что-то большее, чем "я знаю, что он жив".
– Но я действительно знаю, что он жив, – вскинула бровь Селина, но смягчившись добавила. – Боюсь, кроме этого я ничего не помню.
– Ерунда, – махнула рукой Агата и приказала, указывая на одно из кресел у камина: – Зайди и сядь.

Сама она осталась стоять.

– Теперь я расскажу тебе, что мне известно от Рева, а ты попытаешься нанизать на это свои воспоминания, – начала Агата и принялась расхаживать по комнате. – Итак, когда ты умерла, Траум, обратился к своему брату Тодду и никому из нас неизвестным образом смог убедить его отдать твою душу. Душа твоя была поражена настолько, что искусство лекарей царства снов не могло тебя исцелить. Тебя отпаивали каким-то настоем, что-то там такое связанное с силой Траума, которая еще поддерживала мир снов. Когда ты едва пришла в себя, Траум завернул тебя в шелковый нефритовый плащ…
– Нефритовый плащ! – воскликнула Селина. – Я помню, он укутал меня в него, когда я была в одной рубашке…
– Боюсь, когда он укутывал тебя, ты была и вовсе без рубашки, – скривилась Агата.

Щеки Селины залил румянец.

– Этого я не помню, – прошептала она. – Но то было раньше, когда юный Сламбер пытался признаться мне в любви…
– Еще и Сламбер! Неуемная энергия, – не удержалась она от сарказма. – Так, может быть, Сламбером и ограничишься? Его-то мы без труда найдем.
– Прекрати паясничать, Агата, – нахмурилась Селина, поднимаясь с кресла. – Мне надоели твои выходки.
– Не обижайся, – примирительно сказала она и взяла сестру за руки, возвращая ее в кресло. – Итак, Траум отправился на суд Провидения, чтобы в замен твоей души предложить свою. С тобой на руках он покинул мир снов, когда Рев видел его в последний раз. Ты что-нибудь вспомнила?

Селина отрицательно покачав головой, горестно вздохнула.

– Не время отчаиваться, – нетерпеливо отчитала ее Агата. – Закрой глаза и вспоминай. Это без сомнения был очень трудный, невыносимо тяжелый путь.

Но Селина, послушно прикрывшая веки, из-под которых выкатились две крупные слезы, снова покачала головой.

– Каким ты видела его?

Сестра открыла глаза и непонимающе уставилась на нее.

– Опиши мне его, – попросила Агата. – Какой он был? Высокий, низкий, брюнет или блондин, толстый…
– О, нет, – выдохнула Селина, наконец обретя дар речи. – Он был очень высокий – я едва ли доходила ему до подбородка, – широкоплечий…
– О, да, кто бы сомневался, – проворчала себе под нос Агата.
– Кисти рук, – Селина посмотрела на свои, – у него широкие, но сухощавые с длинными пальцами.

Она снова прикрыла глаза и повела рукой так, словно дотрагивалась сейчас до его лица, как делают слепые.

– Волосы… волосы скорее русые, всегда убраны назад, но одна непослушная прядь то и дело падает на высокий лоб. Он так часто хмурится… Прямые мягкие брови и под ними… – Селина отрыла глаза и срывающимся голосом выпалила: – Он любит меня!
– О, небеса, – проворчала Агата. – Продолжай, – приказала она сестре, и та, зарыв глаза, покорно продолжила описывать своего возлюбленного.
– Прозрачные, как талая вода…
– Все ясно, – вздохнула Агата и мысленно направила к рукам Селины сгусток магии.

Под чуткими пальцами феи появлялся портрет великого Траума. Он был, действительно, хорош, но черты его лица были уж слишком суровы. Из-под прямых бровей пристально и строго глядели глубоко посаженные с чуть удлиненным разрезом глаза. Массивный прямой нос спускался к четкой горизонтали узких губ, огибающие их носогубные складки переходили в округлую линию подбородка, лишь слегка смягчающую резкие диагонали скул. Его взгляд был тверд и непреклонен, но из самой глубины – вот чем он пленил сентиментальную Селину! – сквозила такая печаль, что можно было задохнуться.

– Достаточно, милая, – проговорила Агата.

Селина открыла глаза и испуганно воскликнула:

– О!

Прижимая руки к груди, она пыталась прийти в себя.

– Ты наколдовала его портрет, – прошептала она и, с мольбой подняв на сестру взгляд, попросила: – Я заберу его к себе, ладно?

Агата нехотя кивнула.

– Теперь постарайся вспомнить все из вашего путешествия. Любая мелочь подойдет – звук, запах…
– Ничего, – протянула Селина. – Кроме звездного неба. Я вижу его во сне…
– Звездного неба? – удивленно переспросила Агата, но продолжила: – Когда смотришь на него, запрокинув голову, всегда затекает шея…
– Нет, – решительно перебила ее сестра и замолчала.

Агата не стала прерывать молчание, видя напряженную работу мысли, отразившуюся в отрешенном взгляде Селины. Наконец та подняла глаза и с несвойственной ей твердостью произнесла:

– Звездное небо смотрит мне прямо в лицо, смотрит многими тысячами своих блестящих глаз. Я… Мы были под этим сводом вместе. Мы были вместе! – торжествуя, словно сама только что поняла значение своих слов, воскликнула Селина, бросаясь к сестре. – Мы единое целое!


Агата почувствовала, как краска заливает ее лицо. Ее младшая сестра бесстыдно во всеуслышание заявляет о своем падении!

– Прекрати! – строго приказала она, всхлипывающей счастливыми слезами Селине.
– О, Агата! Я так счастлива, – стремительно прильнула к ней сестра.
– Оставь, – воскликнула Агата, высвобождаясь из ее объятий. – Как ты могла пред лицом Провидения попрать Его благословение?! Разорвать свои обеты, пренебречь своим предназначением?! Какой позор! Как вы могли?! Вы шли туда в покаянии принести жертву, а сами осквернили жертвенный алтарь своей похотью?! Ты бредишь! Этого не может быть!

Она замолчала, пытливо вглядываясь в лицо сестры, пытаясь отыскать там хоть тень сомнения в совершенном злодеянии.
– Но Агата, – растерянно прошептала Селина, – что еще, кроме своей любви, мы могли принести Провидению?!

– О небеса, – простонала Агата. – Ты действительно не понимаешь, что сделала?!
– Это любовь, Агата, – спокойно ответила Селина. – Соединение душ пред лицом Провидения – это любовь, и ничто не может осквернить ее. Ни мои обеты, ни твое представление о должном.

Агата задохнулась от отвращения - это бесстыжее лицемерие, прикрывающее похоть высокими словами, было совершенно невыносимо. Звон взорвавшегося мелкими осколками магического портрета великого распутника стал ее ответом забывшей о чести сестре.

***


Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38084
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.05.15 22:18. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Спасибо за продолжение - ох, Агата, Селина и Траум где-то рядом. Побежала читать.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30778
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.05.15 22:37. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Ой, да про Селину и Агату, тоже бегу.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38087
ссылка на сообщение  Отправлено: 18.05.15 23:25. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Тапки еще собираю, пока просто прочитала - портрет хорош... Но Агата как-то слишком сурова - то ж не просто похоть, любовь, именно что святое чувство. Интересно, а у самой Агаты было что-то похожее в жизни, или она так чтит свои обеты, что никогда не поддавалась никаким соблазнам и ни в кого не влюблялась? (Хотя что за обеты у фей, интересно. И что вообще им разрешено, а что нет - в личной жизни. Или просто они не могут ее иметь? Никогда раньше как-то не задумывалась... )

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1727
ссылка на сообщение  Отправлено: 19.05.15 18:24. Заголовок: apropos Хелга http:..


apropos Хелга

apropos пишет:

 цитата:
Агата как-то слишком сурова


Агата сурова.
Во-первых, она изначально была против любовной истории Селины. И старательно доказывала, что этого не может быть, потому что не может быть никогда. Она смирилась лишь перед лицом смерти Селины и то, в полной уверенности, что связи-то этой конец. И вдруг оказалось, что все-таки любовь между Траумом и Селиной возможна. И не какая-то отвлеченно-непонятная (потому что и сравнить-то их между собой нельзя, не то что соединить), а вполне-таки реальная, хоть и не в предметном мире, но обретшая вполне конкретные формы.
Во-вторых, она действительно весьма серьезно относится к призванию. Феи - значит феи, и никаких тебе глупостей. Она сама очень ученная и могущественная фея. Селина, конечно, с ней не сравнится. И она это знает. Но они сестры и действуют заодно. И если Селина попрала призвание подобной выходкой, то это не может не задать ее.
В-третьих, обычное высокомерие воздержания, которое всегда собственную холодность превозносит как праведность и ставит себе в заслугу, а чувственную сторону любви трактует как распущенность и потворство низменной похоти.
В основе же всего лежит обыкновенная ревность. Глубоко запрятанная за всеми этими рассуждениями, но это все-таки она. Селина, любимая и дорогая сестра, всегда была второй скрипкой, и вдруг она переметнулась в другой оркестр играть соло! Это просто черт знает что такое.

apropos пишет:

 цитата:
Хотя что за обеты у фей, интересно. И что вообще им разрешено, а что нет - в личной жизни. Или просто они не могут ее иметь?


Я уж сама забыла, что там будет дальше. Но если Альцгеймер меня не сломил окончательно, кажется, нас еще ждут рассуждения о сути обетов. Как, наверное, уже понятно, ни одна, ни другая сестра не смирятся с толкованием другой стороны.


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30784
ссылка на сообщение  Отправлено: 19.05.15 19:40. Заголовок: Юлия пишет: Агата п..


Юлия пишет:
Агата проявилась очень сильно, в смысле, все ярче ее характер, ее суть. Суровая фея, ничего не скажешь.
Юлия пишет:

 цитата:
нас еще ждут рассуждения о сути обетов. Как, наверное, уже понятно, ни одна, ни другая сестра не смирятся с толкованием другой стороны.


С волнением жду дискуссий между сестрами.


Немного тапочек


 цитата:
Чуть позже она увидела ее саму, он подходила к дому со стороны деревни и, заметив в окне сестру, приветливо махнула ей рукой - не иначе возвращалась от своих маленьких подопечных.


она
Юлия пишет:

 цитата:
каждый вложенный грош, должен принести прибыль.


Лишняя зпт

Юлия пишет:

 цитата:
которые покрывали зеркальную поверхность, при любой попытке отыскать Шаула.


Лишняя зпт.

Юлия пишет:

 цитата:
Во второй – он, вообще, попытался отделаться от него


Кажется, обе зпт вокруг вообще не нужны?

Юлия пишет:

 цитата:
вскинула бровь Селина, но смягчившись добавила.


смягчившись в зпт?

Юлия пишет:

 цитата:
чтобы в замен твоей души предложить свою.


взамен

Юлия пишет:

 цитата:
приказала она сестре, и та, зарыв глаза,



закрыв

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1730
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.05.15 19:33. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга
Спасибо, дорогая.

Хелга пишет:

 цитата:
Суровая фея



Она не то чтобы суровая... Она категоричная. Ну, а здесь задели за живое. Селина на самом деле дорога ей, и она не может так просто отпустить ее с орбиты. В своей любви Селина слишком очевидно, поправ всякую условность, выходит за рамки не просто допустимого, а возможного для Агаты. А это ранит, потому и вызывает ответную жестокость.


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1732
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.05.15 21:44. Заголовок: Двинемся дальше? *..


Двинемся дальше?

***

Через несколько дней галера Юсуф-паши и следующая за ней шебека принца Дамона пристали в шумном порту острова Исола. Захватив его минувшей осенью, султан, как оказалось, именно отсюда планировал начать свою кампанию по завоеванию Аустеррии. Здесь сейчас находился его военный штаб, куда и направился Дамон со своей свитой.

С принцем Шаул распрощался без взаимных упреков. Шаул искренне пожелал ему удачи – как ни крути, а распространение султаната на север было весьма неприглядной перспективой для любого северянина. Да и что толку спорить и рассуждать на галере султана о допустимости и надежности средств спасения? Что же касается его собственной задачи, то и тут пенять на принца было бесполезно. Он сам рискнул обратиться к Дамону, и риск не оправдался. Теперь надо было искать новое решение, а не сожалеть о провале прежнего.


Простояв в порту Исолы неделю, галера наконец снялась с якоря и вышла в море. Юсуф-паша возвращался в Каразерум к своему патрону принцу Фаруху, вынужденному покинуть ставку из-за набега на западные границы султаната воинственных кочевников.

Шаул мучительно размышлял о неведомом ему восточном принце: возможен ли хоть один шанс из тысячи, что тот может оказаться тем самым, кто разбудит Элизу? Но многоженство, практикуемое в султанате, ставило в его понимании крест на кандидатуре Фаруха, даже при самых благоприятных иных обстоятельствах.

– Почему ты так относишься к гарему? – недоумевал приверженец полигамии Бруно. – Я понимаю: традиции, поклонение прекрасной даме – это все прекрасно. Но согласись: сколько мужей – хотя бы в вашем славном городе Бонке – оставались верны супружескому долгу?
– То, что люди нарушают клятвы, не делает клятвопреступление достойным поступком, – парировал Шаул.
– Клятвопреступление – грех, – согласно кивнул Бруно. – Но неужели принуждение кого-либо клясться в том, что он не в состоянии выполнить, – благовидное деяние?
– Никого насильно не принуждают давать брачные обеты, – пожал плечами Шаул.
– Но по сути это именно принуждение: плотская любовь вне брака осуждается как грех и порицается обществом, многоженство является преступным деянием. Так что же остается несчастному?
– Брачный союз, Бруно, – это не способ удовлетворения плотских желаний, – назидательно ответил Шаул.
– Так где же их прикажешь удовлетворять?
– Я имел в виду, – смутился Шаул, – что человеческий союз не ограничивается этим.
– Конечно, еще он включает финансовые и имущественные договоренности, обязательства по воспитанию детей. Согласен: пусть бедный имеет одну жену. Но почему богатый должен страдать?
– Я понимаю, что твоей природе не свойственны моногамные отношения, но людям…
– Не видел ни одного моногамного человека, – прервав его, безаппеляционно заявил Бруно. – И ты не исключение. То, что ты влюбился сейчас в принцессу, совсем не отменяет твоего горячего желания, которое вызывала или вызовет в недалеком будущем еще не одна красотка.

Шаул залился краской, вспомнив горячие поцелуи Аделины и чувственную красоту королевы Изабеллы.

– Тебе не понять, Бруно, – резко ответил он. – Дело не в желании, а в единении душ.
– А единение душ не предусматривает желания?
– Отстань! – рявкнул на кота Шаул.

Он не собирался сейчас разъяснять въедливому коту сложную концепцию брака как наследующего вечность союза.

– Достаточно того, что Элиза не согласится быть в гареме.
– И почему ты так решил? – скептически повел ушами Бруно. – Ты думаешь женщины гарема против?
– Меня не интересуют женщины гарема! – вскипел Шаул. – Я уверен, что ни одна женщина с севера не согласится на такое унижение.
– Ты так претенциозен. Почему унижение?
– Довольно!
– Хотел бы я послушать, как ты распинаешься о гареме перед своими феям, Бруно, – поддел кота Сони. – Не иначе, как отправят они тебя туда евнухом.

Шаул не смог сдержать смеха.

– И ты туда же? – кисло скривился кот.
– Не знаю как у вас, у котов, Бруно, – Сони принялся нежно поглаживать и почесывать обиженного кота. – Но люди, несмотря на то, что они часто влюбляются, каждый раз, когда это происходит, становятся друг для друга единственными. И ничего и никого другого они не хотят. Пусть это теряется со временем, но каждый человек знает, что именно то чувство единения с единственным и есть истина. Просто мы не умеем удержать ее в своем сердце. Вот и влюбляемся то в одного, то в другого…

Шаул с удивлением слушал мальчика.

– Сони, ты никогда не перестанешь поражать меня. И как же ты успел набраться подобной премудрости в столь юном возрасте?!
– Не городи ерунды, Шаул, – недовольно нахмурился мальчик. – Это известно всем простым людям. Просто твоя ученость заставляет тебя все усложнять.

Шаул не стал больше донимать строптивца, переменив тему.

– Но если Фарух не подходит, нам надо найти способ бежать.
– Не очень-то легко это сделать посреди моря, – вздохнул Сони.
– Не знаю, не знаю, – промурлыкал Бруно. – Спором дело не решить, но поверьте мудрому коту: не может быть принц Фарух случайным принцем на нашем пути.
– Позволь полюбопытствовать, что ты имеешь в виду, – недовольно скривился Шаул. – Если ты не заметил, пока все принцы на нашем пути, как ты выражаешься, случайные – ни один из них не отправился будить Элизу.
– Ее высочество принцессу Оланда! – вскипел кот. – Она не твоя возлюбленная, хоть ты и мечтаешь о ней по ночам.
– Не нападай на него, Бруно, – вступился за Шаула Сони. – Он же не специально.
– Влюбился не специально, а ведет себя, как будто имеет право на принцессу, вполне осознанно!

Шаул зло скривился – что толку спорить?! – и, махнув рукой, поднялся на палубу. "Отдать Элизу в гарем, конечно же, лучше, чем любить ее. Провались ты со своей высокой моралью!" - мысленно проклинал он зарвавшегося кота, когда к нему подошел один из слуг Юсуф-паши и жестом пригласил следовать за ним. Шаул вздохнул, справляясь с раздражением, и послушно пошел за слугой. Юсуф-паша уже приглашал Шаула на беседы. Но ни разу не обмолвился ни о принцессе, ни о возможных переговорах с принцем Фарухом, ни о предуготованной пленникам судьбе. Словно путники, дороги которых пересеклись волей случая, они вели отвлеченные разговоры то о достижениях медицины, то о морали и праве.

Слуга провел Шаула через несколько богато убранных душных комнат и остановился перед закрытой дверью, почтительно стукнул в нее и бесшумно исчез. Дверь перед Шаулом распахнул другой слуга и пригласил юношу к вельможе. "И как только паша их разбирает?" – мелькнула у Шаула мысль, безмолвные слуги казались ему совершенно одинаковыми.

В этих покоях он оказался впервые. Как ни странно, ни в пример другим комната была убрана без кричащей роскоши, и больше походила на библиотеку в доме какого-нибудь аристократа в родных местах Шаула. Множество книг на стеллажах, прекрасной работы стол с великолепными письменными принадлежностями. Два удобных кресла с высокими спинками и инкрустированный перламутром ореховый столик, сервированный расписным фарфоровым кувшином, двумя бокалами цветного стекла и латунной вазой с фруктами. Тяжелые бархатные портьеры за креслами скрывали вход в еще одно помещение, откуда минуту спустя появился Юсуф-паша.

– Я рад вас видеть, граф, – приветствовал он Шаула.

Паша сделал едва заметный знак рукой и слуга, поклонившись, исчез. Шаул с трудом узнал сановника. Тот был сегодня без своего обычного тюрбана. Коротко остриженные темные с проседью волосы плотно покрывали его голову, открывая высокий с глубокими залысинами лоб. Вместо широких восточных шароваров на нем были надеты узкие штаны изысканного перлового цвета, заправленные в мягкие высокие сапоги, из открытого ворота приталенного доходящего до середины бедра верхнего платья из камки цвета голубого берилла виднелась белоснежная шелковая рубашка. Вместо многочисленных перстней только один сапфир украшал тонкие пальцы паши. В таком наряде вельможа выглядел изысканно, но без былого величия.

Шаул ответил на приветствие поклоном.

– Это был кабинет бывшего хозяина галеры, – улыбнулся паша Шаулу, заметив интерес, с которым тот рассматривал помещение. – Я не стал ничего переделывать здесь. Почти. Присаживайтесь, граф, – указал он на одно из обтянутых изумрудной парчой кресел.

Юсуф-паша налил в бокалы какой-то темной жидкости из кувшина и опустился на другое кресло.
– Попробуйте, это отличное вино, – протянул он бокал Шаулу.
– Вино? – удивленно переспросил тот. – Я считал, что ваша религия не позволяет притрагиваться к алкоголю.
– Ну вам-то религия этого не возбраняет, – усмехнулся паша и с удовольствием пригубил вино.

Шаул качнул головой и выпил. Терпкий густой сладковатый напиток приятно разлился по нёбу.

– Вино прекрасно, – кивнул Шаул. – Хотя я не большой знаток.
– О, это очень просто. Главное – не торопиться. Вино не терпит поспешности. Небольшой глоток надо задержать во рту, отрешившись от всех посторонних мыслей и чувств, сосредоточиться на его вкусе, и тогда вино раскроет вам все свои секреты, одарит разноцветьем своего букета. Если оно у него есть…

Паша еще раз пригубил вино и блаженно прикрыл глаза, смакуя пресловутый букет.

– Скажите, граф, – обратился он к Шаулу, поставив бокал с вином на стол, – мне не раз приходилось слышать, как ваш мальчик называет вас Шаулем, – смягчил последний звук в его имени паша. – И в вашей рыцарской грамоте вы названы так же.

Шаул вздохнул – паша не скрывал, что его люди внимательно осмотрели его багаж.

– Так меня нарекли, – коротко ответил он.
– Именно Шаулем?
– Шаулом, – кивнул он.
– Это крайне интересно, – проговорил паша. – Ведь это древнее имя в ваших краях звучит совсем иначе.
– Совершенно верно. Но отец, нарекая меня, имел в виду не древних героев.
– Вот как? А кого же, позвольте полюбопытствовать.
– Одного ученого, который поплатился свей научной карьерой, а затем и жизнью, отстаивая свои убеждения. Его книга была сожжена, а имя исторгнуто из университетских анналов.
– Подумать только, – покачал головой паша. – И как же звали этого бунтаря?
– Шаул Бардаат, – ответил он.

Паша задумчиво вертел в руках бокал, просматривая искрящуюся гранатовую жидкость на свет.

– И что же ваш батюшка считал его бунтарство похвальным? – наконец спросил он, не отрывая взгляда от бокала.
– Отец был его другом, – пожал плечами Шаул, и добавил: – Наука без таких людей погибла бы. Оставаясь во власти авторитетов, истину не открыть.
– Так он открыл истину? – скептически подняв бровь, поинтересовался паша.
– Он искал ее. И был искренним в своих поисках. Дело не в том, что такие, как вы выразились, бунтари в науке никогда не ошибаются, а в том, что они отваживаются прорваться за пределы изведанного. Их ум раскован, даже дерзок, они не бояться прокладывать новые пути, не страшатся противоречий и тайн. Их видение не тривиально, не предвзято. И так они открывают новую грань в познании мирозданья. А если Творец – источник истины, как утверждают мудрецы университетов, то никто из смертных не может считать себя обладателем всей суммы знаний, и ни у кого нет права запрещать познавать ее. Тем более карать смелого исследователя.
– Вы пламенный апологет этого… Бардаата, – улыбнулся паша.
– Я не знал его. Он умер до моего рождения в забвении и нищете. От труда всей его жизни осталась лишь монография моего отца. И хотя ее не сожгли, но помесили в список неблагожелательных для чтения студентов книг, потому ее можно найти только в нескольких библиотеках и то на самых дальних полках.
– И ваш батюшка решил назвать своего первенца в честь неудачника-философа, скончавшегося в какой-то дыре, не достигнув какой бы то ни было зрелости?!

Шаул с удивлением посмотрел на пашу: к чему этот странный разговор?

– Для отца он был героем, – тихо ответил он.

Только сейчас он вдруг понял, что отказ отца от занятий философией, как и его запрет изучать ее Шаулу, был тем же протестом, восстанием против насилия над разумом, продолжением все той же солидарности с погибшим другом.

– И ваша матушка не воспротивилась этому эксцентричному шагу? – удивленно развел руками паша. – Но она должна была хотя бы возражать против иноземного звучания имени.
– Нет, – улыбнулся Шаул. – Возражал я. Когда в очередной раз меня обозвали вонючим инородцем, я, вернувшись домой, упрекнул ее в том, что она пошла на поводу у отца. Мама ответила, что носить имя оклеветанного и униженного – значит не только утверждать память о нем и напоминать о совершенном зле, но и противостоять этому злу. Нести тяжесть этого противостояния придется мне, сказала она, но когда вырасту, я приму это как благо.
– Примите как благо, пощечины и плевки, предназначенные другому?! – брови паши взлетели вверх.
– Приму как благо участие в добре, если хотите – в противостоянии злу.
– И что же? Приняли?
– Тогда я не очень-то поверил ей. А потом, признаться, почти забыл об этом. Я вырос и привык к этому имени. Боюсь, что я не оправдал возложенных на меня надежд, – Шаул помолчал, вспомнив слова матери сегодня, он подивился, насколько парадоксальны были ее максимы – верный признак истины. Он улыбнулся, процитировав ее любимое изречение: – Но мы не можем рассчитывать на то, что все у нас получится с первого раза…
– Вы хотите снова оказаться отверженным за этого несчастного? – изумился Юсуф-паша.
– Ну, не так прямолинейно, – возразил Шаул и пояснил: – Если уж я ношу его имя, мне бы не хотелось, чтобы он пожалел об этом.
– Так вы из-за этого решили отправиться на поиски подвигов?! Бедный ваш батюшка должно быть сокрушается, чтобы вы не пошли по его стопам…
– Вы ошибаетесь, все с точностью до наоборот.
– Так это он отправил вас с университетской скамьи спасть принцессу, сражаться, потребовал от вас стать рыцарем?
– О, нет, – покачал головой Шаул. – В этом его не упрекнуть.

Паша впервые коснулся спасения принцессы, и Шаул решился в лоб спросить пашу о его намерениях. Конечно, рассчитывать на откровенность хитрого восточного вельможи было бы глупостью, но и терпеть полную неизвестность невыносимо. Шаул чуть помолчал и решился:

– Скажите, господин паша, что вы думаете о спасении принцессы Оланда?
– Но почему, скажите на милость, я должен думать о спасении принцессы Оланда? Мне казалась это ваша забота.
– Вы правы, простите. Но принц Дамон рассказал вам о моей миссии, и теперь на вашем судне мы следуем в Каразерум. Не означает ли это, что вы хотите предложить принцу Фаруху разбудить принцессу?
– Принц Дамон отказал вам в своем патронате, значит, вы не могли оставаться в его свите. Что же прикажете с вами делать? – развел руками хитрый паша.
– Почему бы просто не отпустить нас?
– Куда? В море?
– На Исоле вы не позволили нам сойти на берег, - напомнил вельможе Шаул.
– Вы бы предпочли вступить в армию султана?
– Отнюдь.
– Так что вы собирались там делать?
– Покинуть остров при первой же возможности.
– Покинуть это остров можно только в двух направлениях – с армией султана в Аустеррию или в рабской галере в султанат.
– Так вы везете нас в рабство?
– Вашего мальчика могут принять в школу янычар. Их как раз набирают из иноземных детей. А что бы вы предпочли?
– Свободу. Как для себя, так и для Сони.
– Свободу, – кивнул паша. – Свобода дорого стоит. В любом случае, принц Фарух аль-Рашид уже знает о вас, или узнает в ближайшем будущем – коль скоро о вас поведал принц Дамон. И решать вашу судьбу будет его высочество.
– И какие же варианты его решений возможны?
– Бесконечное множество, принц Фарух обладает воображением. Но для вас в подавляющем большинстве случаев это означает смерть, более или менее скорую. И, конечно, о свободе придется забыть.
– Вы оптимист, Юсуф-паша, – скривился Шаул.
– Я реалист, друг мой. Вы должны понимать, что его высочество Фарух аль-Ршид – не принц Дамон, и султанат – не Аустеррия.
– И что же нет ни одного способа остаться в живых и в ближайшем будущем покинуть вашу страну?
– Принц очень осторожен. И скорее всего вашу историю он поднимет на смех. Но если у вас есть шанс остаться жить и вернуться домой, так только – убедить его высочество разбудить вашу принцессу и заключить политический союз с Содружеством или с тем, кого представляют ваши патроны.
– То есть шансов нет.
– Отчего же? Вы хотите разбудить эту принцессу?
– Не таким способом…
– Тогда шансы равны нулю. Другого способа в Каразеруме вам не предложат.
– Но у меня есть патроны, как вы изволили выразиться. Неужели султанат не заинтересован в переговорах с духовными князьями. Эта сила имеет влияние во всех странах северного побережья.
– Неплохая попытка, – кивнул паша. – Это тоже вариант. Но, пожалуй, он самый неудачный. Его высочество Фарух аль-Рашид чрезвычайно набожен и крайне нетерпим к любым межрелигиозным контактам. Результат, по моему мнению, будет неудовлетворительным. В лучшем случае это означает вашу казнь, в худшем – пытки, публичное отречение и снова казнь.

Шаул молчал.

– Послушайте моего совета, друг мой. Ваша задача найти принца для принцессы. Вот и выполняйте ее. Все равно ничто другое от вас не зависит.
– Стоит ли просыпаться, если проснешься в гареме? – вздохнул Шаул.
– О! Вы уверены, что ваша принцесса не скажет иначе: не все ли равно где проснуться, лишь бы проснуться?
– Нет, – убежденно ответил Шаул. – Не она.
– Вы слишком романтичны, – улыбнулся паша. – Вы всерьез полагаете, что в ваших краях, благодаря единобрачию, она не будет делить своего принца с другими дамами? Не будет оспаривать чужого влияния на него? Разве там ее положение не будет зависеть от рождения наследника? Умная женщина и из гарема может влиять на мужа.
– Если ее не выкинут в мешке в море, – кивнул Шаул.

Паша усмехнулся:

– Умную не выкинут. Да и с глупыми это случается довольно редко.
– Пример Шаула Бардаата говорит о том, что умных выкидывают гораздо чаще, чем глупых, – уныло возразил Шаул.
– Один из ваших коллег философов утверждал, что страх застит наш мысленный взор, лишая нас возможности увидеть шанс на спасение.

Шаул с удивлением воззрился на своего визави, цитирующего философскую формулу, звучание которой показалось ему знакомым.


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30794
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.05.15 23:11. Заголовок: Юлия пишет: Двинемс..


Юлия пишет:

 цитата:
Двинемся дальше?



Ага, прибыли в султанат?

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30799
ссылка на сообщение  Отправлено: 23.05.15 22:41. Заголовок: Ничего себе переплет..


Ничего себе переплет! Вот это Шаул попал, из огня да в полымя. Нетерпимость, гарем для Элизы, ох. Но меня все больше и больше завораживает Сони - вот ведь загадочная фигура, юный философ. Что же с ним не так?

Тапочки попозже соберу.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38094
ссылка на сообщение  Отправлено: 24.05.15 21:08. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Да уж, Шаул попал, как говорится. Но я верю в автора, который каким-то образом эту проблему разрешит. 80d514dce8.gif[/img]
Бруно смешно рассуждает о гареме. По такой логике, и у женщин должны быть свои гаремы для мужчин, которые имели счастье\несчастье им понравиться. Словом, да здравствует свободный брак и развод, и никого в неволе держать не надо, да и кормить заодно.

Пара тапочков:
 цитата:
ни в пример другим комната была убрана без кричащей роскоши, и больше походила на библиотеку

Не в пример, ну и запятая лишняя.
 цитата:
Примите как благо, пощечины и плевки, предназначенные другому?!

И здесь лишняя запятая. Ну и форма глагола - Примите (через "и") - это если в дар, например: примите от меня... Здесь это: вы примете? (через "е") \принимаете? (по аналогии).

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1735
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.05.15 17:17. Заголовок: apropos http://jpe...


apropos

Спасибо, дорогая.

apropos пишет:

 цитата:
Бруно смешно рассуждает о гареме.

Хоть и кот, а все равно мужчина

apropos пишет:

 цитата:
верю в автора, который каким-то образом эту проблему разрешит

Тогда пойдем разрешать?..



Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1736
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.05.15 17:47. Заголовок: *** Элиза медленно ..


***

Элиза медленно брела по краю сжатого поля. Жесткие остатки срезанных стеблей возмущенно шуршали под ее стопами, цепляясь за подол, и исподтишка кололи через тонкий сафьян туфель. Над тусклым охристым золотом поля низко нависло амиантовое небо, словно плохо выстиранная простыня. Элиза не могла понять: сон ли, в который она попала, был наполненной безысходной грустью, или она сама выплеснула свою тоску в чье-то сновидение.

На противоположном конце поля показались люди, и Элиза поспешила скрыться в густом кустарнике у его края. Не стоило врываться в чужое сознание и нарушать естественный ход событий. Принцесса с трудом пробралась сквозь колючие ветки, спустилась к небольшому пролеску и оказалась на опушке. Лес обдал ее теплой сыростью с острым запахом хвои. Сумрачная тишина и покой рощи навевали какие-то далекие детские воспоминания. Элиза вошла под мирную сень, спрятавшись от холодного ветра.

Ей стоило собраться и перестать в мрачной меланхолии растрачивать силы. Но размышления об увиденном в воспоминаниях Шаула вновь и вновь разбивали ее решимость в прах.

– Ох, Дамон! – с негодованием вздохнула Элиза.

Она была жестоко разочарованна в принце. Его безжалостный цинизм отвратителен – Элиза была для него лишь средством для достижения целей. И не сумев использовать ее в одном тактическом плане, он тут же воспользовался ею в другом. Яснее ясного, что он рассказал Юсуф-паше про миссию Шаула только затем, чтобы избавиться от внимания принца Фаруха, которого опасался. С какой легкостью он обрек ее на жизнь в гареме! Ее, принцессу, словно рабыню, отправить за многие тысячи лиг от дома для утех восточного деспота?! Да это и есть рабство!

Шаул был прав – она предпочла бы не просыпаться вовсе. Но ее никто не спросит. У нее нет ни малейшей возможности отвергнуть злополучный план. И даже Шаул не сможет защитить ее. Зачем, зачем ей все эти принцы с гаремами и без, обманщики без чести и совести, когда у нее есть Шаул?!

– О, крестные, крестные! – раздраженно топнула ногой Элиза, и туфель увяз в мягком хвойном ковре.
– Этот подлец Дамон и Шаула подставил под удар, - вздохнула она, вытряхивая из туфли побуревшую хвою.

Визирь принца без обиняков заявил, что миссия Шаула чревата жестокой расправой безумного принца. Элиза горько покачала головой и опустилась на землю, прислонившись к могучему стволу. Прикрыв глаза, она вызывала в памяти строки письма, обращенные к ней Шаулом.

"Твоя участь, любовь моя, представляется с каждым разом все более страшной. Отказав принцу Эльтюда, я лишил тебя трона и защиты могущественного королевства. Потерпев поражение в попытке устроить тебя в тихой обители небольшого княжества, я рискнул вручить твою судьбу отчаянному игроку, наследнику воющего королевства, не имея ни малейшей уверенности в том, что в самом скором времени оно не падет под натиском орд султана. А сейчас я стою перед еще более отчаянным выбором – твоя смерть или гарем восточного принца. Никто не убедит меня, что ты предпочтешь второе. Но как мне защитить тебя?

Отчаяние мое не выразить словами. Отправляясь в путь на поиски принца, я считал, что каждый, в чьем сердце есть хоть капля благородства, почтет за великую честь принять право разбудить тебя. Но сейчас я вижу, что в руках моих не свиток герольда, воспевающий подвиг, а договор о сделке самого низкого толка. Твое спасение, твоя жизнь – разменная монета их политических амбиций.

И все же, милая, сегодняшний разговор с Юсуф-пашой принес мне облегчение. Под конец он процитировал кого-то из философов (не пример ли это восточной мудрости?): страх застит наш мысленный взор, лишая нас возможности увидеть шанс на спасение. Как это верно, любовь моя! Страх парализует и волю и разум. В страхе за тебя, за Сони (бедный мальчик – в какую смертельную авантюру я втянул его!) не дает мне спокойно рассуждать, постоянно подбрасывая ужасные картинки вашей несчастной участи. Я должен сделать шаг вперед – в конце концов, что бы ни случилось, ничего страшнее смерти нас не ждет, – тогда я смогу увидеть и воспринять трезвым разумом открывшуюся перед нами реальность. Если следующий шаг существует, то он там.

Рано отчаиваться, любовь моя. В нашей жизни уже было то, ради чего стоило жить и не жалко умереть. Я люблю тебя все больше. Уверен, что чувствую силу, исходящую из твоего сердца, хоть и не видел тебя уже больше вечности. Провидение, подарившее нам встречу на краю бытия, разрушит и темницы, в которых мы пребываем, какими бы несокрущимыми они нам сейчас не казались".

***

Наследный принц Фарух-аль-Рашид был бейлербеем самой западной области султаната беспокойного Мадиса. Сухопутные границы края то и дело осаждались племенами воинственных темнокожих кочевников якубов, а морским – угрожали корабли рыцарей с острова Форцца. Да и само разношерстное население белербейства было подвержено всевозможным волнениям. Все это Шаул узнал от Юсуф-паши. Впрочем, под конец путешествия сановник потерял интерес к пленнику. Шаул не знал, чем объяснить внезапное охлаждение, теряясь в догадках всевозможных предположений, хотя вынужден был признать, что само по себе дружеское расположение восточного вельможи было слишком необычным и малообъяснимым. Теперь он стыдился того, что по наивности принял симпатию Юсуф-паши за чистую монету.

Визирь принца в свое время убеждал его плыть по течению, не сопротивляясь и не пытаясь предотвратить неизбежное. И если Шаул прежде хоть изредка мог допустить такой вариант развития событий – конечно, о пребывании Элизы в гареме при этом не могло быть и речи! – то теперь он напрочь отмел его, приняв решение противиться любой попытке принца Фаруха посягнуть на принцессу и земли Оланда.

– Твоя любовь ослепляет тебя, – недовольно ворчал Бруно. – Ты понимаешь, что принц и без тебя узнает о принцессе? Представляя ее интересы, у тебя есть небольшой шанс – будем уповать на милость Провидения – хоть каким-то образом обратить ситуацию в ее пользу. Но если ты откажешься, ты лишишься и этого призрачного шанса. В любом случае ты должен позаботиться о Сони, а не разыгрывать из себя оскорбленное достоинство. В конце концов ты даже не видел этого принца.
– Действительно, Шаул, – вторил коту Сони, – не стоит отчаиваться. Вдруг принц окажется хорошим. Вот Юсуф-паша мне почему-то нравится.
– Давно никого здесь не выбрасывали за борт, предварительно перерезав горло, – раздраженно ответил Шаул.
– Ну не знаю, – с сомнением протянул Сони. – Все-таки глаза у Юсуф-паши не такие, как у аги янычар. Вот тот совсем бешенный. Ему ничего не стоит убить человека, кажется даже, что он только того и ждет, как бы кого-нибудь прибить. А Юсуф-паша не такой.
– Да, сам он не марает рук, – кивнул Шаул. – Рассуждает, философствует. Но это по его приказам действует ага. А Дамон говорил, что принц подозрительный и опасный.
– Дамон сам подозрительный и опасный, – махнул рукой Сони. – Почему ты веришь Дамону больше, чем паше? По мне так Юсуф симпатичней.
– Причем тут твои симпатии Сони! – вспылил Шаул. – Ты представляешь себе судьбу Элизы? Либо смерть, либо гарем!
– Но почему обязательно гарем? – пожал плечами мальчик. – Пусть принц разбудит ее. А она сама уж решит идти ей в гарем или нет. Если феи правы, и принцесса полюбит его всем сердцем, может быть, все обернется иначе, ведь он тоже будет очень сильно любить ее.

Шаул молчал не в силах справиться с обрушившейся на него очевидностью слов Сони. Каким-то образом это незначительная деталь выпала из его внимания – взаимная любовь принца и принцессы должна разрушить чары. По мановению волшебной палочки – или что там у фей? – принц и принцесса полюбят друг друга, навсегда уничтожив вместе с проклятьем любовь Элизы к Шаулу. Не будет ее любви. И ему надо смириться с этим.

– Шаул, – Сони сочувственно коснулся его руки.

Но он не мог вынести сейчас даже участия. Предостерегающе подняв ладонь, он вышел из каюты. Наткнувшись на одного из янычар, Шаул отшатнулся от него и выскочил на палубу.

Как он посмел! Как забылся настолько, что решил себя вправе распоряжаться судьбой Элизы?! Шаул ожесточенно ударил кулаком о дерево мачты – боль обожгла кисть и стрельнула в предплечье, едва ли смягчив душевные муки.

– Ты только посланник, – процедил он сквозь сжатые зубы. – Ей… Им всем решать самим. Ты должен только передать.

Холодные брызги от ритмично вздымающихся весел окатили его фонтаном. По лицу скатывались соленые капли, смешиваясь с ожесточенными злыми слезами. Шаул вытер лицо рукавом. Невыносимо тяжело было принимать правоту Бруно и Сони. Но приходилось признать, они гораздо лучше разобрались в ситуации. И не мудрено – они не были ослеплены любовью, не обманулись особой близостью к принцессе, не прельстились правом распоряжаться чужой судьбой. В то время как он чуть было не лишил шанса на жизнь сотни людей вместе с той, которой называл своей любимой. И Бруно прав: он должен позаботиться о Сони.

С высоты мачты раздался гортанный крик, по палубе за спиной Шаула затопало множество ног – из туманной опаловой дымки на горизонте медленно и величественно проступала земля Мадиса.


Галера Юсуф-паши вошла в гавань порта, ловко выруливая между другими судами к причалу, где суетились словно трудолюбивые муравьи грузчики, одетые в жилетки прямо на голое тело, короткие шаровары, открывающие загорелые сухие щиколотки, и небольшие шапочки, чудом удерживаемые на их макушках. За причалом высились мощные крепостные стены города с широкими приземистыми башнями. Шаул рассматривал корабли, стоявшие в гавани, – это были мощные трехмачтовые галеасы, двухмачтовые галеры, небольшие карабы с косыми парусами да рыбацкие лодки, – может быть, среди них и затерялось несколько судов, прибывших с севера, но определить этого он не смог.

Шаул и Сони с Бруно на руках впервые за долгое путешествие спустились с борта галеры паши. Привыкшие к качке ноги не сразу обрели твердость на земле. И Шаулу пришлось поддержать оступившегося Сони. Прямо на пристани их ожидало несколько крытых носилок. Шаул оглянулся: убежать сейчас, несмотря на царящую в порту суету, было невозможно – пятеро янычар окружили их с Сони плотным кольцом, в то время как остальные разгоняли толпу вокруг носилок. Пока свита паши рассаживалась, Шаул осматривался кругом. Чуть в стороне от причала он заметил людей, руки и ноги их были закованных в тяжелые кандалы, – женщины, дети, мужчины, оборванные, грязные, светловолосые и темнокожие, со всех концов мира. То был знаменитый невольничий рынок в Мадисе. Он часто слышал о нем в Аустеррии. Прервав наблюдения Шаула, янычар подтолкнул его к носилкам, тот послушно сел, и за ним нырнул Сони, двое янычар уселись с ними, зажав их между собой. Под крики и свист плеток, разгоняющих портовую толпу, они двинулись в путь. Напрасно Шаул пытался увидеть, что-нибудь в небольшое окошко носилок – за кольцом янычар, окруживших кортеж, были видны лишь не складывающиеся в единую картину фрагменты. Закатное солнце одело портовый город в яркий восточный наряд. Перед глазами мелькали его сочные краски – индиго, фиолетовый, лиловый оттенялись терракотой, золотыми и алыми всполохами.

Наконец кортеж остановился. Из окошка была видна только высокая стена. Когда они, повернули и въехали в воротную арку, то оказались во внутреннем дворе какого-то дома. Посреди возвышалось прямоугольное строение со стрельчатой арочной нишей, из отверстия которой в небольшой бассейн струилась вода, наполняя воздух тихим переливчатым журчанием. Со всех сторон за кронами деревьев в вечернем сумраке угадывалась галерея. Ни самого Юсуф-паши, ни кого-либо из его слуг во дворе не было.

Над ухом Шаула прозвучал неприятный гортанный звук, нарушивший мирную тишину, и янычар довольно бесцеремонно подтолкнул его ко входу. Сони последовал за ним. Их провели в одну из комнат и оставили одних. За их спинами щелкнул засов. Ни багажа, ни тем более оружия им не вернули. Шаул подошел к окну. Ставни были раскрыты. В свете взошедшей луны, с трудом пробивающемся через кроны деревьев, он увидел кованные частые решетки из витых прутов, перехваченных в пересечениях кольцами. В ромбовидные просветы решетки едва могла протиснуться детская ладонь. Их положение пленников стало еще очевиднее, чем на корабле.

Сони спустил Бруно с рук и, оглядевшись, проговорил:

– По крайней мере они оставили нам еду и воду.

Умывшись и подкрепились высушенными фруктами с хлебными лепешками, они улеглись спать, устроившись прямо на покрытом ковром полу.

Сони придвинулся к Шаулу и шепнул на ухо:

– Мне страшно.

Сердце Шаула сжалось. Пора было посвятить Сони в часть его плана. Он отстегнул от пояса кошелек.

– Сони, спрячь его где-нибудь на себе подальше.

Мальчик послушно зашуршал в темноте, засовывая кошелек.

– Я хочу попросить тебя, Сони, об одолжении, – прошептал Шаул на самое ухо мальчику, когда тот перестал возиться.

Сони молча кивнул, щекотнув Шаула волосами.

– Юсуф-паша упоминал о неком Эзре Аромитянине из Каразерума, главаре контрабандистов, что досаждают принцу. Я не знаю, как сложатся обстоятельства, но ты должен при первой же возможности, используя все свои навыки, бежать и найти этого Эзру, заплатить ему и попросить его вывезти тебя из страны, на остров Рыцарей. Будь с ним осторожен. О нем мне рассказал паша, а он не из тех, кто болтает попусту. Если он, действительно, как тебе показалось, не желает нам зла, то это подсказка, если же наоборот – ловушка. Но выхода у нас нет.
– Я тебя не брошу, – повернув голову к самому уху Шаула, прошептал мальчик.
– Ерунда, – возразил тот. – Я должен увидеть принца, ты сам говорил. Но тебе рисковать своей жизнь для встречи с ним не стоит. Ты подождешь меня у Эзры. Если принц примет предложение разбудить Элизу, я найду тебя. Нет – постараюсь бежать вслед за тобой.
– А Бруно? – прошептал мальчик.
– Бруно будет с тобой. Думаю, ему это будет несложно. Если я задержусь, не ждите меня. Ты должен будешь найти принца для Элизы.
– Нет, Шаул!
– Да, Сони, – погладил Шаул мальчика по плечу. – Только тебе я могу доверить ее.

Он помолчал. Сони прижался к его плечу и всхлипнул. Шаул обнял мальчика.

– Полно, Сони, будь мужчиной, – прошептал он ему на ухо.

Шаул прикрыл глаза. Было тревожно и муторно, на его плече всхлипывал, засыпая, Сони. Ему хотелось утешиться, вспомнив черты Элизы, но они ускользали. Он давно не был в ее прошлом, а о ее настоящем, хоть оно и тревожило его гораздо больше, ему было ничего неизвестно. Бедняжка заперта на границе небытия – что может быть страшнее? Как переносит она свое беремя? Чем наполняет пустоту, что окружает ее? Что ждет она, к чему стремиться ее измученная душа? Ничего из этого он не знал. Не знал и о том, сохранилось ли в ее сердце воспоминание об их встрече…

Шаул вздохнул. Сони был прав: он должен предоставить Элизе возможность решать самой. Что бы ни напридумывали феи, человеческое сердце сильнее всех магических приемов – только ему нужна свобода. И Элиза наконец получит ее. Он обратится к принцу Фаруху – как бы тот ни был опасен, он один из тех, кто может разбудить ее.

Шаул пожалел, что вместе с вещами его лишили и возможности вести свои записи. Поверяя каждый вечер свои мысли и чувства бумаге, он не только упорядочивал первые, но и находил утешение для вторых. Его письма к Элизе – Бруно был бы в бешенстве, если бы узнал о них – помогали ему переживать разлуку и избавляться от жалких самолюбивых претензий. Элиза никогда не прочтет их, но он был уверен, что пишет не в пустоту.

"Любовь моя, – мысленно начал Шаул очередное послание. – Бесценное сокровище души моей, я обращаюсь к тебе, и сердце мое наполняется радостью узнавания. Нет не глухая стена передо мной, а бесконечная тайна духа. Сколько еще откровений подарит мне любовь к тебе? Как я был слеп. Как наивен был в поисках для тебя лучшей жизни. Не благоденствия ты была лишена, а свободы. Отказав тебе в правде о собственной участи, тебя обрекли на ужасающую неволю. И потому твоей судьбой распорядилась злая колдунья. Не в счастье ты нуждаешься сейчас, а в освобождении. Не в любовной неге – а в праве решать".

Но как ему убедить принца? Юсуф-паша утверждал, что принц скорее всего не поверит в историю о спящей принцессе. Но мог ли Шаул доверять самому визирю?

– Я могу быть с вами откровенным? – как-то в пылу беседы спросил он Юсуф-пашу.
– О, нет, – покачал головой тот. – Друг мой, никогда не позволяйте себе такую роскошь. Откровенность слишком дорого обходится.

Так чем же была откровенность визиря? В их философских беседах паша, любитель софистики, циник, безусловно, выступал со стороны скептиков. Он утверждал, что человеком управляет исключительно эгоизм, не верил в геройство и подтрунивал над рыцарством своего собеседника.

– Человек эгоистичен по своей природе, – утверждал паша. – И если он совершает подвиг, как вы утверждаете, то делает это только потому, что сам того желает. Причин тому может быть множество: от неуемного тщеславия до болезненного желания принести себя в жертву. И заметьте, я не исключаю всего множества разумных вариантов, лежащих между этими двумя крайностями.
– То есть вы не допускаете наличия в человеческой душе таких чувств как стремление к справедливости или желание избавить ближнего от беды или смерти?
– Это тщеславие. Нет никакой справедливости, и человеческая жизнь – не абсолютная ценность, ее определяют цена и качество. Если человек считает, что может идти против природы, утверждающей это, он просто непомерно тщеславен, – неприязненно морщился паша.
– Иными словами, увидев тонущего человека, вы спокойно прошли бы мимо?
– Все зависит от того, какова цена спасения. И, не скрою, хотелось бы знать, что за человек тонет, – не помешаю ли я своим вмешательством торжеству так почитаемой вами справедливости. Вам не приходило в голову, что совершая добрые поступки, вы берете ответственность за их последствия? В своем безудержном желании спасти кого бы то ни было, вы можете спасти убийцу, предателя, жестокого тирана…
– Я согласен, что само по себе добро, теряет смысл без Высшего источника добра. Но в противном случае у человека появляется мерило его собственного понимания, и возможность, творя добро, осуществлять волю Творца и участвовать в Его благом попечении о мире, что, безусловно, превышает человеческое разумение и рамки его жизни. Тогда, в случае допущенной человеком ошибки, есть Тот, Кто ее исправит.
– О нет, – покачал головой Юсуф-паша. – Я, знаете ли, придерживаюсь гораздо более близких горизонтов и ограничиваюсь узким, исключительно практическим кругом задач. Я стремлюсь лишь к личному счастью.
– И потому вы стали визирем принца? – усмехнулся Шаул.
– Вы попали в самую точку, друг мой. Мое занятие наиболее соответствует моему характеру и потому позволяет мне наилучшим образом достигать счастливого состояния.
– Вы говорили, что принц неуравновешенный, подозрительный и жестокий человек. Вы ходите по острию ножа.
– Во-первых, я так не говорил. Во-вторых, чем выше человек стоит, тем меньше над ним жестоких людей, от которых зависит его жизнь. В-третьих, мое положение позволяет мне не только защищать себя, но и моих близких, а в-четвертых, мы все ходим по острию ножа. Жизнь – игра, без риска не выигрывает никто. Но способный игрок постарается выстроить ходы так, чтобы цена его проигрыша была не более, чем смерть. Ну, а ее-то не избежит и самый удачливый из нас.

Юсуф-паша был игроком, политиком, он делал высокие ставки, при этом всегда помня о цене.

– Не более чем смерть, – со вздохом повторил слова визиря Шаул.

Но не смерть Сони. Он должен вывести мальчика из этой игры. Жизнь Сони не может ограничиться прозябанием в трущобах Эльтюда и коротким путешествием на восток. Надо во что бы то ни стало устроить его побег из-под стражи.


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30804
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.05.15 21:50. Заголовок: Юлия пишет: Ну поче..


Юлия пишет:

 цитата:
Ну почему не так? Половая зрелость ведь не является обязательной для влюбленности. Многие люди начинают влюбляться с весьма нежного возраста. Помнятся и мне нешуточные бури страстей детского сада...


Не, с этим все очень хорошо. Я к тому, что Сони подозрительно мудр и рассудителен для своего юного возраста и подозреваю, что здесь какая-то тайна.

Спасибо за продолжение! Чем сердце успокоится...

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1737
ссылка на сообщение  Отправлено: 27.05.15 17:18. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга

Хелга пишет:

 цитата:
Сони подозрительно мудр и рассудителен для своего юного возраста

И этот сомнителен

Хелга пишет:

 цитата:
Чем сердце успокоится

До успокоения пока далековато... Чудище сочинение обло, озорно, огромно - разве что не лаяй...

Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38099
ссылка на сообщение  Отправлено: 27.05.15 23:27. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/g..


Юлия

Надеюсь, Сони удастся бежать, и Шаулу тоже.
Немного запуталась в переживаниях Шаула: если для пробуждения принцессы имеется условие, что не только принц должен полюбить ее, но и она - его, то властитель гарема в любом случае такого испытания не выдержит (ни со своей, ни с ее стороны). Так что в этой ситуации Шаулу скорее надо беспокоиться о том, как выбраться из переделки целым, невредимым и желательно живым.

Чуток тапков набралось:
 цитата:
сон ли, в который она попала, был наполненной безысходной грустью

Сон - наполнен.
 цитата:
Она была жестоко разочарованна в принце.

Одно "н" - ?
 цитата:
Галера Юсуф-паши вошла в гавань порта, ловко выруливая между другими судами к причалу, где суетились(,) словно трудолюбивые муравьи(,) грузчики, одетые в жилетки прямо на голое тело, короткие шаровары, открывающие загорелые сухие щиколотки, и небольшие шапочки, чудом удерживаемые на их макушках.

Как мне кажется, запятые здесь не помешают, ну и - шапочки (чудом) удерживаемые как-то смутили. М.быть - шапочки, (чудом) удерживающиеся - ?
 цитата:
Напрасно Шаул пытался увидеть, что-нибудь в небольшое окошко носилок

Лишняя запятая.
 цитата:
Когда они, повернули и въехали в воротную арку,

Лишняя запятая.

 цитата:
кованные частые решетки из витых прутов

С одним "н" кованые здесь, нет?
 цитата:
Умывшись и подкрепились высушенными фруктами с хлебными лепешками, они улеглись спать, устроившись прямо на покрытом ковром полу.

Как-то сложновато выстроено предложение. М.быть - Они умылись и подкрепились (...), а затем улеглись спать (...).
 цитата:
Но тебе рисковать своей жизнь(ю) для встречи с ним не стоит.

Буква пропущена.
 цитата:
Что ждет она, к чему стремиться ее измученная душа?

Лишний мягкий знак.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30810
ссылка на сообщение  Отправлено: 27.05.15 23:54. Заголовок: Философствуют, однак..


Философствуют, однако! Вечная проблема добра и зла. Визирь определенно нравится, умник такой циничный.

Немного тапочков:

Юлия пишет:

 цитата:
Визирь принца без обиняков заявил, что миссия Шаула чревата жестокой расправой безумного принца.


Что-то смущает в этом предложении. Или нет?

Юлия пишет:

 цитата:
Прикрыв глаза, она вызывала в памяти строки письма, обращенные к ней Шаулом.


Может, строки письма Шаула, обращенные к ней?

Юлия пишет:

 цитата:
Шаул не знал, чем объяснить внезапное охлаждение, теряясь в догадках всевозможных предположений,


Не знаю, что-то засомневалась - догадки и предположения не одно и то же? Теряясь во всевозможных догадках?

Юлия пишет:

 цитата:
Вот тот совсем бешенный.


бешеный

Юлия пишет:

 цитата:
Как забылся настолько, что решил себя вправе распоряжаться судьбой Элизы?!


решил, что вправе распоряжаться

Юлия пишет:

 цитата:
В то время как он чуть было не лишил шанса на жизнь сотни людей вместе с той, которой называл своей любимой.



которую
Юлия пишет:

 цитата:
Напрасно Шаул пытался увидеть, что-нибудь в небольшое окошко носилок


Лишняя зпт

Юлия пишет:

 цитата:
Когда они, повернули и въехали в воротную арку


Лишняя зпт

Юлия пишет:

 цитата:
Умывшись и подкрепились высушенными фруктами с хлебными лепешками,


и подкрепившись

Юлия пишет:

 цитата:
Но тебе рисковать своей жизнь для встречи с ним



Но тебе рисковать жизнью ради встречи с ним



Юлия, а если выкладывать отрывки поменьше объемом? Я к тому, что читать будем быстрее и тапки легче собрать, ежели что.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38102
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.05.15 00:05. Заголовок: Хелга пишет: а если ..


Хелга пишет:
 цитата:
а если выкладывать отрывки поменьше объемом? Я к тому, что читать будем быстрее и тапки легче собрать, ежели что.

Вот обеими руками поддерживаю и просто умоляю автора, на коленях...
(В идеале - примерно (ну там плюс-минус) 2 страницы Ворда если выкладывать - то, действительно, будет проще их и читать, и тапки собирать. )

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1738
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.05.15 19:03. Заголовок: apropos Хелга http:..


apropos Хелга

Спасибо, дорогие.

apropos пишет:

 цитата:
Немного запуталась в переживаниях Шаула:


Я думаю, Шаул и сам запутался.

apropos пишет:

 цитата:
властитель гарема в любом случае такого испытания не выдержит


В смысле - откажется от гарема? Не думаю, что у него возникнет когнитивный диссонанс. Гарем и любовь - для него совершенно не взаимоисключающие вещи. И история Роксоланы не дает надежд в этом смысле.

Хелга пишет:

 цитата:
Визирь определенно нравится,

Еще один сомнительный

Хелга пишет:

 цитата:
если выкладывать отрывки поменьше объемом


Это я погорячилась. Элизин кусок совсем маленький показался, вот я и сунула еще один кусок.
Обещаю держать себя в руках.


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1739
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.05.15 19:22. Заголовок: *** Агата с трудом ..


***

Агата с трудом пробиралась на лыжах по высоким сугробам Заколдованной рощи. Зима, укрывшая все своим белоснежным покровом, еще щетинилась морозом и пугала снежными бурями, но календарь не обманешь, и даже сквозь густые кроны сосен, в рощу пробивались солнечные лучи, совсем не по-зимнему весело играющие на снежном насте, в предчувствии весенней капели. Скоро зиме придет конец, а вместе с наступившей весной придет и конец отмеренного Элизе срока.

Чем ближе к Заколдованному замку, тем тяжелее было пробираться сквозь густую чащу. Агата нахмурилась и, слегка махнув рукой, освободила себе дорогу. Доставив себе небольшое удовольствие, он лихо съехала с пригорка между расступившимися соснами. Она не была любительницей зимних развлечений, но сейчас отдавалась незатейливой забаве, стараясь отвлечься от тяжелых и безутешных мыслей.

Агата сегодня сбежала из дома. Сбежала от пугающей молчанием отчужденности, от безысходной тоски. Они с Селиной не разговаривали с того памятного разговора перед зеркалом, когда она опрометчиво помогла ей вспомнить ее позор. Агата не желала смиряться с этим и не могла простить предательства сестры. А Селина и не пыталась оправдаться или смягчить свою вину, она укуталась в свою похотливую страсть, как в королевскую мантию, и размахивала своим падением, словно рыцарским знаменем!

Агата замкнулась. Она не хотела ни с кем обсуждать позорный «духовный брак», как называла свое падение Селина, даже с Гизельдой. Да и что могла ей сказать старая фея? Такое не раз случалось? Агата тяжело вздохнула и уставилась невидящим взглядом на темный корявый ствол сосны.

Дар к магии не передается по наследству, и будущий волшебник может родиться в любой семье. Но всем известно, что в роду всех нынешних фей и волшебников были и бабки, и деды с подобным призванием. Конечно, совсем не всегда их появление в семьях было связано с освещенным браком, хотя случалось и такое, особенно в тех краях, где доброе знание и мастерство карались также жестоко, как и черная магия. Ведя обычную для окружающих жизнь, давшие обеты феи и волшебники вступали в браки, рожали детей, сохраняя в кругу семьи свою тайну, и тем самым избегая опасности. Но Селине-то ничего не угрожало!

Они были маленькими девочками, когда потеряли родителей, и Гизельда взяла их на воспитание. Тогда они поклялись быть вместе и никогда не расставаться, а подрастая, обучаясь магии, дали обеты, в том числе целомудрия и чистоты, чтобы полностью без остатка отдаться своему служению. Но Селина из-за своего гадкого упрямства решила доказать, что любовь к великом Трауму возможна. Она доказала это, уничтожив самого Траума, а теперь и их клятву. Как могло произойти это чудовищное нелепое единение?! Агата горько покачала головой, и на глаза накатились слезы.

– Ты не можешь проклинать то, что позволило Провидение! – бросила ей в лицо Селина.
– Не Провидение творит преступления, а вы! – в бешенстве ответила ей Агата.

С тех пор она больше не могла общаться с сестрой. В доме воцарилась, затопляя каждый угол своей тягучей тусклой гущей, молчаливая обида. Придумав необходимость попасть в Заколдованный замок, Агата просто оправдала перед собой побег из дома.

Как посмел этот проклятый Траум вместо покаяния принести Провидению собственную похоть?! И почему Провидение выполнило его просьбу? Ведь не только душа, но и тело Селины было спасено. Эта непостижимая загадка бросала вызов всем ее знаниям и представлениям о добре и зле. Ах, как бы ей хотелось найти доказательства посрамления бесстыдной уверенности влюбленных!

Если действия Провидения оставались для нее тайной, то замысел Траума был ей очевиден – благородного Траума не устраивала собственная смерть. Соединившись с Селиной, он останется жить в ней. Даже если его самого уже не будет, Селина уже никогда не будет прежней. Даже если его существо уничтожено вечным небытием, на душе глупой феи навсегда останется оттиск духа владыки снов. Она развенчала миф о его безграничной жертвенности ради любви.

– Он просто хотел жить, – неприязненно процедила она, словно это было непростительным грехом.

Агата остановилась, она наконец добралась до замка королей Оланда. Раздвинув кусты, она прошла по заснеженному мосту. Сквозь скрип снега под ногами она услышала потрескивание подгнившего дерева. В самом замке зимы не было. Там навек застрял теплый весенний день. Но следы разрушений и тлена были заметны и там – проросшая между камней трава, трещины, отвалившиеся, разбитые кирпичи, почерневшее дерево. Обитатели замка уже не были застывшими в смешных позах храпунами, они в беспамятстве лежали на тех местах, где застал их столетний сон, с посеревшими и осунувшимися, словно в предсмертный час, лицами. Часы на башне замка отстукивали их последние месяцы. И в королевских покоях все было столь же удручающим – паутина, пыль, разбитые стекла, покосившиеся двери. Люди и животные, забывшиеся предсмертным сном. Только Элиза казалось живой. Ее пунцовые щеки горели, словно она была в горячке, и едва уловимый стон вырывался время от времени из плотно сжатых губ. Агата поднесла руку к взмокшему лбу принцессы, и оправила прилипшие к нему волосы. У принцессы и вправду был жар. Что с ней творилось? Что видится ей в ее страшном сне? Или это отражение ужасных событий, происходящих с Шаулом? Как долго он в пути…
Агата прикрыла глаза, и устало провела по лбу ладонью. Стоило ли надеяться на благополучный исход? С самого начала все пошло наперекосяк. А теперь еще эта история с Траумом. Неужели любовь Селины и спасение Элизы – звенья одной цепи?

Агата нахмурилась, отгоняя неудобную и неприятную мысль, и занялась крестницей. Поправила подушки, положила на лоб влажный компресс, смочила виски уксусом, а губы водой. Ее заботами стоны затихли, но жар не спадал. Она бессильна была помочь бедняжке. Причина болезни была скрыта от нее. Агата присела на край кровати и взяла Элизу за руку. Несмотря на жар, пальцы девушки были холодными.

Агата заварила всю эту кашу, стараясь наилучшим образом исполнить волю Провидения. И что же из ее стараний вышло? Она не могла помочь ни Шаулу, сгинувшему в далеких краях, ни метущейся в горячке Элизе. Единственный, кто из причастных к этой истории был сейчас доступен ее заботам, – потерявшийся Траум. Но она была слишком уязвлена их отвратительным, гадким поступком. Она знать ничего не хотела о их так называемом духовном браке. Она не переступит через себя. Не унизится до того, чтобы признать их отношения.

А если они так уверены в собственной правоте, так пусть выпутываются сами. Селина утверждает, что Траум жив – так почему же ее распрекрасный духовный супруг не ищет ее? Забыл, растерялся, увлекся другой, превратился в жабу? Так пусть пожинают плоды своих поступков. А ее пусть не втягивают в свои недостойные авантюры. Ничто и никто не заставит ее изменить своим принципам!

Агата погладила измученную лихорадкой Элизу по голове, слегка облегчив заклинанием ее страдания, и покинула Заколдованный замок. Путь назад не был так долгим – Агата приняла решение и не собиралась отступать от него. Она останется верна себе. Пусть Траум и помогал им. Пусть он действительно любил Селину. Но если они поступили так, как считали нужным, то и у нее остается такое же право. В конце концов они с Селиной – не маленькие девочки. Пришло время расстаться. Конечно, Агата не собиралась устраивать трагедий и выставлять сестру из дома или уходить самой. Они прекрасно уживаются под одной крышей. Просто теперь они не будут ничего затевать вместе. Они обе самостоятельные и взрослые феи. Каждая со своим даром. Пусть они и неравнозначны, но такова действительность и ничего с этим не поделаешь. Довольно она возилась с легкомысленной Селиной. Теперь она займется серьезной магией. У каждой из них своя дорога. Селина намерена направить свою магию на удовлетворение своих прихотей – пускай, она не будет препятствовать сестре. Их последнее совместное предприятие только лишний раз доказывает несостоятельность их совместных усилий. К тому же их участие давно свелось к нулю. Значит, пора оглядеться в поисках следующей задачи. Она готова была перевернуть страницу, начинать с чистого листа.


Агата застала Селину на пороге. Рядом с ней стоял большой дорожный сундук.

– Я не хотела уходить, пока ты не вернулась, – начала она.
– Куда ты собралась? – нахмурилась Агата, оглядывая укутанную в меховой плащ сестру.
– Пока я погощу у Гизельды. А потом решу, как мне устроиться…
– Ты с ума сошла, – процедила Агата.
– Мы поклялись быть вместе, потому что не собирались расставаться и не мыслили жизни друг без друга. Но глупо оставаться вместе, когда мы обе не хотим этого.
– Что значит, мы обе не хотим?! Это ты нарушила нашу клятву, ты предала меня, соединившись со своим Траумом!
– Я полюбила, Агата, и не собираюсь оправдываться в этом. Не моя любовь предает нашу с тобой привязанность, а твое непробиваемое упрямство. Это ты оттолкнула меня! Ты своей ревностью, своим нежеланием делить меня ни с кем! Если ты потратила столько сил, спасая меня, ты решила, что имеешь право надеть на меня короткий поводок?! Ты была уверена, что его уже никогда не будет между нами? Так вот и знай – он всегда будет со мной, даже если я его не найду. Но я найду его! Я не так сильна в магии, как ты, но я смогу благодаря своей любви и вере. Я буду искать его, пока не найду!

Она исчезла, а в ушах Агаты стоял грохот захлопнувшейся двери. Хотя Селина и не подумала воспользоваться ею.



Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38103
ссылка на сообщение  Отправлено: 30.05.15 20:21. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Ну, Агата ревнует сестру, просто не отдает себе в этом отчета. Влюбиться ей надо, сразу и себе жизнь облегчит, и сестру поймет.
Юлия пишет:
 цитата:
В смысле - откажется от гарема?

Не, не от гарема откажется (хотя и это тоже), а сможет полюбить.

Чуток тапочек:
 цитата:
сквозь густые кроны сосен, в рощу пробивались солнечные лучи

Лишняя запятая.
 цитата:
освободила себе дорогу. Доставив себе небольшое удовольствие, он(а) лихо съехала

Себе-себе, ну и буква пропущена.
 цитата:
доброе знание и мастерство карались также жестоко, как и черная магия.

Здесь: так же - раздельно.
 цитата:
Агата поднесла руку к(о) взмокшему лбу принцессы, и оправила прилипшие к нему волосы.

Лишняя запятая.

 цитата:
Путь назад не был так(им) долгим

Окончание не дописано.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30813
ссылка на сообщение  Отправлено: 30.05.15 23:19. Заголовок: Юлия пишет: Она ис..


Юлия пишет:

 цитата:
Она исчезла, а в ушах Агаты стоял грохот захлопнувшейся двери. Хотя Селина и не подумала воспользоваться ею.


Очень-очень!
Можно понять и Агату и Селину, хотя непримиримость Агаты огорчает и приводит к тому, что произошло. Нетерпимость и несгибаемость - вредные вещи, на мой взгляд.

Юлия пишет:

 цитата:
Еще один сомнительный



Угу...

Юлия пишет:

 цитата:
В конце концов они с Селиной – не маленькие девочки.


Здесь в конце концов, кажется, выделяется зпт.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1742
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.06.15 09:43. Заголовок: apropos Хелга http:..


apropos Хелга
Спасибо, дорогие мои.

Хелга пишет:

 цитата:
Можно понять и Агату и Селину, хотя непримиримость Агаты огорчает и приводит к тому, что произошло.


Такая твердолобость свойственна сильным натурам, не привыкшим к неподчинению.

apropos пишет:

 цитата:
Влюбиться ей надо, сразу и себе жизнь облегчит, и сестру поймет.


Разве она сейчас способна заметить хоть кого-то? Гнев застит ей глаза и сердце и с лихвой заменяет все чувства.

apropos пишет:

 цитата:
Не, не от гарема откажется (хотя и это тоже), а сможет полюбить


Я думаю, что принц Фарух, даже полюбив, не откажется от гарема. И не потому, что злодей или недостаточно любит. А потому что таков его мир, и таковы ценности и представления о должном миропорядке. И никакая любовь не в состоянии мгновенно развернуть человека к совершенно чуждому и неизвестному западному миру. Этот процесс (воспринятия чужих ценностей), если и возможен, долог и труден.

И для Шаула гарем - не просто недостаток любви и уважения. Это знак и выражение совершенно противоположного мировоззрения и самоидентификации человека (в онтологическом смысле).

Гарем - это же закрепленное в социальном институте потребительское предметное (противоположно духовному) отношение к женщине, как существу низшего порядка по сравнению с мужчиной. Она - обезличенный источник наслаждения и продолжения рода. Я не утверждаю, что конкретный восточный мужчина всегда и абсолютно так относился к своим конкретным наложницам и женам. Конечно, личность женщины вмешивалась и нарушала, если не внешний порядок, то его суть. Но как идея. И в этом смысле – он (гарем) диаметрально противоположен западной идее отношения к женщине как к Прекрасной Даме и воплощению этой идеи в рыцарском служении и преклонении перед Прекрасной Дамой в конкретной женщине. Это, конечно, то же идея, а не ежедневная практика, но важно, что она является одним из столпов всего западного мировоззрения, представителем которой и является в данном случае Шаул.


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1743
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.06.15 10:34. Заголовок: *** Холод тряс и т..


***

Холод тряс и тревожил, пробираясь все глубже. Наконец он коснулся сознания и разорвал ткань сна. Шаул открыл глаза. Был темный предрассветный час. Рядом сжался от холода спящий в обнимку с Бруно Сони. Шаул поднялся на ноги, выбивая зубами дробь, и закрыл ставни на окнах, спасаясь от врывающегося из-за отсутствия стекол холодного ветра. В комнате стало совсем темно. Наткнувшись на низенький столик, Шаул на ощупь стянул с него покрывавшую его скатерть и укрыл им спящих Сони и Бруно. Чтобы избавиться от сотрясающей его дрожи, он сделал несколько резких движений. Озноб стих, но Шаул продолжал делать гимнастические упражнения. От точных ритмичных движений мысли и чувства приходили в порядок после ночной сумятицы. Во сне он плутал по лабиринту узких улочек кого-то города в поисках то Сони, то Бруно и никак не мог собрать друзей, чтобы осуществить свой план побега. Шаул тряхнул головой, прогоняя тоскливый морок сна. "Страх парализует разум", – вспомнил он слова Юсуф-паши.

– Если у нас есть шанс на спасение, то следует сосредоточиться на его поиске, – прогворил Шаул, обернувшись на шорох, раздавшийся у двери.

В следующий момент щелкнул засов, и в проеме отворившейся двери появился вчерашний янычар.

Шаул взглянул в его холодные голубые глаза, вспомнив слова Юсуф-паши. Где родился этот голубоглазый блондин? Как попал ребенком в плен, превратившись из милого мальчика северо-западного побережья в свирепого солдата восточного султана? "Во что бы то ни стало надо спасти Сони от подобной участи". Шаул подошел к спящим и разбудил мальчика.


Рассвет едва осветил небо. Во дворе янычары суетились около лошадей, среди которых Шаул заметил своего Гнедого и Сонину Лиру. И никаких носилок! Кивнув голубоглазому янычару, велевшему им жестом сесть на коней, Шаул вскочил на своего Гнедого и забрал из рук Сони Бруно, запустив кота в седельную сумку. Ничего, кроме этой пустой сумки и фляги с водой, из их вещей не было. Зато они не были связаны или заперты в закрытых носилках или карете. Шаул взглядом встретился с Сони, и мальчик едва заметно кивнул в ответ. Теперь надо быть предельно внимательными – только бы не упустить шанс.

Вскоре появился и Юсуф-паша собственной персоной. Одет паша был по-походному. Многослойные длиннополые одежды с висячими рукавами заменил короткий приталенный кафтан, широкие шелковые шаровары – узкие штаны, заправленные в мягкие невысокие сапоги желтой кожи, а роскошный тюрбан – белая войлочная шапка, обернутая бледно-лазоревым платком. Не удостоив пленников даже взглядом, паша легко вскочил на изумительного вороного с белой звездочкой на лбу, и вся кавалькада в сопровождении двух десятков янычар двинулась со двора.

Они проехали по узким улицам просыпающегося города. Высокие тонкие башенки минаретов остриями крыш вспарывали посветлевшее утреннее небо. Укутанные сумрачной предрассветной дымкой дома прятали богатство портового города за невзрачными глиняными стенами и высокими заборами. Лишь редкие деревянные балкончики и галереи под широкими крышами чуть оживляли картину. Скрыться в узких коридорах улиц, образованных глухими стенами, не зная города, было почти невозможно, к тому же белобрысый янычар не спускал с них глаз и, словно приклеенный, ни на шаг не отставал от Сони. Шаул не сокрушался. Конечно, бежать из портового города было легче. Но для того, кто не знает языка и не имеет ни единой знакомой души, на которую мог бы положиться, и портовый город может оказаться ловушкой.

Наконец кортеж паши выехал в южные ворота, покинув город. Миновав несколько небольших селений, жавшихся к крепостным стенам, они оказались в пустыне. Пыльная глиняная дорога вилась вдоль невысоких холмов и каменных скал. На всем охватываемом глазом пространстве не было видно ни одного дерева, лишь изредка из расщелин в камнях торчали безжизненные колючие кустики. Поднимающееся солнце стремительно сворачивало длинные лиловые тени, заливая все однотонной охрой. Сероватая, словно выцветшая, зелень кустов не оживляла пейзаж. Яркое кобальтовое небо в сиянии белого солнца слепило глаза. Шаул, вздохнув, опустил пониже поля шляпы. Шанс на побег в пустыне равнялся самоубийству, и о нем не стоило ломать голову.

Через несколько часов солнце стало жарить немилосердно. В темном платье стало невыносимо жарко. Шаул ослабил шейный платок, смахнув с лица пот, глотнул из фляги – вода стала теплой и отдавала вкусом бараньего жира – и протянул ее Сони. Щеки мальчика заливал малиновый румянец. Разморенный жарой, он совсем сник. Шаула и самого разморило от жары, слабость одолевала не только тело, но и мысли. Как ни пытался он противостоять одуряющему действию солнца, безжалостное светило расплавляло его волю.

Когда солнце неумолимо зависло в зените, кортеж Юсуф-паши подъехал к небольшому оазису. В легкой кружевной тени могучих тамарисков уже отдыхал караван. У длинной каменной поилки источника выстроились верблюды, лошади и серые ослики. Но увидев знатного вельможу в окружении отряда янычар, караванщики засуетились и, почтительно кланяясь, начали оттаскивать своих животных, освобождая места у колодца. Из-под навеса стоявшей под деревьями палатки к Юсуф-паше выскочил одетый в длинную полосатую рубаху господин и, склонившись в низком поклоне, почтительно залопотал. Он продолжал кланяться и улыбаться, протягивая руки в приглашающем жесте, пока Юсуф-паша, едва замечая его, не уселся в палатке, утопая во множестве подушек, которые услужливо подкладывал не отходивший от него хозяин. Засмотревшийся на высокомерного вельможу Шаул, получил тычок в бок – белобрысый янычар знаками велел им идти к той же палатке. Живительная тень манила, но надо было позаботиться о Бруно. Шаул вытащил из сумки кота. И тот, ловко лавируя между ног вьючных животных, пробрался к поилке, запрыгнул на угол каменного ограждения и, присев, начал лакать. Пившая рядом лошадь подняла морду и недовольно фыркнула, но кот не удостоил внимания подобный афронт и продолжал пить, как ни в чем не бывало. Взмахнув темными ресницами, красавица-лошадь повела ушами и меланхолично опустила морду в поилку.

Радуясь возможности оказаться в тени, Шаул устало опустился на циновку. Хозяин палатки, поприветствовав их неразборчивой речью и суетливыми, но не слишком усердными поклонами, усадил у самого края и вернулся к Юсуф-паше. Измученный, растрепанный Сони привалился к Шаулу, прикрыв веки. Щеки его все так же горели, а под глазами синели тени. Наблюдая за людьми и животными, Шаул уныло думал о невозможности побега, когда Сони едва держится на ногах. Что же будет, когда они наконец прибудут в Каразерум? Внезапно возникший перед ним слуга протянул небольшие керамические мисочки – с янтарной поверхности наполнявшей их жидкости поднимался седоватый пар.

– Щой, щой, – повторял тот, кивая, пока Шаул пытался взять неудобный сосуд без ручки.
– Что это? – вяло спросил, поднимаясь, Сони.
– Щой, щой, – снова затараторил слуга, вкладывая в руку мальчика мисочку.

Шаул глотнул, терпкая золотая жидкость обожгла пищевод.

– Чай, – ответил он Сони.

Прежде ему всего лишь однажды пришлось пробовать экзотический напиток. Тогда он не произвел на него должного впечатления, но сейчас, когда он изнывал от жажды, терпкая горечь чая показалась приятной и освежающей. Легкий ветерок обдувал сырые волосы, принося долгожданную прохладу. Выпив несколько мисочек обжигающего напитка, Сони, примостившись на его плече, заснул. Шаул почувствовал, как и его одолевает дремота, и, прислонившись спиной к столбу, на котором была растянута палатка, устало прикрыл глаза. Ему казалось, что он лишь на минуту сомкнул веки, но очнувшись от гортанного крика, увидел, что тени заметно выросли. Голубоглазый янычар недовольно махнул ему рукой. Шаул оглянулся – Юсуф-паши в палатке уже не было. Зато Бруно был тут – кот спал на коленях у Сони.

После внезапного пробуждения Шаул чувствовал себя разбитым и сонным, но постепенно мерная тряска в седле прогнала сонливость. Силы возвращались вместе с ясностью мысли и решимостью действовать. Шаул оглянулся на Сони – короткий отдых и ему пошел на пользу, – уверенно сидящий в седле, мальчик бодро улыбнулся ему.



Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30819
ссылка на сообщение  Отправлено: 04.06.15 19:36. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Вроде и в седле, а не убежать. Что-то будет? Очень живописная восточная картинка, даже жарко стало.


Чуть тапочков:

Юлия пишет:

 цитата:
Засмотревшийся на высокомерного вельможу Шаул, получил тычок в бок


Лишняя зпт

Юлия пишет:

 цитата:
уверенно сидящий в седле, мальчик бодро улыбнулся ему.


Здесь тоже, кажется, зпт не нужна.


Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1745
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.06.15 13:55. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга
Спасибо, дорогая.

Хелга пишет:

 цитата:
Что-то будет?

Будет, будет Хватило бы только терпения читателям.


Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38105
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.06.15 22:19. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

А тут всюду клин - куда ни кинь. В пустыне не убежишь, и кони не помогут. Ну и в городе, из-под замка тоже шансов нет. Ну разве что чудо какое вкупе с авторской фантазией.
Гарем - это менталитет, да.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1746
ссылка на сообщение  Отправлено: 07.06.15 17:48. Заголовок: apropos http://jpe...


apropos

apropos пишет:

 цитата:
разве что чудо



Чудо или не чудо, но что-то будет.
Двинемся дальше?

Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1747
ссылка на сообщение  Отправлено: 07.06.15 18:04. Заголовок: Холмы росли и теснее..


Холмы росли и теснее сходились к дороге, в конце концов превратив ее в ущелье, скрытое спасительной тенью от жгучего солнца. Шаул пытался припомнить карту, которую изучал на корабле, пока у них не забрали вещи. Согласно этой карте из его новейшего атласа, главный город провинции Мадис Каразерум лежал в долине, окруженный с трех сторон высокими горами, а с четвертой, западной, – бурной горной рекой. Город стоял на ее высоком берегу, а противоположный уходил вниз узкой покатой долиной. Стесненная с двух сторон горами, она заканчивалась перевалом.

Сама природа создала Каразерум непреступной крепостью. Большая армия была обречена на неудачу, решив взять штурмом город. Но небольшие отряды воинственных кочевников, пробирающиеся через западную долину на привычных к горным тропам коням, все же отваживались беспокоить принца Фаруха дерзким вылазками. Через эту же долину пробирались из города и обратно и контрабандисты, о которых как-то раз вскользь упомянул Юсуф-паша. На них и их спасительные связи и надеялся Шаул. Эзра Аромитянин из Каразерума – похоже остался единственным шансом для них покинуть негостеприимный султанат.

А пока отряд Юсуф-паши продвигался по узкому ущелью, где едва могли разъехаться две лошади – с такой дороги ни свернуть, ни убежать. Воздух свежел, наливаясь густой синевой вечерних сумерек. Они ехали в тишине, лишь топот лошадиных копыт эхом разносился по ущелью. Вдруг скалы расступились, и сумрак рассеялся золотом выросшей перед ними высокой крепостной стены. Над железными воротами грозно скалила пасть огромная голова льва. Освещенный закатным солнцем каменный барельеф пугающе нависал над утомленными дальней дорогой путниками.

– Ох, – пораженно выдохнул Сони. – Какое чудище!

Шаул тоже заворожено рассматривал грозно скалившего клыки хищника. Волнистые пряди его гривы, словно лучи, расходились во все стороны от львиной морды, напоминая о испепеляющем жаре полуденного солнца. Ощерившийся лев был сродни жестокой красе дикого безжалостного края.

Ворота перед визирем принца отворились, и они въехали в город. Завидев кортеж паши, жители Каразерума жались к обочинам и приветствовали знатного вельможу земными поклонами. Столица Мадиса не многим отличалась от портовой крепости. Те же глухие глиняные фасады, скучные высокие заборы, и те же нависающие над грязными улицами деревянные балкончики верхних этажей. Запах свежевыпеченного хлеба мешался с гнилостной вонью отходов, чарующий аромат пряностей соседствовал с зловоньем нечистот.

В противовес унылой застройке наряды жителей Мадиса создавали небывалое разноцветье и разнообразие форм. Головные уборы – платки и шали, высокие шляпы и маленькие изящные шапочки, всевозможных фасонов и размеров тюрбаны – были украшены яркими перьями, драгоценными брошами, золотыми цепочками и монистами. Длиннополые яркие платья и короткие курточки, длинные кафтаны и куцые безрукавки, шаровары – короткие и метущие пыль, узкие и широкие, из шелка и бархата, тафты и кисеи, канифаса и кашемира, парчи и бумазеи. Закутанные с головы до ног женщины и сверкающие бронзовой кожей тел босоногие юноши в одних коротких шароварах. Пестрая людская река, затопляющая улицы, расступалась перед кортежем, теснясь в уходящих в стороны кривых узких переулках и тупиках, и тут же смыкалась.

И вдруг мерный гомон толпы взвился вверх – вопли, плач и стоны наполнили узкий лабиринт. Кортеж паши был остановлен и охвачен плотным кольцом людей. Они кричали и тянули руки к визирю, теснили и хватали солдат за сабли и плетки, не давая им двинуться. Ряды янычар смешались. Казалось, толпа вот-вот разорвет их голыми руками. Ужас перед взбесившейся ордой вдруг сменился ясной мыслью: "Вот он шанс!"

– Сони! Время! – крикнул мальчику Шаул, напрягая глотку, чтобы перекричать толпу.

Тот оглянулся с перекошенным от страха лицом, и все же кивнул, стараясь направить кобылу в сторону.

– Слезай! – кричал Шаул, но Сони не слышал его и оставался на неповоротливом животном.

Но толпа сама, мешаясь и теснясь, вытолкнула Сони к небольшому боковому проулку. Ему осталось лишь, поддавшись потоку, нырнуть в него. Он был уже у самого угла, когда белобрысый янычар заметил это. Подминая и настегивая толпу, тот прорывался к мальчику. Двигаться в беснующейся агрессивной массе было невозможно, но Шаулу было достаточно развернуть Гнедого. Он со всей силы ударил шенкелями и натянул повод. Жеребец заржал и встал на дыбы. Толпа с криком расступилась. Подавшись в перед, Шаул схватился за гриву и опустил коня на передние ноги прямо перед лошадью янычара. Кобыла белобрысого, испугавшись, дернула головой и рванула в сторону. Пока всадник справлялся с нею, Шаул оглянулся к проулку – ни Сони, ни его лошади там уже не было.

Как удалось мальчику так быстро пробраться сквозь толпу, и куда он исчез? Наконец янычары сумели саблями и плетками пробить себе дорогу. Толпа схлынула со стоном и проклятиями, оттаскивая раненых. А кавалькада продолжила путь.

Суета, поднятая тотчас белобрысым, оставила Шаула безучастным. Во-первых, он не понимал, что они говорят. Во-вторых, пережитое только что сильное волнение притупило все остальные чувства, и сейчас он равнодушно смотрел в их перекошенные злобой лица, словно сторонний наблюдатель. Главное, он добился того, чего хотел. Несмотря на все опасности, что подстерегают Сони на воле, он был уверен, что свобода для мальчика куда предпочтительнее плена. Жаль, что Бруно так и остался в седельной сумке Шаула, а выпускать кота в такой сутолоке было опасно.


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30826
ссылка на сообщение  Отправлено: 08.06.15 13:31. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Надеюсь, что Сони удалось убежать, и это потянет за собой цепочку следующих событий.
Матчасть, чувствуется, автором тщательно изучена, такие живописные картинки разных стран и народов.

Пинеточки:
Юлия пишет:

 цитата:
беспокоить принца Фаруха дерзким вылазками.



дерзкими

Юлия пишет:

 цитата:
Шаул тоже заворожено рассматривал



завороженно?

Юлия пишет:

 цитата:
Толпа с криком расступилась. Подавшись в перед, Шаул схватился за гриву


Тут, наверное, с криками. И вперед слитно.



Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1750
ссылка на сообщение  Отправлено: 08.06.15 17:32. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга
Спасибо, дорогая.

Хелга пишет:

 цитата:
Надеюсь, что Сони удалось убежать

Так не поймали же. Вопрос - куда
Хелга пишет:

 цитата:
Матчасть, чувствуется, автором тщательно изучена

Не загромоздить бы...

Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38107
ссылка на сообщение  Отправлено: 10.06.15 22:44. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Славная картинка восточного города.
Итак, Сони сбежал - да еще с лошадью, в крайнем случае продать сможет. Хотя удрать - еще полдела. Выбраться, добраться и спастись - вот задача. Продолжаем верить в автора.

Юлия пишет:
 цитата:
А кавалькада продолжила путь.
Суета, поднятая тотчас белобрысым,

Вот здесь не очень понятно, как может кавалькада продолжить путь - и в то же время - подняться суета? Т.е. если всадники поехали, допустим, просто переругиваясь между собой, тогда это не суета, которая по определению - бестолковая беготня, торопливость в чем-нибудь (из словаря). А вот если закружили на месте, выискивая в толпе беглеца, поскакали во все стороны и т.д... Словом, как-то это дело уточнить, наверное.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1751
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.06.15 17:48. Заголовок: apropos http://jpe...


apropos

Спасибо, дорогая.

apropos пишет:

 цитата:
Выбраться, добраться и спастись - вот задача.

Непосильная?

apropos пишет:

 цитата:
Вот здесь не очень понятно

Ты права.

Исправила:

Как удалось мальчику так быстро пробраться сквозь толпу, и куда он исчез? Наконец янычары сумели саблями и плетками пробить себе дорогу. Толпа схлынула со стоном и проклятиями, оттаскивая раненых. Белобрысый тотчас устремился к аге янычар. Но предпринятая тем попытка отыскать и вернуть беглеца была остановлена пашой. Визирь, недобро усмехнувшись, что-то спокойно ответил начальнику стражи, и кавалькада продолжила путь.

Шаул благодарно вздохнул. Каковы бы ни были его мотивы, паша позволил Сони уйти, и это было главное. Теперь ни обрушившийся на Шаула град резких гортанных воплей аги, сулящих, судя по накалу злобы, скорую и жестокую расправу, ни шипящие проклятия белобрысого, ни яростные взгляды остальных янычар уже не трогали. Во-первых, Шаул не понимал ни слова. А во-вторых, пережитое только что сильное волнение притупило все остальные чувства. И теперь он, словно сторонний наблюдатель, равнодушно смотрел на их перекошенные злостью лица и размышлял о Сони – несмотря на все опасности, что подстерегают мальчика на воле, свобода для него куда предпочтительнее плена. Жаль, Бруно так и остался в седельной сумке Шаула, но выпускать кота в такой сутолоке было опасно.


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1752
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.06.15 18:25. Заголовок: *** – Ты не можешь ..


***

– Ты не можешь здесь находиться, – строго проговорила Гизельда, сердито блеснув стеклами очков.

И Селина почувствовала себя весьма неловко в уютной гостиной старой феи. Хоть в камине потрескивал огонь, а на столике рядом стояли расписные кружки с душистым грогом и вазочка с ее любимым засахаренным миндалем. Старая наставница была не рада ее визиту.

– Даже ты должна помнить о правилах, которые нельзя безнаказанно нарушать, – покачав головой, та продолжила отчитывать ее, словно маленькую девочку. – Магия фей напрямую связана с местом, где они были благословлены. И ты не можешь менять его по своей прихоти.
– Я не задержусь у тебя, – обижено откликнулась Селина.

Она предполагала, что наставница не одобрит ее решения, но ожидала хотя бы немного сочувствия.

– И куда же ты подашься, позволь поинтересоваться?
– Я могу стать странствующей феей, – пожала плечами Селина, эту мысль она уже не раз обдумывала, строя планы поиска Траума.
– Святые праведники! – всплеснула руками Гизельда. – Это с твоей-то любовью к комфорту и богатым нарядам?! Ты серьезно вообразила, что смогла бы взять на себя бремя и бродить грязной нищенкой по городам и весям, предсказывая судьбу?
– Конечно, это потребует от меня некоторых жертв, – благоразумно согласилась Селина.
– Некоторых жертв?! – вскликнула Гизельда. – Ты должна будешь превратиться в другого человека!
– Ты сомневаешься, что я смогу утешать детей?
– Не обманывай себя, Селина. Ты не можешь быть странствующей феей. У тебя никогда не было никакой склонности к юродству. Ты будешь просить милостыню? Обличать пороки? Выдержишь побои и ночлег на голой земле?
– Я же смогу это чуть приукрасить с помощью магии, – возразила Селина.
– Ошибаешься, дорогая моя! Магия странствующих фей очень специфична и не позволяет им облегчать трудности пути.
– Но я должна найти Траума! – в сердцах воскликнула она. – Я понимаю и принимаю, что это совсем не легкий путь. Так же, как не был легким и его путь к вершинам Высшего суда. Но я не могу отказаться от него.
– Вы две упрямые и глупые девчонки! – рассердилась Гизельда. – Вы не хотите понять одного, каковы бы ни были ваши желания, вы должны действовать сообща. Таковы ваши дары. Изменив этому правилу, вы ничего не сможете достичь, а лишь поставите друг друга под удар. Бестолковые упрямицы! Неужели твоя смерть ничему не научила вас?!
– Мы больше не можем быть вместе, Гизельда, – глухо возразила Селина. – Агата, наверное, не рассказывала тебе. Она очень сердита на меня из-за того, что мы с Траумом заключили духовный брак.

Казалось, Гизельда потеряла дар речи – старая фея ошарашено уставилась на свою бывшую ученицу.

– Знаешь, девочка, я не совсем понимаю, как такое могло произойти, – начала она после продолжительной паузы. – Но могу сказать определенно, нет никаких духовных браков, так же как и свободных или как там их еще именуют. Брак либо есть, либо его нет – и он должен включать в себя отнюдь не только дух. Есть своеволие – тогда это похоть, и есть благословение – тогда это брак.
– О Гизельда, ты такая же, как Агата! – воскликнула чуть не плача Селина. – Какое благословение вам нужно?! Чтобы наши руки соединили престарелые родители? Или магистрат должен выдать нам разрешение на брак?!
– Не форма важна, а суть ваших деяний, – устало объясняла старая фея. – Своеволие оставляет людей замкнутыми в скорлупах собственных эгоистических желаний, им никогда не стать единым целым. Благословение – это обретение сил свыше на совершение жертвоприношения.
– Но ты же сама отговариваешь меня от того, чтобы я пожертвовала своим комфортом и отправилась на поиски мужа!
– Не торопись, милая, – покачала головой Гизельда. – До твоего замужества, боюсь, еще очень далеко. Подумай, в чем может заключаться истинная жертва, прежде чем бросаться в омут. Поверь это очень тяжело - гораздо тяжелее, чем играть с чужими веригами.
– Но я уже подумала, и мне ничего не приходит больше в голову! – сердито воскликнула Селина.
– Довольно спорить, – покачала головой Гизельда. – Поверь, ты только начала думать и еще не нашла правильного ответа. Сегодня ты переночуешь у меня, а завтра утречком отправишься обратно к сестре. Вы должны найти этот путь вместе.

Селина хотела возразить, но появившаяся служанка Гизельды, погладила ее по голове.

– Пойдемте, барышня, негоже молодой леди в такой час разгуливать, – как бывало в детстве, увещевала Берта Селину. – Я вам уже приготовила вашу комнату. Поспите, а там и решение найдется – утро вечера мудренее.

Селина поднялась и поцеловала Гизельду, погладив страушку по плечу:

– Спокойной ночи, наставница.
– Спокойной ночи, милая, – кивнула старая фея.

И она послушно отправилась за служанкой вверх по скрипучей лестнице. В хорошо протопленной комнате было тепло и уютно. Сын Берты, молчун-Морис, приволок сюда сундук Селины, и на расстеленной кровати ее уже дожидалась рубашка.

– Помочь вам раздеться? – спросила Берта.

Служанка остановилась на пороге и, скрестив на животе руки и склонив голову к левому плечу, наблюдала за Селиной, оглядывающей свою девичью комнату.

– Здесь ничто не изменилось, – обернулась она к служанке. – Спасибо, Берта, я привыкла справляться сама.
– Тогда спокойной вам ночи, барышня.
– Спокойной ночи, милая Берта, – ответила она и опустилась на кровать.

Селине трудно было возражать Гизельде - мудрая старушка во многом была права. Даже ее жестокие слова о том, что Траум – еще не муж Селине. Как ни горько было осознавать, но это - правда. Они еще не супруги, может быть, нареченные, но не связанные окончательно. Селина чувствовала: то, что началось там, в неведомых обителях, должно получить свое воплощение здесь, в этом мире. Но для этого она должна найти Траума. А сидя дома с Агатой, она не найдет его. Гизельда не понимала, что она уже не прежняя Селина, и ее ссора с сестрой – не ребяческая размолвка. Она должна была найти Траума сама, только тогда она будет его достойна.

Селина дождалась пока звуки в доме стихнут и, прихватив свечу со столика, на цыпочках вышла из комнаты. Пробормотав заклинание над скрипучей лестницей, она осторожно спустилась в библиотеку Гизельды, сплошь заставленную стеллажами с книгами. Она знала секрет. Полки перемещались и раздвигались по воле феи, пока наконец перед ней не оказалась книга "О призваниях и дарах волшебных" – как раз то, что нужно. Селина подхватила древний фолиант и вернулась в свою комнату.

– "Глава о том, как принять на себя подвиг феи отшельницы", – прочла Селина. – Нет, не то. "Глава о том, как принять на себя обязательства странствующей феи". Именно то, что она искала.

Селина уселась на кровати, поближе пододвинула подсвечник и начала читать.
"Глупость того, кто осмелится без всякого на то основания принять на себя тяжесть сей ноши, обернется его наказанием", – предупреждала книга, а дальше шли подробные указания, как стать странствующей феей. Ничего сложного. Она легко справиться с простым последованием.

– Я приму с благодушием все преткновения, обиды и напасти, останусь верной пути, любовью и милосердием буду врачевать больные души, посланные мне на нем, – произнесла последние слова заклинания Селина и оказалась в темноте.

Порывистый ветер стегал, как плетью, колючей снежной крупой. Босые ноги немели от холода, проваливаясь в снег. Жестокий наст раздирал кожу. Ослепшие в темноте глаза с трудом различили в окруживших ее черных тенях деревья.

– Где я? – Селина с ужасом вглядывалась в темноту ночи и, кутаясь в жалкие холщовые лохмотья, переступала сведенными ломящей болью ногами.


***


Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38109
ссылка на сообщение  Отправлено: 12.06.15 20:57. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Юлия пишет:
 цитата:
"Глупость того, кто осмелится без всякого на то основания принять на себя тяжесть сей ноши, обернется его наказанием"

Тут, скорее, наивность - Селина решила, что справится, не представляя, с чем придется справляться. Хотя основания у нее были, вроде как. С другой стороны - мы же не знаем, какие основания нужны, чтобы стать странствующей феей и не поплатиться за это.
Отчаяние и упрямство, конечно, не лучшее оправдание.
Как и Селина, не поняла, что нужно для брака - по каким законам (человеческим или высшим). С помощью автора, надеюсь, разберемся.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30829
ссылка на сообщение  Отправлено: 12.06.15 23:29. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия
Народ, один за другим пускается в странствия, Шаул - на поиски принца для возлюбленной, Селина - на поиски самого возлюбленного. Упорно надеюсь, что где-то их пути пересекутся и две разошедшиеся линии как-то переплетутся.
И что же все дамы так против любви Селины и Траума? Вот стоило бы им принять и понять, всем бы легче стало. Но и в сказках и в жизни непонимание так разрушительно.

Тапусечки.
Юлия пишет:

 цитата:
Селина хотела возразить, но появившаяся служанка Гизельды, погладила ее по голове.


Лишняя зпт.

Юлия пишет:

 цитата:
Селина поднялась и поцеловала Гизельду, погладив страушку по плечу:


Старушку.

Юлия пишет:

 цитата:
Сын Берты, молчун-Морис,


молчун Морис, наверное, без дефиса.



Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1753
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.06.15 21:16. Заголовок: apropos Хелга http:..


apropos Хелга

Спасибо, дорогие.

apropos пишет:

 цитата:
мы же не знаем, какие основания нужны, чтобы стать странствующей феей и не поплатиться за это

Призвание, а не своеволие

Хелга пишет:

 цитата:
И что же все дамы так против любви Селины и Траума?


Гизельда не против. Но она понимает, что все не просто. И бросаться куда-то сломя голову не стоит. Тем более, что она убеждена, что сестры должны действовать сообща – она утверждает, что таковы их способности. И, следовательно, отправляться незнамо куда на поиски Траума одной Селине не стоит. Тем более в совершенно не подходящем ей амплуа странствующей феи. Она предлагает Селине не торопиться.

apropos пишет:

 цитата:
Как и Селина, не поняла, что нужно для брака - по каким законам (человеческим или высшим)


С браком, конечно, вообще все очень сложно. Ясно одно - только духовную составляющую брак иметь не может, по крайней мере у людей, к коим, конечно же, относится и Селина. О чем тактично и говорит Гизельда. Второе, о чем она упоминает, это благословение. Селина возражает ей, понимая благословение просто как некое формальное действо. Но Гизельда говорит о сути совершения соединения - ради чего оно. Ради себя или ради свершения Любви как утверждения воли свыше. Или иначе - как жертвоприношения. Потому что брак в этом пласте бытие - это жертвоприношение. Гизельда говорит, конечно, не о социальном институте.

Хелга пишет:

 цитата:
стоило бы им принять и понять, всем бы легче стало

Селина слишком решительно настроена и сама не расположена кого-то слушать

Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1754
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.06.15 21:32. Заголовок: *** Воды неизвестно..


***

Воды неизвестной реки тяжело катили свои налитые свинцом зимние воды. На заснеженном берегу поднимались ввысь исполинские сосны, поддерживая синеватыми верхушками рыхлое зимнее небо. Проваливаясь в снег, Элиза спешила к спасительной тени сосен, едва ли замечая промозглый холод пронизывающего ветра. Укрывшись в глухой тишине хвойного леса, она наконец смогла дать волю слезам.

– О, небеса, – в отчаянии всхлипнула принцесса.

Ее бил озноб, но не от холода.

– Все кончено. Он погиб, – просипела она и залилась слезами.

Безудержные рыдания сотрясали и выкручивали внутренности, сердце разрывалось от тоски и боли. Невыносимая тяжесть свершившегося несчастья беспросветной тьмой обрушилась на нее, в дребезги разбив надежду.


Тревога овладела сердцем Элизы сразу, как только она увидела пустынные земли Мадиса. Казалось, безжалостное солнце выжигало не только землю, но и человеческие сердца, делая их черствыми и жестокими.

Элиза сжалась от ужаса, чувствуя непримиримую враждебность янычар, в любой момент грозившую разразиться жестокой расправой. После побега Сони она смогла перевести дух только когда, вместо допроса и пыток, которых ожидала по прибытии во дворец паши, пленников заперли в подвале, оставив в покое на ночь. Узкие зарешеченные окна под самым потолком, соломенные циновки на земляном полу, вода в простом глиняном кувшине и черствая лепешка да медный горшок в углу – вот и все. Но Шаул быв жив и не замучен.

– Жаль, что ты не смог убежать с Сони, – вздохнул он, делясь с котом скудным ужином.
– С чего вдруг? – недовольно мяукнул Бруно, с трудом расправляясь с сухой коркой. – Мое дело – сопровождать тебя, а не Сони.
– Мне было бы спокойнее за него, если ты был с ним, – ответил Шаул, помогая коту лакать воду. – Не могу успокоиться – где он, что с ним? Сможет ли найти этого Эзру, и станет ли тот помогать? Да не обречен ли этот план на неудачу?
– Прекрати бессмысленно терзаться, – высокомерно промяукал, облизываясь, Бруно. – Сони практичен и не глуп. Уж если ему удалось скрыться, значит, он сможет воспользоваться этим. Его судьба – сейчас не твоя забота. Смею напомнить тебе, что твой долг состоит в использовании любой предложенной судьбой возможности разбудить принцессу. И результат зависит от сообразительности и не в последнюю очередь от решимости. Если ты опять заартачишься с этим гаремом, ты упустишь шанс спасти принцессу, даже не поняв, что он собой представляет, – назидательно отчитал Шаула кот.
– Мы пленники, Бруно, - уныло ответил тот на назидательную тираду. - И, судя по всему, я могу вообще никогда не встретиться с принцем.

Но он ошибся. Вернувшись на следующий день в его воспоминания, Элиза застала Шаула перед воротами дворца в сопровождении янычар. Задрав голову, тот, казалось, сосредоточенно рассматривал необычное строение, но на самом деле мысли его были сосредоточены на предстоящей беседе с принцем, и он едва замечал архитектурные особенности. Собственно, Шаулу было неизвестно, с какой целью его привезли во дворец – никто не сказал ему ни слова. Но после того, как его отвели в баню, умаслили тело благовониями, приготовили свежее белье и чистое платье, он мог надеяться на высочайшую встречу. Шаул старался продумать свои аргументы. Перед ним стояла сложная задача убедить принца, не имеющего никакого понятия о галантности и стремлении совершить подвиг ради Прекрасной дамы, отправиться в дальнее и небезопасное путешествие, чтобы разбудить спящую принцессу. Политические резоны в данном случае были единственным веским аргументом.

Наконец ворота отворились, и Шаул с сопровождающими проследовал на дворцовый двор. Обильная позолота убранства плеснула ослепляющим всполохом отраженного света. Широкий двор был заполнен людьми, разных сословий. Самые бедные робко жались к стенам, ожидая под палящим солнцем. Купцы побогаче и надменные сипахи с кривыми саблями на боках расположились в тени раскидистых дубов, растущих с четырех сторон двора. Важные и богатые вельможи прохаживались по широкой опоясывающей дворец галерее, где в небольших мраморных нишах переливчато журчали, стекая хрустальными струями, фонтаны. Шаул остановился посреди двора. Перед глазами мелькали роскошные наряды иноземной знати – переливался шелк и лоснился бархат, сверкали самоцветы, искрилось золото пряжек, брошей и ножен, – а Шаул, встречая надменные и неприязненные взгляды, все больше уверялся в невозможности политического союза. Не сам по себе союз тревожил его, а предательство, заключенное в нем. Сотрудничество с Содружеством усилит султана, и его аппетиты не ограничатся Аустеррией. Кто будет следующим? Прибрежные королевства? А за ними? – Небольшие княжества и герцогства, не имеющие большой армии. Как скоро орды султана окажутся под стенами Адхельма?

Капуджи, дворцовые стражники, сменившие сопровождавших Шаула янычар, смешно вскидывая ноги, обутые в яркие сафьяновые сапоги, под зловещее кивание цветных перьев на их войлочных шапках провели его ко входу в левом крыле дворца и оставили одного. От пестроты убранства комнаты, в которой оказался Шаул, зарябило в глазах. Яркий цветочный орнамент ковров на стенах переходил в затейливую мозаику пола. Низкие кушетки переливались многоцветной радугой парчовых подушек. Как утомительна эта аляповатая сверкающая роскошь…

Шаул беспокойно прошелся по комнате. Север и юг – два противоположных полюса. И их различие не ограничивается внешними предпочтениями. Как бы ни были разрознены и алчны правители севера – все они говорили на одном языке, поклонялись одним богам. Человек, гражданин, как ни сопротивлялись этому некоторые властители, оставался основой и краеугольным камнем той системы ценностей, что исповедовал север. Юг же блистал золотой верхушкой, которой служила подножием вся остальная пирамида. Властитель здесь был единственным человеком имеющим ценность, и ценность эту определяла сама власть. Возможно ли сойтись этим двум антиподам? Да и нужно ли?

Шаул тяжело вздохнул и остановился, медленно проводя рукой по шелковистому ворсу ковра с замысловатым рисунком. В сложных изгибах терракотового орнамента виделись согбенные фигуры на невольничьем рынке, а в изумрудных сердцевинах диковинных цветов – пустые глаза белобрысого янычара...

– Я расскажу принцу всем известную сказку, – прошептал он. – И пусть Провидение решает нашу судьбу.

Уединение Шаула нарушил тихо появившийся человек в длиннополом изумрудном кафтане. Он бесцеремонно окинул иноземца оценивающим взглядом и поклонился. Ярко-красная маковка войлочной шапочки укутанной бледно-зеленым платком мелькнула перед глазами Шаула.

– Эфенди Калавереден, – произнес он высоким голосом, коверкая его имя. – Я толмач дивана Муса. Я буду переводить вашу речь.

Толмач сделал паузу, сведя ладони вместе, и вдруг, в одночасье переменившись в лице – словно надел комическую маску, – восторженно и благоговейно на едином дыхании произнес:

– Сын Лучезарного, блеск правдивости которого осветил мир, как утренняя заря, обладатель двух сияний, великолепнейший и мудрейший Фарух аль Рашид желает слушать вас.

Шаул едва сдержал улыбку, наблюдая этот маленький спектакль. Толмач снова мгновенно сменив выражение лица, остался с непроницаемой миной и, слегка склонив голову, жестом пригласил Шаула следовать за ним. Они проходили по дворцу, и перед глазами мелькало богатое убранство покоев – позолота и эмаль, искусная резьба и чеканка, роспись и мозаика, муаровый блеск шелка и бархатный перелив ковров. Наконец они остановились перед высокой инкрустированной перламутром дверью. Два могучих капуджи, стоящих у входа, одновременно распахнули обе створки, и, сделав шаг, Шаул оказался в огромном красном зале.


Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38110
ссылка на сообщение  Отправлено: 14.06.15 21:39. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Элиза как-то рановато оплакивает Шаула - с ним же пока ничего не случилось и - как мы все надеемся - не случится.
А он опять за судьбу Содружества как-то слишком беспокоится - но ведь там не дураки сидят, наверное смогут просчитать все выгоды и невыгоды предполагаемого пока только самим Шаулом даже не союза - а возможных переговоров о нем. Он как в той сказке, где девица, готовясь ко встрече со сватами, зарыдала над сломанной ступенькой в погреб.

Юлия пишет:
 цитата:
брак в этом пласте бытие - это жертвоприношение.

Вот как-то побаиваюсь я этих жертвоприношений, если честно. Жертвоприношение - на мой, разумеется, взгляд, - не лучшая основа для брака, который таким образом из простого союза любящих людей превращается в какой-то жертвенный алтарь со своими - не самыми приятными, мягко говоря - последствиями.

Из тапочков:

 цитата:
Ярко-красная маковка войлочной шапочки(,) укутанной бледно-зеленым платком(,) мелькнула перед глазами Шаула.
– Эфенди Калавереден, – произнес он высоким голосом, коверкая его имя.

Запятые, ну и некоторая путаница с местоимениями. Лучше уточнить, как вариант: произнес посланец\незнакомец, коверкая имя пленника.
 цитата:
Толмач снова мгновенно сменив выражение лица, остался с непроницаемой миной и, слегка склонив голову, жестом пригласил Шаула следовать за ним.

Показалась несколько сложноватой конструкция предложения. А если так: Толмач же, вновь придав лицу непроницаемое выражение, слегка наклонил голову и жестом пригласил Шаула следовать за ним.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30832
ссылка на сообщение  Отправлено: 14.06.15 22:37. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Переживаю, что Шаул готов (или не готов? ) отдать Элизу во власть восточного принца - север и юг не сойдутся. Как там у Киплинга: "О, Запад есть Запад, Восток есть Восток, и с мест они не сойдут..."

Юлия пишет:

 цитата:
С браком, конечно, вообще все очень сложно. Ясно одно - только духовную составляющую брак иметь не может, по крайней мере у людей, к коим, конечно же, относится и Селина. О чем тактично и говорит Гизельда. Второе, о чем она упоминает, это благословение. Селина возражает ей, понимая благословение просто как некое формальное действо. Но Гизельда говорит о сути совершения соединения - ради чего оно. Ради себя или ради свершения Любви как утверждения воли свыше. Или иначе - как жертвоприношения. Потому что брак в этом пласте бытие - это жертвоприношение. Гизельда говорит, конечно, не о социальном институте.


Задумалась... Любовь - это дар свыше, как единственное и главное, ради чего рожден или создан человек, и один из видов любви, если так можно сказать, - между мужчиной и женщиной, которые соединяются по высшему благословению. В идеале. Но разве уже не благословенна любовь, возникающая между мужчиной и женщиной? Понятно, Траум и Селина нарушили какие-то правила и законы своего мира, были за то наказаны, но обрели любовь, заключили духовный или плотский брак, так дайте же им найти друг друга и окончательно его узаконить! Это крик души. Автор, не ругайся. И тоже печалюсь по поводу жертвоприношения. Любящие хотят быть вместе и готовы погибнуть ради друг друга - разве жертвоприношение уже не было свершено? Это я сержусь на Агату и Гизельду, они сами не знают, чего хотят от бедной Селины, и не понимают, что она чувствует. В них мало любви, но много назидательности.

И пара тапочков.

Юлия пишет:

 цитата:
в дребезги разбив надежду.



вдребезги - слитно.

Юлия пишет:

 цитата:
Широкий двор был заполнен людьми, разных сословий.


Лишняя зпт.





Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1755
ссылка на сообщение  Отправлено: 15.06.15 17:27. Заголовок: apropos Хелга http:..


apropos Хелга

Спасибо, дорогие.

apropos пишет:

 цитата:
Элиза как-то рановато оплакивает Шаула - с ним же пока ничего не случилось


Это я просто разбила большой отрывок на две части. Там в конце уже не все хорошо.

apropos пишет:

 цитата:
он опять за судьбу Содружества как-то слишком беспокоится - но ведь там не дураки сидят, наверное смогут просчитать все выгоды и невыгоды


Вообще-то он уже не за судьбу Содружества переживает, а за судьбу Адхельма. Он как раз и боится, что выгоду-то посчитают и заключат союз с султаном. А союз султана усилит, его аппетиты увеличатся, и под ударом окажется весь север. Поэтому он и решает вообще не говорить ни о каком союзе. Рассказать сказку о спящей принцессе – и все на этом.

Хелга пишет:

 цитата:
Траум и Селина нарушили какие-то правила и законы своего мира, были за то наказаны, но обрели любовь, заключили духовный или плотский брак, так дайте же им найти друг друга и окончательно его узаконить!



А как? И что они там заключили? – Никто не знает, включая Селину.
С Агатой-то все ясно – ревность снедает ее.
Но Гизельда переживает о том, что Селина принимает желаемое за действительное. Она хочет разобраться – что произошло-то? И что с этим делать. А Селина (оно и понятно, конечно) просто кричит "Подайте мне Траума!", никого особо не слушая.

apropos пишет:

 цитата:
Вот как-то побаиваюсь я этих жертвоприношений, если честно.


Не могу с тобой не согласиться. Двумя руками за.
Если в жизни люди строят свои отношения, провозглашая себя или другого, или еще что-то, что им придет в голову, жертвой, добра не жди. И тому, к сожалению, есть немало примеров. Боже упаси от такого "жертвователя", который ради всех чем-то жертвует, не спросив надо им это и нет, а потом ждет благодарности и признания своего подвига. Это ужасно. И более того, это переворачивает с ног на голову саму идею жертвоприношения.

Имеется в виду онтологическая сторона вопроса. Изначальная идея брака - это соединение для обретения полноты, процесс познания - брак не цель, а способ бытия. И если из двух должно получиться одно, значит, эти двое должны пожертвовать своей самостью, своей независимостью, своей единственностью. В этом плане они приносят себя – одного-единственного – в жертву, чтобы обрести новое качество, новый уровень бытия – полноту.

В нашем мире это всегда болезненно и очень сложно. Женщины, как правило, чувствуют в любви благо, гармонию, ее так сказать райское воплощение (тому свидетельство – вся "женская" литература). И это, по-моему, безусловный дар свыше.
А вот некоторым особо одаренным мужчинам видится в любви смерть, ее выпавшее из рая воплощение. И это тоже правильно, для этого мира: "Любовь и смерть всегда вдвоем". Но - еще одна цитата - "Если пшеничное зерно, падши в землю не умрет, то останется одно, а если умрет, то принесет много плода". Поэтому женщина всегда знает, что та смерть, которая из любви, ведет к жизни – и это единственно верный путь. А мужчин одолевает страх и комплекс первенца, желающего остаться в раю единственным ребенком. Но это уже другая тема.



Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1756
ссылка на сообщение  Отправлено: 15.06.15 18:13. Заголовок: Кусок, в которм уже ..


Кусок, в которм уже не все хорошо... Он получился очень большим, но я не смогла его разбить


Красным было в зале все – выкрашенные кармином с золотым рисунком стены, алые потолочные своды, багряный ковер, устилающий мраморные полы. Кроваво-красный свет переливался и пламенел, зажженный солнечными лучами, тонкими снопами пробивающимися сквозь резные ставни окон.

Шаул зажмурился на мгновение, спасаясь от охватившего глаза пожара. И только после этого, открыв глаза, смог разглядеть сидящего с подобранными ногами на позолоченном широком троне принца. Его высочество Фарух аль Рашид смотрел на Шаула равнодушным рассеянным взглядом из-под полуопущенных тяжелых век. Аккуратно подстриженная тонкая бородка открывала пухлые губы. Высокие черные дуги бровей придавали его лицу недоверчивый вид. По обе стороны от трона стояли две широких покрытых коврами тахты. На одной из них, поджав ноги, грузно осел толстый пожилой сановник. Вторая оставалась пустой. В зале было еще не меньше трех десятков людей, но все они стояли вдоль обеих стен, оставляя свободным проход к трону принца. Судя по всему, чем дальше от трона находился человек, тем меньшим было его влияние. За спиной у Шаула, у самого входа в зал стояли писари, слуги и гулямы, солдаты личной охраны принца.

Вперед Шаула выступил толмач, склонился в земном поклоне и, поднявшись, все так же коверкая, объявил его имя. Шаул почтительно поклонился и замер, ожидая, когда принц обратится к нему. Но его высочество не подавал никаких признаков заинтересованности, продолжал равнодушно рассматривать своего визави. Неожиданно иноземная речь раздалась из-за левого плеча Шаула, повернувшись, он увидел Юсуф-пашу. Визирь принца смотрел на Шаула, выжидающе, подняв брови, и тогда в правое ухо зашипел Муса:

– Юсуф-паша приказывает вам рассказать о своей просьбе.

Шаул, чуть склонив в приветствии голову, проводил взглядом визиря, прошедшего вперед. Юсуф-паша, поклонившись принцу, остался стоять. Тот скосил глаза на своего визиря, но промолчал.

– Ваше высочество принц Фарух аль-Рашид, – поклонился Шаул. – Я прибыл в ваши края, чтобы рассказать о принцессе Оланда.

Он рассказывал всем известную сказку, а Муса поспешно переводил.

– В ваших руках судьба прекрасной принцессы, ваше высочество, – закончил он.

Принц усмехнулся и посмотрел на визиря, но тот слегка склонив голову, лишь отрицательно качнул ею. Тогда взгляд принца упал на толстого вельможу. Бедняга с трудом поднялся со своего седалища и, неуклюже склонившись в поклоне к принцу, заговорил. Его непонятная речь продолжалась довольно долго, но Муса оставался нем.

– Что он говорит? – шепнул толмачу Шаул.

Тот удивленно и чуть испуганно взглянул на него, но все-таки ответил:

– Он не верит вам.

Принц махнул на толстого рукой, и вельможа замолчал. Теперь очередь дошла до стоящих – его высочество сделал знак человеку справа, и тот, почтительно склонившись, заговорил. Муса был нем, но среди густых перекатывающихся в горле звуков, Шаул различил имя принца Дамона.

– Что он говорит? – нетерпеливо толкнул он ленивого толмача.
– Он говорит, что принц Дамон подослал вас, – мстительно прошипел Муса.

Если его обвинят в сговоре с Дамоном, они погибнут оба. И Шаул решился.

– Я должен обратиться к его высочеству! – воскликнул Шаул в возникшей паузе. – Простите мне мою дерзость, но я услышал имя принца Аустеррии, и хотел бы разрешить возникшее недоразумение.

Муса, кинув на него затравленный взгляд, молчал, и лишь когда принц сделал знак, перевел его слова скороговоркой.

– Я путешествую уже почти год, – продолжил Шаул. – Я ищу благородного принца, готового принять на себя славу и честь разбудить принцессу Оланда. И должен вам признаться, что достойных принцев найти нелегко. С этой же целью я посетил Аустеррию. Но принц Дамон предпочел союз с султаном. Я склонен полагать, что это весьма мудрое решение. Тем более что его отказ, открыл передо мной двери вашего дворца, ваше высочество, – Шаул почтительно поклонился. – Такой чести, уверен, не ожидала и сама принцесса Оланда.

Принц ничего не ответил и сделал знак чиновнику слева.

– Что он говорит? – снова пихнул под бок замечтавшегося толмача Шаул.
– О союзе с северными землями, – недовольно пробубнил тот.

Как только чиновник закончил, заговорил его сосед, а за ним еще несколько. И без толмача Шаул понял, что все они не возражали первому. Но тут поднял голос один из стоящих слева. Он вышел вперед и высоким резким голосом начал спор. Размахивая руками, он то и дело грозно тыкал в сторону Шаула пальцем. Его речь была горячей и без сомнения обвинительной. А принц Фарух впервые проявил свое отношение к высказываемому мнению, согласно кивнув головой.

– Что он говорит? – нетерпеливо дернул за рукав толмача Шаул.
– Он обещает кары небесные за союз с неверными, – прошептал тот и отодвинулся, словно боялся запачкаться религиозной нечистотой.

Не только Муса побоялся прослыть слишком мягким к иноверцам. В защиту политического союза прозвучало лишь несколько робких голосов, в то время как сторонники религиозной чистоты, говорили бойко и яростно отстаивали свою точку зрения. Они распалялись все больше, и наконец Муса шепнул Шаулу:

– Вам отрубят голову, эфенди. Это великая честь для неверного.

Элиза ахнула, а Шаул с недоверием посмотрел на Мусу. Толмач покивал ему в доказательство своих слов. Она почувствовала, как отчаянно забилось, смутившееся жестоким приговором его сердце, метнувшись к единственной хоть и зыбкой надежде – Юсуф-паша, так благосклонно принявший его на галере, мог бы избавить его от топора. Взгляд Шаула впился в визиря, и тот, действительно, не остался безучастным – паша что-то говорил, склонившись к принцу. Его высочество согласно кивнул, и на высочайшем лице появилась заинтересованность, он поудобней устроился на своем троне, словно собирался получить удовольствие от того, что предстояло услышать. Визирь тем временем подошел к Шаулу и обратился на понятном ему языке.

– Скажите, граф, куда и с какой целью вы отослали своего слугу?

Сердце Элизы упало – никто не стал бы начинать с побега Сони, если хотел помочь. Муса кивнул и быстро заговорил, склонившись в сторону принца.

– Помилуйте, – опешил Шаул. – Куда я мог его послать в вашей стране? Я не знаю здесь никого и ничего.
– Ну, что-то вы все-таки знали, – пошуршав широкими одеждами, Юсуф-паша вытащил из кармана вырванную из его атласа карту Мадиса. – Это принадлежало вам, не так ли?
– У меня действительно был атлас с картами, – кивнул Шаул. – Но там была не только эта карта, но и многих других стран мира. Ведь я…
– Так куда вы отправили вашего слугу? – перебил его визирь.

Элиза почувствовала, как сердце срывается в бездну. Сомнений не было – паша решил уничтожить Шаула. Звуки казались ей приглушенными и неясными, словно доносились сквозь ватную пелену.

– Я никуда его не отправлял, поверьте! – все еще пытался объясниться Шаул. – Лошадь мальчика испугалась, его оттеснила толпа, и в незнакомом городе он потерялся. Я уверен, что не сегодня-завтра он объявится.
– Возможно, – кивнул Юсуф-паша. – Скажите, граф, что за кулон у вас на шее?
– Кулон? – не понял Шаул.
– У вас на шее на шнуре висит кулон, – терпеливо подсказал визирь.
– Это не кулон, – ответил Шаул, не зная как реагировать. – Это перстень.
– Вы не покажите его нам?
– Зачем? – Шаул впился взглядом в лицо визиря, пытаясь понять, чего тот добивается.

Но Юсуф-паша оставался бесстрастен и непроницаем.

– Вы отказываетесь? – поднял визирь брови.

Шаул расстегнул ворот и выудил епископский перстень из-под одежды. Муса жадно впился в него взглядом и тут же скороговоркой стал что-то тараторить. Один из муфтиев, что стояли по левую сторону от трона, подошел ближе и, взглянув на перстень, неприязненно плюнул в сторону Шаула.
– Благодарю вас, граф, – спокойно кивнул паша. – А теперь не будете вы так любезны объяснить нам это.

Он кивнул кому-то за спиной Шаула, и, выйдя вперед, тот раскрыл перед присутствующими портрет принца Граллона.

– Это портрет его высочества принца Эльтюда, – оторопело проговорил Шаул.
– А что значат надпись и рисунок на обороте?
– Ничего, – зло ответил он, визирь еще крепче приковал его к плахе. – Принц так развлекается. Потому я так и не предложил ему разбудить принцессу, – обратился он к принцу Фаруху со слабой надеждой объяснить.
– Вы хотите сказать, что эти нечестивые колдовские знаки нарисовал на своем портрете сам принц Эльтюда?! – удивленно повысил голос паша, словно такое предположение было фантастичным.
– Совершенно верно, – раздраженно кивнул Шаул. – И ничего колдовского…
– А после того, как вы покинули его королевство, он упал бездыханным? – перебил его паша.
– Бездыханным?! – поразился Шаул. – Я ничего не знал об этом.

Элиза ахнула, едва понимая, о чем говорит визирь.

– Но вы возили этот портрет с собой?
– Да.
– Зачем?
– Принц передал его Содружеству.

Юсуф-паша обернулся к принцу. Его высочество зашелся мелким высоким смехом, и остальное собрание захихикало эхом.

– Вы путешествуете с котом, граф? – внезапно сменил тему визирь.
– У меня есть кот, – ответил Шаул. – В наших краях есть обычай держать животных.
– Конечно, – согласно кивнул Юсуф-паша. – Животных держат с какой-то определенной целью – лошадей для передвижения, собак и сколов для охоты, баранов для шерсти и мяса. С какой целью вы путешествуете с котом?
– Иногда животных держат и для забавы, не так ли?
– Для забавы, – кивнул Юсуф паша. – Безусловно. Тем более, что ваш кот умеет говорить.
– Я иногда беседую с котом, ну кто этого не делает со своими любимыми животными? Мы обращаемся со словами и к лошадям, и к собакам! Неужели же вы никогда так не делали, Юсуф-паша?
– О, разумеется, и не однократно, только от моего коня я ничего не могу добиться, кроме ржания.

Снова послышались смешки.

– И вы хотите, чтобы заржал и мой кот?
– Отнюдь, – любезно улыбнулся Юсуф-паша.

Он кивнул опять кому-то за спиной Шаула. Белобрысый янычар вышел вперед с большим мешком и вытащил из него Бруно. Кот визжал и извивался, пытаясь укусить и оцарапать держащую его руку.

– Это ваш кот, граф?
– Мой, – ответил Шаул. – Он прекрасно ловит крыс на кораблях, за что нам оказывают хороший прием.
– Не сомневаюсь, – ответил визирь. – У нас ест свидетель, который неоднократно слышал, как кот отвечал вам.

Все тот же янычар кивнул, с чем-то обращаясь к собранию.

– Но позвольте! – взвился Шаул. – Не зная языка можно принять за него и мяукание кота. Я не удивлюсь, если кто-нибудь из моих земляков услышит в ржании вашего коня отголоски вашей речи, паша.
– Увы, – развел руками визирь, – ваш довод не имеет силы. Этот янычар прекрасно знает ваш язык.

Паша сделал знак янычару, и тот, повернувшись к Шаулу, выдохнул ему в лицо:

– Ты отослал мальчишку, я слышал.
– Чушь! – брезгливо отпрянул от него Шаул.
– Вы можете опровергнуть свидетельство вашей клятвой, – обратился к нему Юсуф-паша. – Вы согласны поклясться жизнью вашей достопочтенной матушки, что этот кот не умеет говорить?
– Моя религия запрещает мне клясться жизнью людей, – запальчиво ответил Шаул первое, что пришло ему в голову.
– Так значит, ваша религия отличается от религии принца Дамона, – усмехнулся Юсуф-паша.
– Вполне возможно, – зло ответил юноша.
– И последнее – ваше имя, граф. Не правда ли вы носите принадлежащее другому народу имя?
– Причем тут это?!
– Ваши родители нарекли вас чужеземным именем, чтобы проклясть врагов, не так ли? – наступал на него паша.
– Какая дичь! – взвился Шаул. – Вы извратили мои слова!

Но Юсуф-паша, кажется, уже потерял интерес. Он вернулся на свое место, по дороге кивнув одному из стоящих муфтиев.

– Это неправда! – отчаянно крикнул ему вслед Шаул.
– Вы хотите поклясться по каждому пункту? – обернулся к нему визирь.

Шаула ударила, как бичом, очевидность безнадежности его положения. Присутствующие с брезгливой неприязнью смотрели на него – для них он был виновен, что бы он ни пытался им объяснить.

Тем временем один из стоявших слева, которому кивнул паша, сделав шаг вперед, церемонно поклонился и начал какую-то пространную речь.

– Что он говорит? – опять спросил Шаул Мусу, но тот, лишь с опаской отодвинулся от него.

Шаулу и Элизе и без перевода было яснее ясного, что он проиграл. Его казнят, по каким-то дурацким обвинениям, в преступлениях, которые он не совершал. Отчаяние обоих смешалось в непримиримом возмущении и вылилось в страшную злость на вероломного пашу. Как можно было вести с человеком задушевные беседы – ведь не мог же он не понимать, как нелепы эти обвинения – а потом так подло с чувством пригвоздить того к кресту?! Использовав против Шаула даже историю его наречения, о чем тот так по-дурацки разоткровенничался с проклятым визирем. Перерыли все вещи, подсматривали и подслушивали – чтобы сфабриковать глупое бессмысленное обвинение в колдовстве?! Какая отвратительная низость! И зачем ему это?! Захоти он расправиться с Шаулом – какая нелепость! – ему достаточно было просто промолчать, защитники истинной веры без всякой помощи с удовольствием отправили бы его на плаху. "Мои занятия наиболее соответствуют моей натуре, – мысленно передразнила Элиза пашу. – Так вот какие у вас занятия! Будьте вы прокляты со своей подлой, предательской натурой!" Шаул с ненавистью смотрел на холеное лицо паши, сжимая кулаки в бессильной злобе. Судебное разбирательство еще продолжалось, но Шаул оставался его безучастным свидетелем. В голове еще роились гневные и сумбурные мысли, но на сердце уже легла глухая апатия. "Лучше было тогда утонуть", – вяло подумал Шаул. И Элиза задохнулась от черной горечи, залившей грудь.

– Вас казнят вместе с вашим котом за колдовство, – вдруг снизошел до него Муса. – Вас отправят в змеиную яму.
– С котом? В змеиную яму? – удивленно протянул Шаул. – Какая дикость…

Юсуф паша изменил его приговор с отсечения головы на долгую мучительную смерть от укуса ядовитых змей. Но кто знает, может быть, она и не так мучительна? Возможно, это даже милосердие… "Милосердие?! – взметнулось сердце Элизы. – Милосердие!"

События завертелись с головокружительной быстротой. Шаула, связанным по рукам и ногам, вместе с мешком, куда запихнули бедного Бруно, провезли в грохочущей повозке по дорогам столицы Мадиса. Перед глазами мелькали дома и люди, но ни их крики, ни боль от комьев глины, которыми они старались забросать осужденных, не пробивались к сознанию через пелену отчаяния – все происходящее казалось кошмарным сном.
"Невозможно! Этого не может быть!" – бессмысленно трезвонили пустые фразы в голове Элизы.
– Любовь моя, – вдруг услышала она слова Шаула, обращенные к ней. – Ты единственная соломинка, за которую способен ухватиться мой разум, чтоб не сорваться в пучину безумия. Такой стремительный поворот! Я попал в передрягу со смертельным концом и утянул за собой Бруно. Какое безумие казнить животное! Пусть он и говорящий. Благословляю небеса, что Сони избавлен от такой участи. Только бы он спасся! Я поручил тебя мальчику в случае моей неудачи. Но мог ли я предполагать, что для меня все обернется так скоро? Прости меня, любимая, я подвел тебя. Мысли мешаются от страха и отчаяния – и ничего не приходит в голову: где я оступился, и что именно привело к такому концу? Мне горько думать сейчас, что виной тому могла быть моя непозволительная любовь к тебе. Я предаю твою судьбу воле Провидения – что я могу еще сделать?! – но не раскаиваюсь в своей любви. Я люблю тебя. Я люблю тебя и верю, что наша встреча еще состоится. Не может же быть все бессмысленным? Надо только зажмуриться и прорваться сквозь границу этого мира.

Повозка прогрохотала по неровному настилу подъемного моста над бушующей рекой, обдавшей их ледяным фонтаном, и выкатила на каменное плато горной долины на западном берегу. Оттащив широкий деревянный настил, закрывающий яму, янычары выволокли связанного Шаула и бросили у самого края ямы. А один из них вернулся к телеге за мешком с притихшим котом. Перекатившись на живот, Шаул заглянул в глубокую яму. На дне шевелилась, перемешиваясь, ползущая и шипящая масса.

***

Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30833
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.06.15 21:07. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Ох! Яма со змеями, ужас, бррр.... Бедный Шаул, бедный Бруно! И как все предыдущие странствия отзываются печально. Остались они одни с Элизой, совсем без помощи. Феи заняты своими делами, да и чем бы помогли, Траум невесть где... А, может, Траум появится? Ох, прости, автор, фантазирую.

Юлия пишет:

 цитата:
А Селина (оно и понятно, конечно) просто кричит "Подайте мне Траума!", никого особо не слушая.


Так в том и суть. Будет Траум - будет и песня.

Юлия пишет:

 цитата:
И если из двух должно получиться одно, значит, эти двое должны пожертвовать своей самостью, своей независимостью, своей единственностью. В этом плане они приносят себя – одного-единственного – в жертву, чтобы обрести новое качество, новый уровень бытия – полноту.


Вот не знаю, не могу согласиться, потому что все равно жертва получается. Поскольку речь так или иначе идет об идеале, то в идеале, в моем представлении брак или союз полноценен, когда оба могут оставаться самими собой и легко, без натуги принимать человека который рядом, таким, какой он есть. И тогда случится союз людей, которым хорошо жить вместе, как половинкам единого целого, при этом никто не жертвует своей единственностью ради другого. И будет исполнено высшее предназначение. На мой взгляд. Коряво изложила, но вот как-то так.

Тапочки
Юлия пишет:

 цитата:
Тем более что его отказ, открыл передо мной двери вашего дворца, ваше высочество,


Лишняя зпт после отказа.

Юлия пишет:

 цитата:
собак и сколов для охоты,


соколов

Юлия пишет:

 цитата:
О, разумеется, и не однократно, только от моего коня я ничего не могу добиться, кроме ржания.

Юлия пишет:

 цитата:
У нас ест свидетель, который неоднократно слышал, как кот отвечал вам.


есть

Юлия пишет:

 цитата:
Причем тут это?!
– Ваши родители нарекли вас


Кажется, при чем здесь раздельно.

Юлия пишет:

 цитата:
Тем временем один из стоявших слева, которому кивнул паша, сделав шаг вперед, церемонно поклонился и начал какую-то пространную речь.

– Что он говорит? – опять спросил Шаул Мусу, но тот, лишь с опаской отодвинулся от него.


Как вариант: Тем временем один из свиты по знаку паши сделал шаг вперед и...
И лишняя зпт после "тот".

Юлия пишет:

 цитата:
Его казнят, по каким-то дурацким обвинениям, в преступлениях, которые он не совершал.



Лишняя зпт после казнят.

Юлия пишет:

 цитата:
Шаула, связанным по рукам и ногам, вместе с мешком, куда запихнули бедного Бруно, провезли в грохочущей повозке по дорогам столицы Мадиса.


Как вариант: Шаула связали по рукам и ногам, а Бруно запихнули в мешок, обоих погрузили в повозку и повезли по дорогам..

Юлия пишет:

 цитата:
Оттащив широкий деревянный настил, закрывающий яму, янычары выволокли связанного Шаула и бросили у самого края ямы.



Вторую яму можно выкинуть, думаю.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38111
ссылка на сообщение  Отправлено: 19.06.15 20:36. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия
Юлия пишет:
 цитата:
А мужчин одолевает страх и комплекс первенца, желающего остаться в раю единственным ребенком

И поэтому у них столь сильна тяга к размножению (т.е. к сексу), причем в желании оплодотворить как можно большее число "сосудов"?!
Кстати, не согласна и насчет зерна в земле - чего оно умирает, если, напротив, прорастает- т.е. живет само и дает жизнь новому? Вот ежели б оно там действительно умирало (т.е. чернело, скукоживалось, засыхало), то и не прорастало бы.

М-да, яма со змеями звучит и выглядит зловеще. Но я чет не поняла, почему такую роль в приговоре сыграли портрет и перстень. Кстати, зря Шаул от портрета этого не избавился по дороге - он же не посол Содружества, чтобы доставлять руководству столь странные послания от каких-то принцев (мало ли принцев на свете).
А вообще показалось, что Юсуф этот совсем не случайно подвел Шаула под яму со змеями, заместо рубления головы. Какую-то хитрость, похоже, замыслил, причем, очень вероятно, в нашу пользу.
Хелга пишет:
 цитата:
Кажется, при чем здесь раздельно.

Точно раздельно.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1758
ссылка на сообщение  Отправлено: 21.06.15 21:32. Заголовок: Хелга apropos http:..


Хелга apropos

Спасибо, дорогие.

Хелга пишет:

 цитата:
Траум невесть где... А, может, Траум появится

А что он теперь может? Даже если не помер?

Хелга пишет:

 цитата:
Поскольку речь так или иначе идет об идеале, то в идеале, в моем представлении брак или союз полноценен, когда оба могут оставаться самими собой



Я как раз не говорила об идеале. Идеал - это образ, имеющий определенные качества. Отсюда, из нашей жизни, мы можем сравнить реальность с идеалом. И с точки зрения идеала брака, соглашусь без малейших возражений, брак - союз двух полноценных личностей, дополняющих друг друга и побуждающих к развитию этого самого личностного начала.
Но я говорила не об идеале воплощения идеи брака, а о ее сути. Суть брака - единение двух людей, единение означает не соприкосновение, а проникновение - "И будут двое плоть едина". Нельзя из двух разных стать одним без потери прежних качеств, скажем так. Это суть, а претворяться в реальности она может и должна в довольно разных формах.
Вопрос о том, что когда мы говорим об идеале, то предполагается, что он достижим. И иногда кажется, что брак конкретных людей почти подходит к этому идеалу. Но уверена, было бы заблуждением считать, что жизнь реальная не сопряжена со многими видимыми и не видимыми жертвами. Совсем не всегда можно договориться, и никогда нельзя понять другого до конца. От физического до психического, от культурного до физиологического - мы каждый день сталкиваемся с тем, что не можем принять, что стоит колом, костью в горле, что не согласуется с нашими понятиями и чувствами. Столкновения эти происходят иногда по касательной, а часто - лоб в лоб. И чтобы назавтра не разбежаться в разные стороны, мы должны принять эту кость в горле, как собственную и привыкнуть к ней, хоть и испытываем и боль, и неудобство. И если кто-то скажет, что есть браки, где безмятежно разрешаются все вопросы - не поверю. Восприятие инородного тела, коим является для одного супруга другой, - процесс критический и чрезвычайно болезненный.

apropos пишет:

 цитата:
И поэтому у них столь сильна тяга к размножению (т.е. к сексу), причем в желании оплодотворить как можно большее число "сосудов"?!


Я имела в виду не физиологическую сторону вопроса А поиски смысла жизни.

apropos пишет:

 цитата:
Кстати, не согласна и насчет зерна в земле - чего оно умирает, если, напротив, прорастает- т.е. живет само


Имеется в виду, что зерно перестает быть зерном как таковым, теряет свое первоначальное качество и форму и перерождается в нечто большее.

apropos пишет:

 цитата:
Но я чет не поняла, почему такую роль в приговоре сыграли портрет и перстень.


Видимо, это надо напомнить и уточнить. На обороте портрета принц нарисовал кукиш и написал "Так получай же!". Кукиш - это непристойность с богохульным оттенком, по крайней мере, на востоке. Ну и надпись может рассматриваться как прямая угроза.
А на епископском перстне, надо полагать, религиозная символика, воспринятая иноверцами, как скверна - например изображение человека, что на востоке считается грехом идолопоклонства.

apropos пишет:

 цитата:
зря Шаул от портрета этого не избавился по дороге

Ну что ж его в канаву что ли кидать? - портрет все таки. С другой стороны, кусок холста руки не тянет. Он же не мог предположить, что кто-то поставит ему портрет в вину.

apropos пишет:

 цитата:
А вообще показалось, что Юсуф этот совсем не случайно подвел Шаула под яму со змеями, заместо рубления головы. Какую-то хитрость, похоже, замыслил, причем, очень вероятно, в нашу пользу




Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30840
ссылка на сообщение  Отправлено: 24.06.15 19:46. Заголовок: Юлия пишет: И чтобы..


Юлия пишет:

 цитата:
И чтобы назавтра не разбежаться в разные стороны, мы должны принять эту кость в горле, как собственную и привыкнуть к ней, хоть и испытываем и боль, и неудобство. И если кто-то скажет, что есть браки, где безмятежно разрешаются все вопросы - не поверю.



С этим трудно поспорить, не бывает безмятежности в браке, да и вообще в любых отношениях близких людей. Но чтобы брак был единением двух по сути, а не просто формальным союзом, при всех костях в горле, конфликтах и необходимости поступиться собой ради единства, нужно, чтобы человек рядом был своим, тем, который тебя принимает. Ну в общем, повторяюсь, прости, автор.

Юлия пишет:

 цитата:
А что он теперь может? Даже если не помер?


"возмущенно" Как это что? Он же мужчина...

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1759
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.06.15 15:34. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга

Хелга пишет:

 цитата:
прости, автор


Даже не проси - простить не могу, только благодарить. Мне очень дороги такие отступления в глубину сути. И я рада, когда у нас получается многосторонний разговор. Потому что разные точки зрения придают объем нашему пониманию. Ведь нет однозначного ответа ни на один вопрос о сути.

Хелга пишет:

 цитата:
необходимости поступиться собой ради единства, нужно, чтобы человек рядом был своим, тем, который тебя принимает

Конечно, только вот об этом "принятии" у нас слишком разные представления, и не только внешние, вернее - не внешние главные. Ведь вся штука-то в том и заключается, что даже при самых благоприятных обстоятельствах - при взаимной любви, общности мировоззрений, интелектуальной и физической совместимости, при гармничном сочетании характеров - ничто не обеспечивает от кризисов, от наступления момента в браке, когда какое-то внешние событие вдруг становится той бабочкой, что грозит переломить хребет верблюда.
Как-то пришло в голову. Как у Чехова (никогда не помню названий), но у него это есть не только в каком-то одном рассказе. Люди и хотят принять, и все у них для этого есть, даже взаимность, а не выходит. Да вот хоть последний диалог Лопахина с Варей.

Варя (долго осматривает вещи). Странно, никак не найду...
Лопахин. Что вы ищете?
Варя. Сама уложила и не помню.
Пауза.

Лопахин. Вы куда же теперь, Варвара Михайловна?
Варя. Я? К Рагулиным... Договорилась к ним смотреть за хозяйством... в экономки, что ли.
Лопахин. Это в Яшнево? Верст семьдесят будет.
Пауза.

Лопахин. Вот и кончилась жизнь в этом доме...
Варя (оглядывая вещи). Где же это... Или, может, я в сундук уложила... Да, жизнь в этом доме кончилась... больше уже не будет...
Лопахин. А я в Харьков уезжаю сейчас... вот с этим поездом. Дела много. А тут во дворе оставляю Епиходова... Я его нанял.
Варя. Что ж!
Лопахин. В прошлом году об эту пору уже снег шел, если припомните, а теперь тихо, солнечно. Только что вот холодно... Градуса три мороза.
Варя. Я не поглядела
Пауза.
Варя. Да и разбит у нас градусник...
Пауза.
Голос в дверь со двора: "Ермолай Алексеич!.."
Лопахин (точно давно ждал этого зова). Сию минуту! (Быстро уходит.)
Варя, сидя на полу, положив голову на узел с платьем, тихо рыдает.

И в счастливом супружестве вначале принимать легко и радостно, но всегда наступает момент, когда это становится почти невыносимо, непреодолимо. И хотим мы обоюдно вернуть ту прежнюю легкость, но видим, и чувствуем, и воспринимаем все настолько по-разному, что не помогают никакие доверительные разговоры. Они даже, как правило, все ухудшают, потому что выволоченные из глубин и облеченные в слова переживания – это все совсем не то, и высказанные они лишь констатируют разверзавшуюся бездну и тем самым увеличивают разрыв и непонимание. Эту бездну можно преодолеть только каким-то чудесным образом. Ни логикой, ни психоанализом, ни разбором полетов - все бессмысленно, потому что действует и оперирует только во внешнем пласте - косметический ремонт, прикрытие провала ветошью. А там, в глубине, где человек-то и сам себя не понимает... Туда не проникает свет разума.
А вот после того, как кто-то смог-таки преодолеть эту пропасть каким-то неведомым простому пониманию способом, отнюдь не логическим и не психологическим, а через общую трагедию, где каждый в итоге чем-то пожертвовал, тогда мы смотрим на этих людей и думаем: "Какие счастливые люди, как в них все гармонично, как они поддерживают, как принимают и понимают друг друга!" Не зная, какой ценой это было достигнуто.
Вот как-то так мне это представляется из моего жизненного личного и не личного опыта.

Хелга пишет:

 цитата:
Он же мужчина...

Да?


Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1760
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.06.15 15:55. Заголовок: *** Над небольшим ..


***

Над небольшим пятачком каменистого плато, окруженного с одной стороны горной рекой, а с другой острозубыми скалами, степенно выводил круги, раскинув мощные крылья, орлан белохвост. Раскрыв желтый клюв, птица прокричала, издав резкий протяжный звук, и начала снижаться.


Карминовый поток бушевал, плюясь тягучими раскаленными всплесками, закручивался могучим вихрем, утягивая в сердцевину коловорота, в самое пекло раздирающей сознание боли. Жаркая пульсация сотрясала и дробила кости в мельчайшую пыль, смешивая с пылающей лавой воспаленной крови. Тысячи молотов гулко набивали наковальню, наполняя все гудящим, набирающим силу звоном. Поднимаясь все выше, звон превратился в пронзительный писк натянутой до предела струны, наконец сорвался оглушительным лязгом, отозвавшимся в вышине протяжным птичьим кликом, и все смолкло. Потухшая лава густела, залепив веки тяжелой черной массой, она залила конечности холодеющим свинцом и окаменела.

Слабенькая, еле заметная волна потревожила застывшую поверхность сознания, пробежав легкой рябью, ушла в глубину, но вновь вынырнула и едва заметно забилась, разгоняя круги по вязкой поверхности. На подъеме: это еще жизнь, или уже смерть? И на спуске: это уже жизнь, или еще смерть?

Шаул с трудом разлепил глаза.

– Ну, слава небесам, – выдохнул кто-то у его лица.

Он почувствовал влажное дыхание на коже, но кожа была чужая. И не только кожа, все тело – он чувствовал его налившуюся свинцом и болью тяжесть, но оно не повиновалось ему.

– Шаул! Ну, давай, шевели извилинами.

Над ним нависло темное пятно с двумя светящими глазами.

– Умяу-у! – нетерпеливо завопило пятно.

"Бруно?" – попытался спросить Шалу, но губы не слушались его. Зато он почувствовал ползущий холодок от виска, холодок спустился к шее и, скользнув через горло, исчез.

– Что это? – прошептал Шаул.
– Что ты мычишь, говори яснее, – недовольно взвизгнул Бруно.

"Казнь!" – вдруг встрепенулось сознание. Душное, сумеречное, зловонное пространство было наполнено неясным звуком.

– Чистилище?
– Да ты здорово треснулся башкой, друг мой. Если не можешь отличить змеиной ямы от чистилища, – усмехнулся Бруно.
– Мы еще живы? – разочаровано протянул Шаул.
– Не расстраивайся, возможно, это ненадолго, – ощерился кот.
– Все-таки долгая мучительная смерть, – заплетающимся языком пробормотал он.

Шаул попытался подняться, и голову рассекла дикая боль. Он попытался удержать вместе распадающиеся части. Резкая боль сменилась тупой болезненной тяжестью и, отняв руки от головы, он увидел на пальцах темные пятна.
– Когда ты падал, ударился головой о камни, – поморщившись, объяснил Бруно.
– Я же был связан, – Шаул с удивлением пошевелил кистями.
– Что же я не справлюсь с такими простейшими узлами? – обижено повел ушами кот.
– А твой мешок?
– Они выкинули меня из него, словно мусор! – возмущенно насупился Бруно.
– А что же змеи? Они не стали жалить нас? – Шаул обвел глазами яму.

Весь пол был усеян неподвижными, словно сваленные в кучу канаты, змеиными телами, по которым медленно ползали более активные особи.

– Вот в этом загадка. Насколько я могу судить, ядовитые змеи, издохли, а живые – всего лишь песчаные удавы.
– Эпидемия, поразившая только ядовитых змей?
– Ерунда, - презрительно зажмурился Бруно. – Кто бы стал бросать в змеиную яму безобидных ужей?
– Сони?
– Весьма сомнительно, – возразил кот. – Во-первых, он не мог знать о нашей печальной участи, во-вторых, у него просто не было возможности провернуть такое дело.
– Не знаю, – поморщился от боли Шаул. – Возможно ли, что в этом кроется причина, почему Юсуф-паша так яро пытался обвинить нас в колдовстве?
– Боюсь надеяться. Но даже если предположить невозможное: что достопочтенный визирь, перетравив собственноручно ядовитых змей, подкинул нам для компании песчаных удавов, – почему же он не позаботился о способе, которым мы могли бы выбраться из глубокой сужающейся кверху ямы, закрытой к тому же тяжелым деревянным настилом?
– Тебе все сразу подавай, – усмехнулся Шаул, скривившись от боли. – Обойдешься ужами. Эти издохшие змеи смердят ужасно, – поморщился он.

Шаул приподнялся и, расчистив ногой место от околевших змей, переместился на свободное пространство. Он оперся спиной на стену ямы, устроив голову на выступающем камне.
– Но больше всего в этом, – продолжил рассуждать Бруно, усевшись рядом с Шаулом, – меня смущает вопрос: зачем достопочтенному визирю марать свои руки, спасая осужденных за колдовство иноземцев? Кто будет так рисковать ради случайного встречного?!
– Ты прав, это не вписывается в… в его идею личного счастья, – Шаул с трудом довел фразу до конца, прикрыв глаза, он остановил плавное покачивания каменных стен и, собравшись силами закончил: – Но и Сони это проделать было бы не под силу.
– Наша судьба опять неопределенна, – философски мурлыкнул Бруно. – В любом случае без воды мы долго не протянем…

Шаула качнуло, остатки завтрака выскочили наружу.

– О! – отскочил от него Бруно. – Ты бы лучше прилёг.

Шаул вытер рот платком и с отвращением отполз подальше. "Хотя какая разница, где лежать – у собственной рвоты или в разлагающихся от жары телах змей". Он лег на спину. В ушах гудел какой-то слабый звон. Мысли сонно ворочались в голове, путаясь одна с другой и не находя собственных концов. Предстоящая смерть не пугала его, он был просто не в состоянии обдумать ее. Мучила жажда. В затылке густым комом билась боль. В глазах стоял туман, и он никак не мог разглядеть, что за темное пятно справа от него – то ли тень, то ли кобра раскрыла свой капюшон. Но ему было все равно, он прикрыл глаза. "Уж лучше кобра", – лениво подумал он, проваливаясь в болезненную дрему.

Шаул просыпался и снова забывался – его сон и бодрствование мало чем отличались друг от друга. Пульсирующая в затылке боль и жажда, переплетались с мыслями о Элизе и родителях. Ему было жаль мать. Она так любила его. А он не оправдал ее надежд. Мать желала видеть сына счастливым, а в ее понимании это - жизнь, наполненная благотворным служением по призванию и любовью. Но Шаул не мог выбрать занятие себе по душе, как и не мог назвать своею ту, которую любил. Да и жизни у него осталось всего десяток, другой часов. Ну что ж – Элиза по крайней мере не попадет в гарем. Ему трудно было примириться с ее смертью, хотя уже сотню лет, она по сути была лишена жизни. Но вся ее прописанная заранее судьба от рожедния до укола веретеном показалась ему сейчас и вовсе ненастоящей, как будто и вправду сложенная кем-то сказка. И лишь теперь, нечаянно очнувшись в неведомом мире, Элиза выпала из заведенного порядка и переживала мучительное испытание. Но этому испытанию не суждено обернуться счастливым концом, возвращением к новой настоящей жизни. Судьба Элизы так и останется лишь бледным отблеском, выдуманной легендой. Шаулу отчаянно захотелось дотронуться до нее, прижать к своей груди, как будто в этом могло быть избавление.

– Ты меня задушишь! – взвизгнул Бруно.

Шаул очнулся и чуть ослабил хватку – в его объятиях оказалась не Элиза, а кот. С возвращением в реальность вернулась и боль, засевшая в голове тугим пульсирующим клубком, она, словно спрут, обвила своими щупальцами и все его тело. Шаул открыл глаза. Беспросветная тьма неприятно ударила по глазам полной слепотой, и он зажмурился, стараясь избавиться от гадкого ощущения.

– Ты что-нибудь видишь, Бруно?
– Что ты собственно хочешь увидеть? – ворчливо спросил кот. – Уверяю тебя, здесь мало что изменилось со вчерашнего дня.

Шаул облизнул пересохшие губы и поморщился – желудок свело голодом.

– Жаль, что кто-то перетравил ядовитых змей, – мрачно проговорил он. – Теперь мы будем мучиться гораздо дольше, с каждым часом теряя человеческий облик…
– Ну не всем есть, что терять… – философски мурлыкнул кот.
– Бруно, – усмехнулся Шаул, – кто же ты, если не человек? Разве только ростом не вышел и с растительностью переборщил. Но ведь не в этом же человеческий облик.
- Я кот, - гордо ответствовал тот.
- Ерунда, - безапелляционно бросил Шаул. - Оказавшись говорящим, ты перестал быть котом.
– Какая дичь! – возмущенно зашипел Бруно. – К твоему сведению, совершенно неспособных к речи животных не существует, – наставительно объяснял Бруно. – Конечно, развитие у каждого животного свое. А кроме того - условия жизни. Некоторые из нас настолько задавлены тяжкими заботами и голодной, полной опасностей и унижений жизнью, что практически не восприимчивы к познанию. Точно также, как и у людей. Ведь ты не требуешь от затравленного забитого нищего мальчишки, который с младых ногтей знал только одну школу – кулак пьяного папаши, того же уровня вербального общения, что от ученого мужа, посвятившего свою жизнь поиску истины. Но некоторые из нас сознательно отвергают сотрудничество с людьми, утверждая, что в людях – корень зла, и общение с ними опасно и противоестественно. Таково большинство диких животных. И нельзя сказать, что их убеждения не имеют под собой почву. Действительно – погибель и страдания животных от людей. Но они забывают, что спасение – от них же. Говоря о погибели и спасении, я имею в виду не фактические реалии падшего мира, а сотериологическую перспективу. Так называемые домашние животные, конечно, придерживаются иной парадигмы. Они вполне осознают, что наши судьбы теснейшим образом связаны, хотя животные могут лишь опосредованно влиять на их благополучный исход – они приняли и подчинились воле Провидения, отведшего им столь тяжелую и бесславную роль, надеясь на награду в вечности. Домашние животные, безусловно, прекрасно владеют человеческой речью. Даже люди замечают это, обращаясь подчас к животным не с короткими командами, а с пространными речами: жалобами, оправданиями – да что только не приходиться нам выслушивать от вас! Ну и только малая толика из нашей братии не только умеют говорить, но и обнаруживают это перед людьми, позволяя установить тесные отношения не только на эмоциональной, но и на вербальной основе.
– Ваша лекция, профессор, чрезвычайно обогатила мои знания, – усмехнулся Шаул, удивляясь увлеченности Бруно столь отвлеченными материями пред лицом скорой смерти в зловонной яме. – А что же эти змеи, тоже умеют говорить?
– Они дикие, они не любят и бояться людей. Если бы ядовитые собратья удавов были бы живы, то наверняка попалась бы несколько разъярившихся, объятых страхом особ, которые вонзили бы свои клыки в тебя, да и в меня. Страх парализует мысль и делает невозможным взаимопонимание. Да и у людей так же! Укажи на кого-нибудь пальцем с криком: "Злой колдун!" – и, испугавшись, люди не будут слушать никаких оправданий, они потребуют самой быстрой и жестокой расправы над ним. Чему мы и были свидетелями накануне.
– Весьма поучительно, а главное – оптимистично.
– Кажется, взошло солнце, – потянулся Бруно.

Действительно, постепенно мрак рассеивался, являя отвратительную картину. Ночная прохлада сменилась удушливым жаром, в котором зловонье курилось над разлагающимися клубками змей. Наступил второй день их мучений. Жажда и голод, мешаясь вместе с дурнотой и болью, вытесняли не только мысли, но и все остальные чувства.


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30842
ссылка на сообщение  Отправлено: 29.06.15 12:28. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Какой кошмар - эта яма. И чей это умысел? Все загадочней и загадочней. Бруно превзошел самого себя, нарисовав столь логичную картину, отчего животные с нами не желают общаться. Кто, знает, может быть, он и прав, ведь эта загадка неразрешима.

Чуть тапочков:

Юлия пишет:

 цитата:
судьба от рожедния до укола


Очепятка

Юлия пишет:

 цитата:
– Какая дичь! – возмущенно зашипел Бруно. – К твоему сведению, совершенно неспособных к речи животных не существует, – наставительно объяснял Бруно.


Кажется, вторые слова автора лишние либо как-то перестроить?

Юлия пишет:

 цитата:
что практически не восприимчивы к познанию.


невосприимчивы - слитно?



И еще смутило: если в яме темно, то как Шаул увидел змей, живых и неживых?

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1761
ссылка на сообщение  Отправлено: 30.06.15 18:17. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга

Спасибо, дорогая.

Хелга пишет:

 цитата:
Какой кошмар - эта яма

Должна же она произвести впечатление.

Хелга пишет:

 цитата:
Все загадочней и загадочней.

А мне кажется, что все шито белыми нитками...

Хелга пишет:

 цитата:
Бруно превзошел самого себя

Ученый же кот

Хелга пишет:

 цитата:
смутило: если в яме темно, то как Шаул увидел змей, живых и неживых?

Там сказано, что яма закрыта деревянным настилом. Подразумевалось, что через щели пробивается какой-никакой свет. Темнота настала с наступлением ночи. Но я уточню про щели.


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30849
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.07.15 22:44. Заголовок: Юлия пишет: А мне к..


Юлия пишет:

 цитата:
А мне кажется, что все шито белыми нитками...


Вот не скажи. Для меня так загадки шагают впереди отгадок.



Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1763
ссылка на сообщение  Отправлено: 04.07.15 18:07. Заголовок: Хелга apropos http:..


Хелга apropos
Спасибо, дорогие.

Хелга пишет:

 цитата:
Для меня так загадки шагают впереди отгадок



apropos пишет:

 цитата:
Честно говоря, у меня пошли было мысли

Мысли всегда приветствуются - кому же нужна бестолковая сказка? Чудеса тоже должны быть обусловлены внутренней логикой. Надеюсь, разгадка не разочарует - все обошлось без вдохновенного волшебства.

Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1764
ссылка на сообщение  Отправлено: 04.07.15 18:32. Заголовок: Действительно, вскор..


Действительно, вскоре сквозь щели деревянного настила пробился солнечный свет, осветив неприглядную картину вокруг них. Ночная прохлада постепенно сменилась душным зноем, в котором зловонье курилось над разлагающимися клубками змей. Наступил второй день их мучений. Жажда и голод, мешаясь вместе с дурнотой и болью, вытесняли не только мысли, но и все остальные чувства.

Бруно затих, раскинувшись рядом с Шаулом. Они оба изнывали от одурманивающей жары без глотка воды и воздуха. Говорить не было сил, да и шевелить распухшим пересохшим языком было мучительно. Шаул, прикрыв глаза, пытался сосредоточиться на элементарных арифметических вычислениях, чтобы отвлечься и не сойти с ума. Он забылся бредовым сном, когда его разбудил завозившийся у самого лица Бруно. Шаул глянул сквозь ресницы – кот подобрался, сел и, прислушиваясь, медленно водил ушами.

– Наверху что-то происходит, – тихо проговорил он. – Я слышу голоса...

Шаул приподнялся на локте. Уловленный чуткими ушами Бруно едва слышный звук быстро перерос в громкую свару – непонятные крики стороживших их селатов перемежалась чьим-то отчаянным визгом. Вскоре настил со скрежетом сдвинулся в сторону, обдав их с Бруно фонтаном из песка и мелкой гальки, и в отворившуюся щель вместе с ослепившим их яркими солнечным светом полетел вниз человек.

– О-у, – послышался после удара жалобный стон, перекрытый грохотом задвигающегося настила.

В густившейся полутьме, ослепленный Шаул не мог ничего разглядеть, но Бурно был уже около упавшего.

– Сони?!
– Сони? – выдохнул Шаул, с трудом отлепив язык от пересохшего неба.

Значит, его план спасти мальчика провалился, и теперь он разделит их проклятую судьбу в змеиной яме!

– Ты разбился? – перебрался он ближе.

Мягкие тела змей, хоть и смягчили удар, но при глубине ямы в несколько рут всякое падение было опасно, если вы, конечно, не были способны приземляться на четыре лапы.

– Бок болит, – жалобно пожаловался Сони, скривившись от боли. – Ну у тебя и рожа, – несмотря на боль, хмыкнул он.

Шаул и сам чувствовал, что левая сторона лица у него затекла, и голова была словно свинцовый шар.

– Тоже ударился, когда падал, – нехотя пробормотал он. – Давай, посмотрю, что у тебя там.
– Нет, – поспешно остановил его Сони. – Ты только хуже сделаешь. Видишь, я руками и ногами двигаю, и крови нет – значит, все в порядке. Просто надо отлежаться.
– Как хочешь, – согласился Шаул и прикрыл глаза, справляясь с дурнотой головокружения. – Почему ты здесь? Тебе не удалось найти Эзру?
– Я принес вам воду, – вместо ответа сообщил мальчик и, завозившись в ворохе одежд, выудил из их недр два небольших бурдюка. – Как здесь воняет!

Только сейчас, удивленно воззрившись на Сони, Шаул заметил, что тот одет в восточную одежду – шаровары, рубаха, а поверх – длинный, подвязанный кушаком плащ, называемый машмах. Но близость воды оттеснила все удивление и вопросы. Сделав несколько жадных глотков сам, Шаул налил в ладонь воды для Бруно. Восторженная эйфория удовлетворенной жажды блаженной волной пробежала по телу. «Как мало человеку надо для счастья», – саркастически отозвался очнувшийся разум. И все же Шаул не смог сдержать улыбки – лакая, кот щекотал его ладонь.

– Не выпевайте все! – строго осадил их Сони. – Неизвестно, когда они смогут прийти за нами.

Шаулу обернулся к мальчику:

– Давай-ка выкладывай, что с тобой стряслось. Начни с того момента, как мы расстались.
– Когда ты мне крикнул бежать, – послушно начал Сони, – во всем этом чаду и гомоне, меня кто-то стянул с седла и поволок. Я даже не понял, что со мной. Все так быстро случилось, что я опомнился, только когда крики стихли, в каком-то глухом тупике. Признаться, я струхнул – что за люди, и куда меня тащат? Я встал как вкопанный и заявил, что никуда не пойду. И вдруг один из них совершенно внятно произнес: "Пойдем, тебя Эзра зовет". Это было очень странно, но ты мне все равно велел искать какого-то Эзру – так чем один хуже другого? Ладно, думаю, пойду. Привели меня в богатый дом, с тенистым садом, беседками. И выходит ко мне не какой-то страшный, заросший черной бородой, сверкающий глазами контрабандист, а красивый молодой парень и, улыбаясь, говорит мне, словно знает меня с пеленок: поешь, попей, а потом поговорим. Только, говорит, мы за еду не садимся не помывшись. Чудные! – улыбнулся Сони. – И представь, мне и рассказывать ничего не пришлось – Эзра о нас все знал. Откуда, не скажу – сразу я не стал лезть с вопросами, а потом и вовсе не до того было. Эзра меня огорошил вашей ямой со змеями, а потом сообщил о своем плане, как вас из этой ямы вызволить. Все выходило довольно просто – перетравить змей, а потом позвать якубов, чтобы те ночью вытащили вас из ямы и переправили нас через перевал, туда, где мы сможем сесть на корабль с острова Рыцарей.
– И что ж пошло нет так, что ты оказался в яме? – спросил Шаул замолчавшего мальчика.
– Ничего, – прокряхтел Сони, пытаясь устроиться поудобней. – Эзра все продумал и просчитал до минуты. Мы успели и змей перетравить, и ужей подкинуть, чтобы те ползали, и селаты ничего не заподозрили. И ночью Эзра уже отправился договариваться с якубами. Он должен поспеть к послезавтрашнему дню. Позже никак нельзя – головы осужденных выставят на всеобщее обозрение у городских ворот на третий день после казни.
– Так почему же ты здесь? – не выдержал Шаул.
– Без воды вам и с удавами не дождаться якубов, – скривился Сони, потирая ушибленный бок.
– А если он опоздает?! Сони, какого черта, ты полез в эту яму?! – раздраженно воскликнул Шаул. – Твоя голова будет рядом с нашими на воротах Мадиса!
– Помолчи, Шаул, – сердито одернул его Бруно. – Рано еще всех хоронить. Ты не спрашивал, Сони, почему Эзра все это делает?
– Спрашивал, – вздохнул мальчик. – Он ответил, что чем меньше я об этом знаю, тем успешней он справиться со своей задачей.
– И ты доверяешь ему? – прищурился Бруно.
– Эзре-то? – улыбнулся Сони. – Доверяю. Он славный.
– Это он велел тебе принести нам воду таким способом? – недовольно поинтересовался Шаул.

Почти сразу, как он увидел Сони, Шаула охватило непонятное глухое раздражение. Возможно, причиной тому был провал его собственного плана освобождения мальчика, который он полагал залогом спасения Элизы. Но теперь это раздражение довольно глупо обернулось против отважного человека, рискующего собственной жизнью ради него самого.

– Эзра мне ничего не велел, – с вызовом ответил Сони, почувствовав настроение Шаула. – Он сказал, что в яме очень жарко и без воды вы и двух дней не выдержите, и предложил, чтобы воду отнес Шай, его младший брат. Но это ж глупо! Я не хуже Шая смог вынудить селатов бросить меня к вам в яму. И теперь все гораздо проще. А иначе, что делать с Шаем, когда якубы вас вытащат? Да и мне где ждать вас? Яснее ясного, что я должен был отнести вам воду. Эзре ничего не оставалось, как только согласиться с моим планом. Теперь якубам просто надо вытащить нас и отправить восвояси.
– Если мы не отправимся к праотцам до того, как они решат явиться за нами, – проворчал Шаул.
– Эзра сказал, что сможет убедить их поторопиться.
– Вам не кажется диковинными масштабы, которые приобретает наше спасение? – прервал спорщиков Бруно. – Кто мог затеять всю эту кутерьму, и на какие средства?
– Юсуф-паша, – тихо ответил Шаул, откидываясь на спину. – Больше некому.

Все нити вели к визирю – это он сообщил Шаулу об Эзре и позже добился обвинения в колдовстве, отправив их с плахи в змеиную яму. Но вот только причина его рискованных благодеяний оставалась совершенно непонятной.

– Чем же ты смог так заинтересовать вельможу? – с сомнением протянул Бруно.
– Возможно, если мы останемся живы, у нас появится шанс узнать об этом, - ответил Шаул, стирая с лица липкую испарину.

***


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30851
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.07.15 22:42. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Если это проделки Юсуф-паши, то не слишком ли сложный путь он выбрал? Загадочно...


Топусик:
Юлия пишет:

 цитата:
– Не выпевайте все! – строго осадил их Сони.



Выпивайте



Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1765
ссылка на сообщение  Отправлено: 07.07.15 18:03. Заголовок: Хелга http://jpe.ru..


Хелга

Спасибо, дорогая.

Хелга пишет:

 цитата:
Если это проделки Юсуф-паши, то не слишком ли сложный путь он выбрал


Давай доберемся до конца этой истории и еще раз вернемся к этому вопросу. Я выкинула кое-что о кочевниках якубах, а после твоего вопроса задумалась: не напрасно ли?

Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38116
ссылка на сообщение  Отправлено: 08.07.15 23:47. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Ну я ожидала чего-то подобного, признаться - имею в виду спасение.
Юлия пишет:
 цитата:
Давай доберемся до конца этой истории и еще раз вернемся к этому вопросу. Я выкинула кое-что о кочевниках якубах, а после твоего вопроса задумалась: не напрасно ли?

Вот да, наверное нужно добраться до конца, а потом обсудить.
Хотя у меня уже куча вопросов накопилась...
Признаюсь, не успела вычитать, поэтому пара тапочек только по содержанию. У тебя сначала Сони говорит об ужах, потом об удавах. Ужи - не удавы.
Ну и по поводу воды. По идее, наши ребята и дня не могли выжить в этой яме - на жаре и без воды. Двух небольших бурдючков - не хватит совершенно точно.
Говорю - даже утверждаю это - основываясь на личном опыте. У меня было обезвоживание, едва выжила, можно сказать. И не сидела без воды - пила, но, видимо, недостаточно. И речь шла всего о нескольких часах. Вдруг резко стало плохо, страшная слабость, ощущение, что умираешь. Выпила, как сейчас помню, по наитию (не понимала, что случилось) - пару стаканов воды, не помогло. Откачали капельницами за несколько (!) часов.
Так что не проживут они два дня в яме, и даже сказка не может помочь, боюсь.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30859
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.07.15 23:49. Заголовок: Юлия пишет: Я выкин..


Юлия пишет:

 цитата:
Я выкинула кое-что о кочевниках якубах, а после твоего вопроса задумалась: не напрасно ли?



В смысле, какие-то особенности их менталитета?

И очень хочется узнать, дорогой автор, что же дальше с Шаулом и компанией? Как там Элиза? Волнуюсь.

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38121
ссылка на сообщение  Отправлено: 18.07.15 22:12. Заголовок: Хелга пишет: И очень..


Хелга пишет:
 цитата:
И очень хочется узнать, дорогой автор, что же дальше


Автора!!!

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1766
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.07.15 19:09. Заголовок: Хелга apropos http:..


Хелга apropos

Спасибо, дорогие.
Я нежданно-негаданно вынуждена была покинуть строй. Но теперь я снова на посту.

Хелга пишет:

 цитата:
В смысле, какие-то особенности их менталитета?

В смысле, обычаи и особенности.

apropos пишет:

 цитата:
Сони говорит об ужах, потом об удавах. Ужи - не удавы.

Вероятно, он не очень хорошо разбирается в змеях
Речь идет о песчаных удавах, но они водятся только на юге. Сони, конечно, о них не знал, покуда не встретил. Мне кажется, было бы странно, прояви он глубокие познания в этом вопросе. Часто же неядовитых змей называют ужами. Тем более, что Сони и житель-то городской, насколько нам известно. Но я все еще раз проверю, чтобы это было понятно.

apropos пишет:

 цитата:
По идее, наши ребята и дня не могли выжить в этой яме - на жаре и без воды. Двух небольших бурдючков - не хватит совершенно точно.

Я это вопрос изучала специально. Ты конечно, совершенно права, заполучить обезвоживание в жару на юге - два раза плюнуть (тоже знаю не понаслышке). Но дело в том, что последствия обезвоживания проявляются в зависимости от нескольких факторов – температуры воздуха, в тени или на солнце человек, а также двигается он или находится в покое.
Медицинская энциклопедия весьма лаконична:

 цитата:
ОБЕЗВОЖИВАНИЕ ОРГАНИЗМА (ехsiccosis; син.: дегидратация, эксикоз) - патологическое состояние, обусловленное уменьшением содержания воды в организме. Потеря воды, соответствующая снижению массы тела на 10-20%, опасна для жизни; лишение воды исходно здорового взрослого человека приводит к смерти через 7-10 дней, а в условиях жаркой сухой атмосферы - через 3-5 дней.


И боее подробно:

 цитата:
Исследования, проведенные американским физиологом Е. Ф. Адольфом, показали, что максимальная продолжительность пребывания человека без воды в значительной мере зависит от температуры окружающего воздуха и режима двигательной активности. Так, например, находясь в состоянии покоя в тени, при температуре 16 - 23°С, человек может не пить в течение 10 дней. При температуре воздуха 26°С этот срок сокращается до 9 дней, при 29°С - до 7, при 33°С - до 5, при 36°С - до 3 дней. Наконец при температуре воздуха 39°С в покое человек может не пить не более 2 дней.



Хотя в последней ссылке немецкого физиолога зачем-то назвали американским. Но все же это сообщение похоже на правду, судя по тому, что я читала (разные исследования о дегидратации спортсменов).
Таким образом, если наши ребята лежали в закрытом помещении они могли без воды провести 1 день, не потеряв сознания. На второй день Сони уже принес воды. Объем бурдюков бывал разный (и 40 литров), но, конечно, Сони не мог пронести под одеждой огромные бурдюки, но небольшие - по нескольку литров - мог. Выходит, что у них, вероятнее всего должно было быть обезвоживание, но тем не менее выжить они могли.

Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1767
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.07.15 21:00. Заголовок: *** Агата потеряно ..


***

Агата потеряно бродила по комнатам и наконец, остановившись у окна, уставилась на неприютную картину – уставший быть белым снег сковывал в судорожных объятья заиндевевшую землю, и та в безнадежном молении тянула к сумрачному равнодушному небу почерневшие многопалые руки деревьев и кустов. Пронзительный ветер трепал кроны и завывал волком в трубах, изгоняя всякое напоминание о весне. Где-то в такой же вьюге бредет по серому насту, скользя и падая, ее изнеженная хохотушка сестра.

– Ах, Селина, Селина, – вздохнула Агата.

Гизельда обвинила Агату в побеге Селины, вытащив ее из постели среди ночи. Но Агата и не собиралась отрицать свою вину. Звук захлопнувшейся двери до сих пор стоял у нее в ушах. Только, что она теперь могла сделать?

С самого детства старая наставница твердила об общности их даров. Но Агата никогда не принимала ее слов всерьез, а, повзрослев, и вовсе считала их не более чем благодушным увещеванием. Серьезная Агата корпела над книгами, изучая различные системы магического искусства, досконально оттачивала свое мастерство, ни на минуту не переставая углублять полученное знание. Ленивая же к учебе Селина скользила по поверхности и успевала только там, где требовалась интуиция и знание человеческой натуры. Агата с удовольствием покровительствовала сестре, снисходительно оставляя ей устроение всевозможных сюрпризов и праздников. Селина была дружна с музами и умело подпитывала вдохновение. Но чтобы глубокая книжная магия могла зависеть от легковесного цветочного сиропа волшебства сестры?!

Однако сейчас, когда Селина, покинув ее, отказалась от их общего дела, приняв обет странствующей феи, Агата поняла, что Гизельда вовсе не благодушествовала. Ее магические знания лежали мертвым грузом. Агата едва справлялась с примитивными заклинаниями, позволяющими ей обходиться без прислуги. Все, на что она была способна – монотонно вколачивать своим ученикам премудрости магической науки. Но даже с ними она не могла быть на высоте, потеряв способность к серьезной и сложной практической магии. Ее словно парализовало – остались лишь воспоминания о былой силе. И она часами сидела, уставившись в зеркало, в поисках сестры. Селина была наказана за свою глупую самоуверенность не меньше, чем она сама.

Агата отошла от окна и вернулась к зеркалу.

– Какая ты дура, Селина! – горько вздохнула она, наблюдая за мытарствами сестры. – Даже если ты найдешь своего Траума, он в ужасе отшатнется от нищенки в лохмотьях со спутанными волосами и обветренной покрасневшей кожей! Он просто не узнает в этом пугале, хорошенькую нарядную фею, которой ты всегда была.

Отказавшись от общего дара, они обе остались ни с чем. Их даже феями теперь можно было бы назвать с большой натяжкой. Никакой серьезной практики теперь не будет, – в лучшем случае они смогут не умереть с голоду. Неделю назад это свело бы Агату с ума – потерять смысл своего существования, свести свою жизнь к обывательскому выживанию, отказаться от собственного призвания! Еще недавно она распекала Селину за нарушение одного из обетов. И что же сегодня? – Ей было все равно. Словно отказавшись от их с Селиной общности, она отказалась от самой себя. Не все ли равно теперь как жить, если жить по сути некому? Новая страница, которую она так спешила перевернуть, оказалась совершенно пустой, и заполнить ее некому.

Вновь Гизельда появилась в ее пустом доме.

– Возьми себе Вильму, – обратилась она к равнодушно взиравшей на нее Агате. – Она была служанкой старой Гретты. Та уж сошла с лица земли, а Вильма еще молодая и крепкая. Ей все равно не сидится спокойно, а ты здесь одна с ума сойдешь.

Агата не возражала. Какая разница? Надо было как-то управляться с домашними делами в большом доме – так пусть этим займется оставшаяся не у дел служанка ушедшей феи.

Гизельда исчезла, но Агата к зеркалу не вернулась – смотреть на страдания сестры, которой она не в силах помочь, было невмоготу. "Может быть, если Селина найдет Траума и вернется, мы бы смогли что-нибудь исправить? – вдруг пришла наивная мысль. – Или…"

Агата хмыкнула, злясь на свою глупость, но вырвавшийся из груди воздух превратился в хрип и перешел в отчаянный плач. Она закрыла лицо руками и упала бы от сотрясавших ее рыданий, если бы сильные руки не подхватили ее, прижав голову к мягкой груди.

– Вот и правильно, госпожа – поплакать надо. А то так и в уме рехнуться не долго. Вот так, милая, все так. Выплачешь слезы, с ними старое и уйдет…

"Вильма", – обливая слезами пахнувшую чистотой лямку хрустящего крахмалом передника, догадалась Агата.

***


Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30872
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.07.15 21:49. Заголовок: Юлия пишет: Но тепе..


Юлия пишет:

 цитата:
Но теперь я снова на посту.



Ура-ура!

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38133
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.07.15 21:58. Заголовок: Юлия Дождались! ..


Юлия

Дождались!
Пошла читать.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38135
ссылка на сообщение  Отправлено: 22.07.15 21:14. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Вот и Агата оказалась наказана - не только лишилась сестры, но и силы своего дара. И Элизе без них придется совсем несладко.

Пара пинеток:
 цитата:
Агата никогда не принимала ее слов(а) всерьез

Мне кажется, нужно добавить окончание.
 цитата:
Агата поняла, что Гизельда вовсе не благодушествовала. Ее магические знания лежали мертвым грузом. Агата едва справлялась с примитивными заклинаниями

Выделенное "ее" можно отнести и к Гризельде. А если чуть переделать эти фразы: (...) стало понятно, что Гризельда вовсе не благодушествовала. Магические знания Агаты теперь лежали мертвым грузом, и она едва справлялась (...)

Юлия пишет:
 цитата:
если наши ребята лежали в закрытом помещении они могли без воды провести 1 день, не потеряв сознания

Честно говоря, сомневаюсь. Одно дело теория, на практике это выглядит (и случается) совсем по-другому. Впрочем, автору, как всегда, виднее.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30875
ссылка на сообщение  Отправлено: 22.07.15 21:32. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Так и хочется сказать про Агату: вот куда приводит непомерная гордыня. Но жаль ее, она же хотела как лучше, а получилось...

Каждый заблуждается в меру своих возможностей. (с) Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1769
ссылка на сообщение  Отправлено: 23.07.15 21:10. Заголовок: Хелга apropos http:..


Хелга apropos

Спасибо, дорогие!

apropos пишет:

 цитата:
Вот и Агата оказалась наказана


Хелга пишет:

 цитата:
вот куда приводит непомерная гордыня



Все к тому и шло. Безоглядная уверенность в собственной правоте, может обернуться провалом.
apropos пишет:

 цитата:
И Элизе без них придется совсем несладко.

Вот он критерий правоты - забыли сестры о крестнице.

apropos пишет:

 цитата:
на практике это выглядит (и случается) совсем по-другому

Я и на сайте судебной медицины смотрела

Спасибо: 0 
Профиль
Юлия





Сообщение: 1770
ссылка на сообщение  Отправлено: 23.07.15 21:20. Заголовок: *** Шаул влил после..


***

Шаул влил последние капли воды в рот Сони. Мальчик совсем ослаб. Шаул бесильно опустился рядом. Головокружение, тошнота и неизбывная головная боль не оставляли и его самого. Чувство голода как ни странно притупилосоь, но жажда, хоть и облегченная благодаря Сони, не проходила, высушивая гортань и губы, она изводила сознание бредовым мороком.

Сгустившиеся сумерки ознаменовали начало их последней ночи в яме. «По крайне мере нас вытащат из этого ада», – отчаявшись, вздохнул Шаул. И даже если после они отправятся в еще худший, перед смертью они вдохнут свежего воздуха – уже одно это можно было бы посчитать благом.

Их спасение, зависящее от воли диких кочевников, представлялось все более иллюзорным. Воинственное племя якубов небольшими отрядами время от времени совершало набеги на окраины Каразерума, грабя и разоряя лавки и угоняя скот и людей. За что принц Фарух пленных якубов сажал на кол за рекой – откуда те и приходили,– на том же самом плато недалеко от змеиной ямы, в назидание оставшимся в живых кочевникам. Краем глаза, до того как отправиться вниз, Шаул заметил жуткий частокол из страшных, потерявших форму фигур несчастных. Иногда, как рассказывал Сони Эзра, кочевники под поковом ночи снимали и уносили тела. На это и был расчет. Появившись на плато, якубы так или иначе расправятся с селатами, а значит, не откажутся за мзду вытащить пленников и провести их через перевал к морю. Но якубы приходили не за всеми казненными, опасной ночной вылазке удостаивался только посаженный на кол знатный член племени. Были ли, по мнению якубов, достойные погребения среди тех, кого заметил Шаул? Если нет, и кочевники откажутся или попросту задержатся, не появившись до зари, уже утром головы самого Шаула и Сони будут красоваться на пиках у городских ворот.

Однажды Шаулу уже пришлось оказаться на грани земного круга, и там он встретил Элизу. Посчастливится ли ему вновь увидеть ее, если смерти не избежать? Было ли это плодом его помутившегося сознания, или он действиетльно был готов притерпеть жуткую экзекуцию, но дрема навевала почти осязаемый образ любимой и близость к ней наполняла сердце щемящей тоской неодолимого желания единения.

Рядом завозился Сони, его тихий стон пробудил Шаула, и едкая досада полоснула сердце: "Но ему-то зачем умирать?!"

– Какого черта ты ввязался в это, – зло просипел Шаул.
– Оставь его! – неожиданно взвился Бруно. – Можно хоть толику благодарности проявить! Не его вина, если кочевники откажутся нас спасать.

Наверное, кот был прав, но его отповедь Шаула взбесила. Он не считал себя неблагодарным, и бессмысленность жертвы Сони от его слов не уменьшалась.

– Твой чертов язык – единственное справедливое обвинение, за которое мы здесь сидим!
– Если мы погибнем, то только из-за тебя, – не замедлил парировать кот. – Недоросль, имеющий наглость влезать в колдовские заклятия, берется выполнить миссию, на которую по скудости ума он совершенно не способен! Заруби себе на носу: наша гибель – свидетельство твоей несостоятельности. Впрочем, о ней мне было известно с самого начала.
– Ну хватит вам, – встрепенулся Сони. – Вы с ума сошли так ругаться? Мы не погибнем, – весьма уверенно заявил он. – Кроме поиска принца для твоей принцессы, Шаул, у меня есть и своя задача. И мне кровь из носу надо ее выполнить.
– Какая задача? – вопрос у недавних спорщиков прозвучал в унисон.
– Не то важно, - отмахнулся мальчик. - Мы здесь не умрем.
– Уму непостижимо, – усмехнулся Шаул, уставившись на бледное пятно, которое на самом деле было лицом Сони, но в темноте не разглядеть больше.
– Смотрите, я показываю это вам только для того, чтобы вы воспаряли духом и перестали ругаться.

Шаул слышал, как возится мальчик в ворохе своих одежек, но распознать, что тот достал не смог.

– Этот медальон принадлежит тебе? – спросил способный видеть в темноте кот.
– Это знак того, что мы не умрем, – тихо, но убежденно проговорил Сони.
– На лазури восстающая серебряная лань, золотой меч и корона, – сухо бланзонировал Бруно. – Герб твоей семьи? Вот тебе и нищий мальчик. Может быть, ты еще и принц?

Шаул оторопел от догадки Бруно.

– Совсем с ума посходили со своими принцами, – ворчливо ответил Сони.
– А жаль, – усмехнулся Шаул, откинувшись на спину – все равно ничего не разглядеть.

Конечно, корона совсем не обязательно означает принадлежность к королевской фамилии, и у простых рыцарей можно встретить венцы на гербах. Но, должно быть, на гербе Сони не простой венец, если Бруно предположил его королевское достоинство. Это было занятно, при их первой встрече Сони трудно было заподозрить в благородном происхождении. Но сейчас Шаул этому почти не удивился.

– Только никому ни слова. Это страшная тайна! Обещаете?
– Не волнуйся, – вздохнул Шаул, – мы никому ничего не скажем. Да и вряд ли у нас появится такая возможность.
– Но я же показал! Шаул, ты должен верить мне, – с горячностью воскликнул осипший Сони.

Мальчик нашел его руку и стиснул.

– Ты должен мне верить, – прошептал он.
– Я верю тебе, Сони, – ответил Шаул, закрывая глаза, чтобы избавиться от омерзительной ночной слепоты.
– Жаль, что ты не видел Эзру, – заворочался Сони. – Он найдет способ вытащить нас. Вот увидишь.
– Хватит болтать, – раздражено шикнул на них Бруно.

Они замолчали, но, как ни старался, Шаул не мог распознать в тишине ночи, что уловили чуткие уши кота.

– Боюсь вас обнадеживать, но, кажется, у нас больше нет стерегущих, – через некоторое время прошептал кот.

Затем раздался хохот филина и снова все стихло.

– А теперь я слышу топот лошадиных копыт, – еще через минуту прошептал Бруно.

Вскоре топот стал различим довольно ясно.

– Я же говорил вам, – прошептал Сони и, не справляясь со своими чувствами, всхлипнул.

Шаул потрепал мальчика по голове, прислушиваясь к шуму наверху. Скрежет сдвигающегося настила, песок во рту, в таращащихся глазах и наконец – прекрасная музыка человеческой речи:

– Живые есть?
– Есть! Есть! – звонко воскликнул Сони и закашлялся со стоном.

На фоне освещенного луной неба вырисовывался темный силуэт незнакомца. Но судя по речи, черноликим якубом он не был.

– Если я вам кину веревку, сможете выбраться? – спросил он.
– У нас здесь раненый, он не поднимется сам, – ответил Шаул.
– Понятно.

Голова исчезла и через минуту появилась снова:

– Вот плащ и веревки. Постарайся, использовать их, больше все равно ничего нет.

Подняв скинутый ворох, Шаул принялся сооружать подъемник. Лунный свет хоть и облегчал задачу, но мешали волнение и спешка. Наконец, он перенес на привязанный с двух сторон плащ притихшего Сони.

– Готово. Можно поднимать! – крикнул он наверх и добавил: – Только осторожней.
– Постараюсь.

Веревки натянулись и зашуршали по шершавой поверхности камня. Люлька медленно поползла вверх. Было слышно, как тяжело дышит мальчик, сдерживая стоны.

– Потерпи, Сони, – пробормотал Шаул себе под нос.

Кулек вместе с Сони исчез. Наверху раздались приглушенные голоса. Наконец их спаситель снова заглянул в яму и крикнул:

– Следующий.

Шаул поймал веревку, обвязав ею грудь, взял на руки Бруно.

– Держись сам, мне не до тебя, – сказал он вцепившемуся в него мертвой хваткой коту и, ухватившись двумя руками, крикнул: – Готов.

Веревка натянулась, и Шаул, перебирая ногами по стене ямы, полез вверх.

– Вот и славно, – помогая ему выбраться, проговорил их спаситель. – Что это?!

Бруно мяукнул.

– Кот? Святые небеса, – усмехнулся тот, и его суровое лицо осветила неожиданно мягкая улыбка.

Судя по одежде, их спаситель был одним из рыцарей с острова Форцца.

– Мессир, – приветствовал его Шаул и с трудом удержался на ногах.

Тот кивнул в ответ и протянул флягу:

– Попей и оставь себе.

Легко подняв Сони на руки, рыцарь качнул головой в сторону перевала.

– Наши лошади там. Надо торопиться.

Вытерев рот, Шаул наклонился к коту. «Неужели мы все-таки спасены?» – ликующе трепетало сердце под мелодичное лакание Бруно. «Хотя, – вынужден был признать, поднимаясь Шаул, – в собственную смерть трудно поверить даже на дне змеиной ямы».

***


Спасибо: 0 
Профиль
apropos
Главвред




Сообщение: 38141
ссылка на сообщение  Отправлено: 23.07.15 21:39. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/..


Юлия

Бегу читать.

______
Делай, что должно, и пусть будет, что будет.(с)
Спасибо: 0 
Профиль
Хелга
девушка в шляпке




Сообщение: 30879
ссылка на сообщение  Отправлено: 24.07.15 17:29. Заголовок: Юлия http://jpe.ru/g..


Юлия

Ох, наконец-то выбрались из этой ужасной ямы. А Сони, Сони! Вот чувствовала, что он не прост, потому что он и был не прост.
И рыцарь еще появился. Неужели, это...

Чуть тапочков:

Юлия пишет:

 цитата:
Шаул бесильно опустился рядом.



бессильно

Юлия пишет:

 цитата:
Чувство голода как ни странно притупилосоь



Очепятка

Юлия пишет:

 цитата:
По крайне мере нас вытащат из этого ада




Юлия пишет: